Российский президент Владимир Путин 25 июня прибыл в Израиль со своим первым государственным визитом после переизбрания на президентский пост. Визит был организован в середине мая, поэтому часть повестки была уже подготовлена, учитывая развитие событий в Сирии и Египте. В отношениях Израиля и России любопытно то, что хотя они действуют в одних и тех же сферах интересов, и их повестки кажутся разобщенными, интересы двух стран далеко не всегда являются противоположными. Легко определить те вопросы, которые им небезразличны, но гораздо сложнее выявить те методы, с помощью которых они находят точки соприкосновения. Поэтому довольно трудно определить значение этого визита - за исключением того, что он состоялся.

В качестве примера можно привести Азербайджан. Россия по-прежнему поставляет в эту страну оружие в больших количествах, однако теперь туда продают немало вооружений и израильтяне. Они сегодня используют Азербайджан в качестве той базы, с которой можно наблюдать за Ираном, а по слухам, и готовить нападение на него. Россия поддерживает Армению, с которой Азербайджан в конце 1980-х и в начале 1990-х вел боевые действия, а формально все еще находится в состоянии войны. Поэтому она, казалось бы, должна выступать против действий Израиля, особенно в связи с тем, что он создает угрозу Ирану, нападения на который Россия старается не допустить. Однако, Россия не видит никакой опасности от действий Израиля в Азербайджане, а Израилю безразлична Армения. Обе страны присутствуют там, обе вовлечены в тамошние дела, и обе считают, что Азербайджан важен. Каждая действует так, что возникает ощущение неминуемого конфликта. А конфликт не происходит.

То же самое можно сказать и по поводу более актуальных событий в Сирии. Сбитый ею турецкий самолет придал этому визиту весьма неожиданную динамику. Чтобы понять ее, нам следует рассмотреть стратегию России и Израиля, а также странное отсутствие конфликта интересов в Сирии.

России надо отвлечь США


У России с этим регионом сложные отношения, и особое внимание она уделяет Сирии и Ирану. Российский интерес к этим двум странам вполне понятен. Путин, заявивший, что считает распад Советского Союза  геополитической катастрофой, рассматривает Соединенные Штаты Америки в качестве  основного противника России. На его взгляд, Соединенные Штаты не только воспользовались распадом СССР для расширения НАТО и продвижения блока в пределы бывшего Советского Союза со стороны Прибалтики, но и пытаются окружать и сдерживать Россию, оказывая поддержку демократическим движениям в регионе и используя эти движения для создания проамериканских правительств. Путин считает, что ведет с США дуэль на всем постсоветском пространстве.

Русские полагают, что в этой борьбе они выигрывают. Путин заинтересован не столько в господстве над этими странами, сколько в том, чтобы над ними не господствовали США. А это дает России пространство для маневра, позволяя ей налаживать такие экономические и политические отношения, которые обеспечивают отстаивание российских интересов. Кроме того,  Россия очень сильно выгадала от американских войн в исламском мире. И дело здесь не в том, что Америка настроила против себя мусульман, хотя это тоже выгодно России. Скорее, эти войны помогли русским в том плане, что они поглотили все стратегическое внимание США.

Очевидно, что тот военный и разведывательный потенциал США, который можно было использовать  для поддержки движений и режимов в российском ближнем зарубежье, был задействован в конфликтах в исламском мире. Но еще важнее другое: было отвлечено стратегическое и интеллектуальное внимание американских политических руководителей. После 11 сентября Россия стала второстепенной для стратегических интересов США. Хотя некоторые движения уже существовали, и США их поддерживали, все это происходило в основном по инерции. А когда русские начали парировать удары, и движения в разных странах раскололись, у Соединенных Штатов не нашлось ресурсов, чтобы ответить.

Русские также связали руки США в Афганистане, обеспечив им базы в Центральной Азии и предоставив коридор для снабжения. Россия сумела создать новую действительность в регионе, где она некогда доминировала, и ей никто не бросил вызов.

Так что  русские высоко ценят конфликт на Ближнем Востоке, поскольку он позволяет России быть вторичной проблемой для единственной в мире глобальной державы. Война в Ираке закончилась, а война в Афганистане близится к завершению. И в этих условиях усиливается вероятность того, что у США появятся ресурсы и возможности для возобновления дуэли на российской периферии. А это противоречит интересам Москвы. Следовательно, русские заинтересованы в подталкивании и сохранении любых процессов, которые будут привлекать внимание США к исламскому миру. Главное здесь - это поддержка Ирана и Сирии. Если говорить точнее, Россия не столько хочет поддерживать эти страны, сколько намерена противодействовать любым мерам, которые могут ослабить Иран и подорвать власть в Сирии. С точки зрения Москвы, само существование этих режимов является магнитом, притягивающим к себе силы США.

Позиция Израиля по Сирии

Это возвращает нас к путинскому визиту в Израиль. С российской точки зрения, Сирия - это не второстепенный вопрос, а важная часть ее стратегии. У Израиля чувства более сложные. Режим сирийского президента Башара Асада во время дружбы с Советами представлял серьезную опасность для Израиля. С распадом Советского Союза Сирия потеряла своего покровителя, и ее роль как угрозы уменьшилась. По мнению Израиля, с тех пор у сирийцев при Асаде появилось два достоинства. Первое – они стали предсказуемыми. Их интерес к Ливану основывался на финансовых и политическим целях, но Израиль помог им в достижении данных целей, предоставив свои услуги в обмен на ограничение той военной активности, которая для еврейского государства была неприемлема. Далее, в интересы Сирии не входил конфликт с Израилем, а поэтому Сирия держала «Хезболлу» в узде, пока Соединенные Штаты не выдавили ее из Ливана в 2005 году.

Второе достоинство режима Асада в отношении Израиля заключается в том, что он - не суннитский, а алавитский – а это шиитская секта. В 2000-х годах Израиль и Запад полагали, что главная угроза исходит из мира суннитов. «Аль-Каида», «Братья-мусульмане», ХАМАС – это все сунниты. В прошлом десятилетии коррумпированный режим алавитского меньшинства казался Израилю предпочтительнее последовательного режима радикального исламского большинства на севере. Израиль не знал точно, насколько он будет радикален, но в то же время, они видел больше опасностей со стороны суннитов, нежели со стороны  шиитов.

Позиция Израиля в отношении режима Асада в прошлом году претерпела изменения. Если раньше Израиль надеялся, что режим выживет, то теперь он смирился с тем, что это невозможно, и сейчас готовится к следующему режиму. В основе его расчетов лежит оценка того, какой из режимов может оказаться опаснее. Когда Соединенные Штаты ушли из Ирака, а Иран заполнил образовавшийся вакуум, Тегеран стал для Израиля более весомой угрозой, чем ХАМАС и сунниты. Поэтому теперь Израилю в Сирии нужен суннитский режим, который будет блокировать иранские амбиции.

В этом смысле интересы России и Израиля опять совпадают. Но в то же время, израильтяне понимают, что у них очень мало рычагов влияния на развитие событий в Сирии. Они являются сторонними наблюдателями, которые надеются на то, что для них все закончится хорошо. Какую фракцию или группировку поддерживать в Сирии – это для них не так уж и важно. На самом деле, израильская поддержка той или иной фракции может пойти ей во вред. Поэтому Сирия является демонстрацией ограниченности израильской силы и влияния. Происходящее в Сирии крайне важно, однако Израилю не хватает силы и влияния, чтобы как-то воздействовать на это.

Совпадение интересов

А у русских и некоторые силы, и влияние имеются. То оружие, которое они поставляют сирийским властям, способно помочь выжить режиму. Они могут заблокировать или расстроить санкции, что также - на руку Ирану и Сирии. Москва не может навязать решение проблемы, однако она способна создать такие обстоятельства, при которых Соединенные Штаты будут вовлечены в конфликт, а их внимание будет отвлечено от России. В то же время, следует помнить, что у России есть свои собственные проблемы с исламистами на Северном Кавказе. Это, в основном, - суннитские группировки, но они очень разнообразны. Русские не хотят допустить до власти в Сирии радикальную суннитскую группировку, однако с более умеренными суннитами они могут смириться, если не удастся сохранить у власти Асада и его режим.

Цель визита Путина состоит в том, чтобы заставить США нервничать, а также попытаться заложить основу для изменений в отношении Израиля к России. В отдаленной перспективе это может принести свои дивиденды. Однако израильтянам от Путина нужно многое. Они не могут управлять сменой власти в Сирии, а Россия в определенной степени такими возможностями обладает. И здесь интересы Израиля и России совпадают. Израиль примирится с сохранением режима Асада, если Сирия не станет приспешницей Ирана.

Россия может создать противовес Тегерану в случае сохранения режима Асада. Но, с другой стороны, если этот режим падет, Израиль и Россия будут заинтересованы в возникновении умеренного суннитского режима. И вот здесь России придется принимать решение – если предположить, что она в состоянии повлиять на исход. В конечном итоге, умеренный суннитский режим – это в ее интересах. В краткосрочной перспективе ей нужен такой режим, который будет вызывать максимальное беспокойство у США. А это - либо власть Асада на службе у Ирана, либо радикальный режим исламистов.

Есть точка, где все это сходится. В ответ на действия Сирии, сбившей турецкий самолет, Анкара решила созвать заседание НАТО. Турция не готова проводить интервенцию против Сирии в одностороннем порядке, но, потеряв самолет, она может теперь попросить НАТО о некоей форме вмешательства. Турция давно уже настроена враждебно по отношению к Асаду, и это дает ей возможность потребовать от альянса практических действий в рамках коллективной оборонительной политики.

Как отреагирует НАТО, сейчас неизвестно. Известно лишь то, что риторика будет интенсивной, а желание воевать слабым. Ни Россия, ни Израиль не расстроятся, если НАТО начнет интервенцию. По мнению России, натовское вмешательство с привлечением крупных американских сил - это лучшее, на что она может надеяться, особенно - если альянс в Сирии завязнет, как обычно и случается в ходе таких интервенций. С точки зрения Израиля, если НАТО возьмет на себя ответственность за Сирию, это будет самый лучший из возможных итогов.

Конечно, все эти соображения отсутствовали, когда готовилась российско-израильская встреча. В то время в ходе визита планировалось проанализировать разногласия по таким вопросам, как сирийский. Но после недавних событий Россия и Израиль согласны с тем, что натовское вмешательство им выгодно, хотя оно маловероятно. Конечно, ни та, ни другая страна членами альянса не являются, и убедить государства НАТО отправить свои войска в Сирию будет крайне трудно. Но то, что могло стать бессмысленной дискуссией, сегодня обретает определенный смысл.

Израиль хотел бы видеть в России мягкий противовес Соединенным Штатам, но, чтобы при этом его отношения с США не страдали. России хотелось бы иметь на Ближнем Востоке дополнительные варианты, кроме Ирана и Сирии, но при этом она не хочет настраивать эти страны против себя. Если мы начнем копать глубже, выясняя детали странных взаимоотношений двух стран, которые часто заходят в сферы интересов друг друга, но при этом никогда не конфликтуют, то ответ начнет появляться сам собой.

Конфликт интересов между Россией и Израилем практически отсутствует, потому что эти страны не так сильны в этом регионе, как им хотелось бы. У России некоторые варианты имеются, но их гораздо меньше, чем во времена холодной войны. А Израиль почти никак не может повлиять на исход событий в Сирии и Египте.

Тем не менее, обе страны заинтересованы в создании видимости того, что они принадлежат к более тяжелой весовой категории. И государственный визит Путина должен помочь достижению этой цели.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.