«Мы на войне. Мы на войне против “аль-Каиды”, а это мощная система насилия и ненависти, напавшая на нас 11 сентября, погубившая почти три тысячи невинных жизней и планирующая снова напасть на нас».

Вот так Барак Обама наконец-то прояснил вопрос о том, воюем ли мы, а если да, то с кем и почему.

В ответ на это, на брифинге в Белом доме, который проводил ассистент совета национальной безопасности Джон Бреннан (John Brennan), Хелен Томас (Helen Thomas) задала вопрос, на который мы почти никогда не слышим ответа:
«А почему “аль-Каида” воюет против нас? Каковы их мотивы?».

Причины, по которым воюет «аль-Каида», изложил Усама бен Ладен ещё в 1998 году, когда объявлял эту войну в Лондоне.

Первый пункт — военное присутствие США на священной земле Саудовской Аравии. Второй — санкции США против Ирака, причиняющие неимоверные страдания иракскому народу. В-третьих — поддержка Америкой Израиля, отобравшего землю у палестинцев.
«Все эти преступления и грехи, совершённые американцами, суть явное объявление войны Богу, его пророку и мусульманам», — сказал тогда бен Ладен.

Свою фетву он начал с цитаты из Корана:
«Когда же пройдут месяцы запретные, убивайте многобожников, где бы ни застали вы их, захватывайте их в плен, осаждайте [в крепостях] и устраивайте засады против них во всяком скрытом месте».

Бен Ладен считает, что воевать начали мы. Мусульмане должны воевать, так как Америка с её «бесчеловечной крестоносной оккупацией [Аравийского] полуострова», поддержкой «мелкого государства евреев» и «оккупацией Иерусалима и убийством мусульман» сама ведёт войну против исламского мира.

Терроризм, прямые убийства мирных людей во имя достижения политических целей — такова нетрадиционная тактика «аль-Каиды», но задачи, которые она ставит перед собой, вполне традиционны.

 «Аль-Каида» ведёт религиозную войну против отступников и многобожников и в своей собственной среде, гражданскую войну против коллаборационистов, помогающих крестоносцам, и антиколониальную войну с целью изгнания нас из исламского мира. 11 сентября они пришли к нам потому, что мы пришли к ним.

Ничто не может оправдать кровавую резню 11 сентября. Но за актом терроризма стояли политические цели, и именно поэтому за исламистов голосуют на выборах в странах Ближнего Востока. Десятки миллионов мусульман могут презирать террористов, но согласны с целями, которые поставил бен Ладен, — освободить мусульманские народы от проамериканских диктаторов и израильских оккупантов.

Американцев убивают за то, за что, по мнению бен Ладена, нас и надо убивать: не за то, кто мы есть, а за то, что мы делаем и где находимся.

Смотрите. За шесть лет войны в Ираке мы потеряли четыре тысячи солдат убитыми и тридцать тысяч ранеными. Но в декабре не погиб ни один из ста двадцати пяти тысяч наших солдат в Ираке. Почему так? Потому что мы больше не проводим рейдов, не патрулируем улиц, не вышибаем дверей ногами и не обыскиваем подозреваемых. Мы прекратили боевые операции, убрались на базы в пустынях и явно готовимся паковать вещи. То есть как только мы перестали сражаться с ними и убивать их, они тоже перестали сражаться с нами и убивать нас.

Сейчас большинство американцев явно согласны на то, чтобы будущее Ирака решали шииты и сунниты, арабы и курды. А если они не смогут решить свои проблемы без гражданской и/или религиозной войны, то зачем нам воевать?

По данным генерала Барри Маккаффри (Barry McCaffrey), к лету надо ожидать, что потери убитыми и ранеными в Афганистане составят от трёхсот до пятисот человек ежемесячно.

Почему талибы убивают наших солдат? Потому что мы лишили их власти, захватили их страну и дали власть режиму Хамида Карзая, и именно наши войска (к осени их там будет около ста тысяч) не дают им вернуть себе свою страну. В Афганистане мы будем истекать кровью ровно столько же времени, сколько мы там пробудем.

Обама сказал, что «мы воюем против “аль-Каиды”». Но почему тогда мы воюем с «Талибаном», если «аль-Каида» на самом деле в Пакистане, Йемене, Сомали и Северной Африке?

ХАМАС совершал террористические акты, но не против нас. «Хизбалла» тоже совершала террористические акты и тоже не против нас — во всяком случае, после взрыва казарм десантников, прогремевшего четверть века назад. А тогда на наших десантников в Ливане напали потому, что они находились в Ливане и вмешивались в гражданскую и религиозную войну. Если бы мы не отправили своих десантников в гущу той войны, они бы и не пострадали.

Как только Роналд Рейган вывел оттуда войска, нападения прекратились.
Ситуация похоже на тридцатилетнюю войну в Европе, когда воевали друг с другом немцы, французы, чехи, голландцы, датчане, шведы, голландцы и англичане, католики и протестанты, короли, князья и императоры. В мусульманском мире кипят конфликты между прозападными диктаторами и боевиками-исламистами, суннитами и шиитами, прогрессистами и мракобесами, между разными народами, племенами и кланами. И исход этих войн, будущее этих стран — разве это не их дело, разве наше?

В нашей тридцатилетней войне мусульмане не участвовали. Наверно, с нашей стороны было бы разумно не участвовать в их войнах. Но покуда мы в них вмешиваемся, те, кого мы убиваем на их территории, будут убивать нас на нашей.

Такова цена интервенции. Такова цена империи. Такова цена долгой войны.


Патрик Бьюкенен написал книгу под названием «Черчилль, Гитлер и ненужная война»