26 июля мы увидели сразу две новости, связанные с занимательной кулинарией на отдыхе. В первом случае группа туристов, отдыхающая на Парасельских островах, опубликовала фотографии блюда, приготовленного из гигантской тридакны – одного из наиболее редких видов двустворчатых моллюсков. В это же время другая семья, проводящая отпуск в Греции, запечатлела себя с крайне редким шестиногим осьминогом, всего вторым подобным экземпляром в истории – лишь для того, чтобы сразу после этого убить и зажарить его в ближайшем пабе. Однако почему-то лишь одна из этих историй используется сейчас как аргумент в спорах об образе целой нации и уровне ее культуры.

Китай пугающе быстро движется вперед, но среди его достижений наиболее удивительным, по крайней мере в свете истории, является, вероятно, именно его стремительное погружение в мир международного туризма. Всего двадцать лет назад у большинства китайцев не было никакой возможности получить заграничный паспорт, и более того – почти никто даже и не задумывался о такой возможности. Что же мы видим в наши дни? Правительственная газета China Daily публикует фотогалереи под названием «Давайте вместе посмотрим на 10 чудес света!»  Блестящие тяжелые журналы о путешествиях, включая Condé Nast Traveler и Travel+Leisure, взывают к прохожим с прилавков уличных газетных стендов. Продажи Samsonite (крупнейшего в мире производителя багажных сумок и чемоданов – прим.пер.) в Китае за прошлый год выросли на 20%. После полувека, в течение которого весь оставшийся мир не сталкивался на отдыхе ни с одним китайцем, ежегодное число китайских туристов, отдыхающих за границей, скоро достигнет 100 млн - если не в этом году, то в следующем.

И миру, знакомящемуся с китайцами, приходится нелегко.

«Почему женщины, приехавшие из других стран, могут воспользоваться туалетом, и ты потом едва можешь угадать, что в нем кто-то был, а после китаянок от туалета несет деревенским рынком?»

Читайте также: Профессия - турист

Ван Юньмэй ставит этот вопрос в своей новой электронной книге под названием «Свиньи на свободе: китайские туристические группы». Главы в этом манифесте, разросшемся до 92-х страниц, щеголяют такими названиями, что простительно было бы предположить, что речь идет о какой-нибудь серии милых детских книг: «Свиньи в аэропорту», «Свиньи на борту самолета», «Свиньи в ресторане», «Свиньи в туалете», «Свиньи идут за покупками», «Свиньи в пути» - и просто «Туристические группы». Претензии разнятся от сравнительно справедливых (курение в помещениях, где это запрещено) до таких, которые, в целом, могут относиться ко всем обитателям земного шара (китайцы занимают все пространство на экскалаторах и бегущих дорожках, не оставляя места для прохода).

С особым неодобрением, не пожалев на это отдельной главы, Ван пишет о «Свинопасах» - это ее термин для обозначения туристических гидов, непременной части китайских туристических групп, в которых мало кто может говорить по-английски. Особая роль этих гидов была отмечена и раньше и успела заслужить им иное прозвище: в 2011 году в своем великолепном отчете о путешествии с китайцами по Европе корреспондент New Yorker в Китае Эван Оснос назвал этих людей «фельдмаршалами».

В ходе длительной беседы в  интернете Ван объяснила мне, что начала писать «Свиней на свободе» в 2011 году, когда переводила детские книги одного австралийского писателя. «Когда я рассказала ему о проблемах с китайскими туристическими группами, с которыми сталкивалась в ходе моих путешествий, он сказал мне, что просто жалобами делу не поможешь и что лучше воплотить мои идеи в книге, - сказала она. - Я постаралась написать ее так, чтобы было понятно, что такое название относится только к тем, кто так себя ведет, а не ко всем китайцам в целом».

***

«Первая китайская туристическая группа в США» – вот что было написано на майках примерно 250 туристов, прилетевших в Лос-Анджелес 27 июня. Месяц спустя New York Daily News вышла с заголовком «Китайские туристы захватывают Нью-Йорк». Это было летом 2008 года. В то же лето Голливуд дал зеленый свет съемкам новой версии «Красного рассвета», фильма 1984 года, с Китаем в роли нового агрессора (этот фильм, в котором китайцы были в итоге перерисованы на компьютере в северных корейцев, вышел на экраны в 2013 году. В том же году китайские туристы по тратам на человека вышли в Калифорнии на первое место).

В 1983 году китайское правительство разрешило гражданам страны путешествовать в Гонконг в составе организованных групп, чтобы навещать друзей и родственников. В 1991 году следующая волна послаблений открыла для китайских туристов Малайзию, Сингапур и Таиланд.

Китайские туристы рассматривают ловцы снов


Также по теме: Париж пытается убедить горожан быть вежливее с туристами

В 1997 году Китай наконец разрешил гражданам свободно выезжать за пределы страны. До этого момента за границу можно было поехать только на обучение или же по торговым делам, но и в этих целях получить документы было невероятно сложно (сюжет одного из наиболее громких недавних китайских фильмов, «Китайский партнер», как раз связан с невозможностью получить визу в США в 90-е годы). Но хотя после 1997 года возможность поехать в США или Европу в теории появилась у каждого, в действительности вначале это могли позволить себе лишь те, кто был безумно богат или обладал нужными связями. Но вода камень точит, и к 2000 году китайцы совершали уже 10 млн поездок за рубеж ежегодно. Соглашения, заключенные в 2008 году, позволили китайцам ездить в целый ряд стран уже в составе туристических групп. Повесив на туроператоров ответственность за возврат туристов домой, страны вроде США могли больше не бояться, что человек, которому была выдана туристическая виза, может не вернуться в Китай. К 2012 году число китайских туристов, выезжающих за рубеж, достигло 83 млн. К концу 2013 года это число может перевалить уже за сто млн человек. В июле, согласно данным китайских туристических агентств, было продано на 120% больше туров в Россию, нежели в прошлом году, а многие путевки на другие европейские направления оказались полностью распроданы, несмотря на повышение цен на 20%.

Подобно Ван Юньмэй, многие из людей, недовольных китайскими туристами, говорят о том, что их критика вовсе не направлена на китайский народ в целом. Однако подавляющее число материалов о китайском туризме (если речь не о плохом поведении китайцев), это цифры, цифры, цифры. Сколько они тратят? (По количеству трат на человека – больше, чем кто-либо). Сколько их? (100 миллионов, и эта цифра лишь растет). Насколько быстро увеличивается их число? И здесь, поскольку материалы о китайском туризме попадают в ту же ловушку, что и множество материалов о самом Китае, вниманию читателей вновь предлагают лишь сухие цифры. Как образно написал в своем последнем репортаже из Пекина Эван Оснос, «многогранность отдельных жизней не позволяет нам сходу укладывать их в аккуратные логические рамки... Чтобы придать происходящим вокруг изменениям какой-то порядок, мы ищем своего рода убежища в статистике».

Однако оставь за кадром человека, оставь за кадром отдельные жизни, - и статистика, столь аккуратная и логичная, в то же время превращается в очень и очень серьезную угрозу.

***

Эми Ли – автор той самой статьи в South China Morning Post о китайских туристах, съевших редкого моллюска. Ли, ранее работавшая нью-йоркским репортером на криминальную тематику, а затем и редактором Reuters, славна тем, что ее перу принадлежит, пожалуй, наиболее популярная статья в новейшей истории South China Morning Post под заголовком «Почему китайские туристы так грубы? Несколько мыслей на эту тему». Эта статья была опубликована 3 августа и с этого момента не покидала пятерку наиболее популярных материалов на сайте издания. И судя по всему, она останется там надолго.

Читайте также: Немецким туристам кризис нипочем

Когда я обратился к ней с вопросами по поводу ее материалов о поведении китайских туристов, Ли в своем ответе отразила поверхностное наблюдение, уже ставшее общим местом при обсуждении китайского туристического бума. «Я думаю, что число китайских туристов стало так велико, что их невозможно игнорировать, поэтому они и превратились в мишень для критики», – написала она мне в электронном письме («Само число путешествующих китайцев неизбежно привлекает к ним всеобщее внимание»). По утверждению Ли, она не знает, почему истории о «неподобающем поведении китайцев» обладают такой неувядающей популярностью в South China Morning Post, но ее газета явно к ним неравнодушна. Возможно, венцом подобного подхода можно назвать заголовок этого издания от 5 августа: «Как Северная Корея справляется с бескультурными туристами из Китая».

Популярность историй о бескультурном поведении китайцев, подобных тем, что публикует South China Morning Post, частично можно объяснить тем, что такие истории являются подтверждением давно затаенных мыслей о Китае и китайской культуре, а также, благодаря существованию комментариев, еще и предоставляют место, где подобными мыслями можно обменяться. Комментарии к большинству таких статей полны нападок на Китай; люди также пересказывают друг другу свои личные кошмары и накручивают себя на тему предполагаемой социоэкономической угрозы со стороны КНР и ее экономической модели. В своей книге Ван не упустила возможности изложить множество подобных историй из жизни. Если хотите увидеть еще больше чего-то подобного, просто забейте слова «китайская туристическая группа» в строку поиска на Tripadvisor.com, откиньтесь на спинку кресла и погрузитесь в мир историй о глобализации в действии. Туристы жалуются о своих встречах с китайцами повсюду: в Джокьякарте, Индонезия, в Манассасе, Вирджиния, в Анси, Франция, в Крайстчёрче, Новая Зеландия – вплоть до Найроби, Кения, где один путешественник «имел несчастье оказаться в автобусе, забитом представителями китайской туристической группы, которые визжали [sic!] и громко кричали каждый раз, когда мы видели слона».

Популярность таких статей в South China Morning Post еще можно объяснить. Она может быть связана с близостью Гонконга к материковому Китаю и напряжением, которое с недавних пор испытывают многие гонконгцы, полагающие, что КНР постепенно поглощает их город (красочная реклама образца 2012 года, предупреждающая о натиске «саранчи» с севера, положения дел не улучшила).

Все это, впрочем, не объясняет, почему «обсуждение» той же темы не менее популярно и в другом полушарии. В прошлом месяце Крис Боденнер, один из авторов блога Эндрю Салливана The Daily Dish, написал там пост, озаглавленный «Почему у китайских туристов столь плохая репутация?». В конечном итоге это обернулось не одним, не двумя, не тремя и даже не четыремя статьями, а серией из семи постов, опубликованных в течение одного месяца и наполненных все теми же жалобами и нападками, что и отзывы на Tripadvisor.com. В последней статье серии Боденнер приходит к выводу, что «наблюдаемая нами грубость китайских туристов – лишь отражение стремительного возвышения КНР в качестве богатой страны – страны, у которой есть чистый доход, достаточный для того, чтобы представители китайского среднего класса могли выходить на мировой туристический рынок целыми толпами». Таким образом эта серия статей, добавляет Боденнер с обезоруживающей наглостью, - «в действительности своего рода дань уважения Китаю».

Также по теме: Последние туристы в Сирии

Вполне возможно, что Боденнер, точно так же, как и Ван, написавшая «Свиней», лишь искренне пытался поднять вопрос на обсуждение (курсив автора – прим.пер.). Однако как показывает история, заострение внимания на обидах отдельных людей чаще всего сводит любое обсуждение вопросов, связанных с Китаем или китайцами, к плутанию в дремучем лесе стереотипов, что лишь углубляет взаимное непонимание.

***

Отвечая на прямой вопрос, Ван сказала, что больше всего ее коробит привычка китайцев повсюду плевать. «Один из авторов «Lonely Planet» как-то написал о том, сколько болезней бы исчезло, если бы китайцы отказались от этой привычки», - сообщила она мне.

Любовь китайцев к плевкам – тема, которую непременно затрагивает каждый пищущий о Китае автор. Как минимум две автобиографии («Плевок красивой женщины: жизнь американки в Китае» Лианны Адамс и «Нет времени даже на плевок» Скотта Келли) используют слово «плевок» в заголовке. Это бесспорно наиболее частый повод для критики китайского общества на Западе и даже внутри самого Китая, где китайцы, считающие себя цивилизованными, относятся к этому явлению чуть ли не жестче, чем любые иностранцы. Искоренение этой привычки было одной из основных целей движения «за новую жизнь», начатого Сун Мэйлин, женой генералиссимуса Чан Кайши, получившей образование в Уэслианском колледже и колледже Уэллсли (Ван Юньмэй тоже является китаянкой). Когда Ван Ян, вице-премьер Госсовета КНР, в своем майском заявлении затронул некоторые случаи «нецивилизованного поведения» со стороны китайских туристов, сложилось ощущение, что упоминание проблемы с плевками – чуть ли не обязательная часть речи по партийному регламенту.

Примерно в этот момент в ходе любой беседе о плевках я обычно указываю на фотографию, где Мао Цзэдун и Ричард Никсон сидят рядом друг с другом, а плевательница стоит прямо рядом с правой ногой председателя КНР.

Китайский турист


«Эпоха плевательниц подходит к концу» - это заголовок из Lewiston Morning Tribune; в статье рассказывалось , что в штате Айдахо медные плевательницы были убраны из здания окружного суда. «Плевательницы, впрочем, остались в тех канцеляриях, где они являются частью стандартной обстановки, а также в зале окружного суда». На дворе стояло 17 июня 1951 года. Заголовок колонки в Eugene-Register Guard от июня 1967 года звучал так: «Как вы объясняете детям, для чего нужны плевательницы?». В отделе новостей Milwaukee Journal плевательницы стояли вплоть до 1974 года, то есть еще два года после визита Никсона в Китай.

Читайте также: Туристический бум русских в Испании

В прошлом году Régie Autonome des Transports Parisiens, государственная структура, которая управляет парижским метро, была вынуждена запустить обширную кампанию социальной рекламы, использущую образы животных, для повышения civilité у жителей города. Одним из посылов было «не надо повсюду плевать»; животным, представляющим такого рода поведение, стала бесцеремонная свинья.

Однако образ китайцев как закоренелых «плевателей» по-прежнему очень живуч. Частично это объясняется тем, что многие китайцы действительно продолжают повсюду плевать, но еще больше это связано с тем, что любовь к сплевыванию – одна из тех немногих вещей, которую знают о китайцах люди, мало знакомые с Китаем. То, что сплевывание практически всегда упоминается во время вроде бы искреннего и благонамеренного обсуждения китайской культуры – даже теми, кто никогда прямо не соприкасался с этой культурой и знает о том, что китайцы плюют, лишь благодаря прочтению вроде бы искренних и благонамеренных бесед о китайской культуре – положения дел отнюдь не улучшает.

Мое любимое, пусть и не совершенное, сравнение – то, как во всем мире воспринимают американскую моду носить брюки так низко, что видны трусы (а иногда и что-то еще). Приемлемо? Во многих местах, но не везде.

***

Китайцы вполне понимают, что еще есть куда расти, и относятся к себе с не меньшей критичностью, нежели любой другой народ. При этом многие из них, столкнувшись с вышеописанной реакцией со стороны окружающего мира, оказываются в замешательстве. Они не могут понять, почему отток мирового богатства в сторону Китая и получение ими этого богатства не принесли им мирового уважения. Вполне вероятно, что сейчас все, кто так или иначе связан с европейским туризмом, обязаны солидной частью своего благосостояния Китаю. Китайские закупщики обеспечивают чертверть всех продаж «Бёрберри» (британский производитель товаров класса люкс – прим. пер.). Если бы не желание китайцев покупать эту продукцию, дела у этого изготовителя одежды, точно так же, как и у многих других производителей класса люкс, шли бы куда хуже. И все же, как уже в 2005 году в своей статье из Сингапура жаловалась New York Times, китайские туристы тратят слишком много денег слишком неправильным образом. Подобное представление о китайцах как о «кошельках», лишенных индивидуальности или человеческих черт, неизбежно ведет к неверным выводам. Недавно представители немецкого Национального комитета Германии по туризму отозвались о гостях из Китая как о «наших клиентах». Сказано очень тонко, но все равно обидно для китайской стороны. Такое определение демонстрирует следующую позицию: «Цели, которые преследуют китайские туристы, могут быть только денежного, коммерческого толка. Они совсем не заинтересованы в духовных ценностях, столь ценимых на Западе».

Также по теме: Буэнос-Айрес, лучшее туристическое место в Латинской Америке


Однако китайские туристы в то же время слишком любят сэкономить. Ранее в этом году китаец, работающий на пятизвездочном курорте на Мальдивах, сообщил о том, что отель всегда убирает электрические чайники из номеров, где останавливаются гости из Китая, чтобы не давать им заваривать  лапшу быстрого приготовления (и, таким образом, заставить их ходить в рестораны, принадлежащие курорту). Мальдивские курорты и отели, как и ряд других источников, включая The Daily Dish, также обвиняют китайских туристов в том, что те не оставляют чаевых (одна из самых частых претензий к китайцам: не осознавая того, что работникам отелей часто специально недоплачивают, китайские туристы не дают чаевых. Жалоба просто сногсшибательная. По логике она должна больше говорить нам об изъянах экономической системы, нежели о чьем-то невежестве в отношении чужой культуры).

За тысячи миль от Мальдив европейцы называют подобный подход к туризму так: «Дорогое путешествие, дешевое проживание». И этот подход, как и сами китайцы, вызывает все больше отвращения в регионе, жителей которого возмущает возрастающая зависимость Европы от китайских туристов. Книга Ван, пусть и не называя конкретных имен, включает в себя несколько бесед с европейскими отелями, которые признают существование негласной дискриминации в отношении китайских туристических групп.

На фоне недавних высказываний, сделанных некоторыми видными лицами, эти примеры выглядят более чем убедительно.

В 2011 году дизайнер торговой марки A.P.C. Жан Туиту в беседе с Hint Fashion Magazine заявил, что китайцы – бескультурные «новые фашисты», и добавил, что «оказавшись в Китае, хочется покончить жизнь самоубийством». Год спустя глава дома моды Zadig & Voltaire объявил, что их новый парижский отель «будет закрыт для туристов из Китая». После того, как в ответ на это поднялась целая буря возмущения, дом моды попросил у китайцев прощения и объяснил, что на самом деле в отеле не ждут лишь китайских туристов, прибывающих «целыми толпами».

Подобные примеры вполне реальной дискриминации лишь накалили обстановку и, что вполне можно понять, породили у многих китайцев чувство паранойи. В 2005 году почти 300 человек в составе китайской туристической группы устроили сидячую акцию протеста в малайзийском казино «Genting», чтобы выразить свое возмущение по поводу карикатур на свиней, размещенных на талонах на еду. Как объяснило руководство казино, в стране, где большинство населения – мусульмане, картинки со свинками были лишь способом обозначить посетителей, которые едят свинину. Прошлой зимой китайского пассажира не пустили на переполненный рейс United Airlines, и этот заурядный случай превратился в Китае в целый скандал о дискриминации. Сейчас такие темы пользуются все большим спросом в китайских СМИ.

Читайте также: Поток туристов идет на убыль

***

«Сегодня за обедом нас несколько смущало вульгарное поведение одного американца, который громко разговаривал и шумно хохотал, в то время как все присутствующие вели себя спокойно и корректно», – написал Марк Твен в своем романе «Простаки за границей», опубликованном в 1869 году.

В ходе нашей сетевой переписки на тему репутации китайских туристических групп Эван Оснос специально привел слова Марка Твена, свидетельствующие о том, что американцы первыми стали составлять громкие и надоедливые туристические группы. Статья в New Yorker, в которой Оснос в 2011 году описал китайский туристический бум, называлась «Гран-тур» (подзаголовком было «Европа за 1500 юаней в день»). Текст Осноса был опубликован всего лишь на четыре месяца позже длинного материала на ту же тему в Economist, озаглавленного «Новый Гран-тур».

Обе статьи сосредотачивали свое внимание на ситуации в Европе, обе затрагивали экономическую сторону китайского туризма и включали в себя описание некоторых странностей в предпочтениях китайских путешественников. Но репортаж Осноса выделяет то, что он был написан изнутри туристической группы, к которой журналист присоединился еще в Китае, в то время как автор статьи в Economist (опубликованной, по обычаю журнала, без указания авторства) сознательно дистанцировал себя от объекта изучения. Тон этих двух статей не мог не отличаться. Economist делает фактические утверждения вроде «суть туризма вовсе не в поиске новых блюд» или «китайцы ценят острые ощущения и покупки больше приятных и расслабляющих занятий». Только в самом конце автор походя отмечает тот факт, что когда-то европейцы вели себя похожим образом, и подводит черту с помощью вымученного комплимента о «мощи китайской экономики». Статья Осноса заканчивается на почти что той же теме – будущем китайского туризма, в котором китайцы будут все больше предпочитать одиночные путешествия – но это статья о мире, в котором Китай это объединяющее «мы», а вовсе не навязчивое (пусть и более привычное) «они».

«Я действительно считаю, что китайские туристы ничуть не хуже нас самих в схожий период истории», Простаки за границей»,  написал мне Оснос, добавив, что до прихода американцев «англичане глазели на швейцарцев, осуждая их пристрастие к эспрессо». Оснос отметил: «Все, что мы делали, было проникнуто глубоким чувством любознательности, стремлением познать как можно больше. Могли ли мы похвастаться тонкостью обращения или утонченными манерами? Нет. Но я не думаю, что и наши американские отцы-основатели смогли бы».

Также по теме: Стала ли Москва удобне для иностранных туристов?


«Звучит банально, но полезно помнить, как мало отделяет большую часть населения Китая от крайней нищеты и изоляции: одно поколение или, в лучшем случае, два, - отметил Оснос. - Среди них иногда встречаются неотесанные простаки, но большая часть китайских туристов, привлекающих к себе внимание за рубежом – просто новички. Все видимые грехи, которые они допускают в путешествиях, редко совершаются сознательно; обычно это происходит из-за недостаточной осведомленности, и китайцы быстро восполняют эти пробелы».

Столетие назад американские авторы отмечали, что с точки зрения китайцев носителями ужасных манер были сами жители Запада. «Мало кто из них знал, как правильно войти в комнату или выпить чашку чая, или принять визитную карточку. Каждое действие выдавало их варварское происхождение. У них были невыносимые манеры...». Это цитата из книги «Заморские черти в Изысканном царстве», воспоминаниях американца Карла Кроу о его жизни в Китае, опубликованных в 1940 году.

Кроу был не единственным, кто отмечал, что китайцы обладали безупречными манерами. В серии статей, опубликованной в 1900 году (и иногда упоминающейся под названием «Узкоглазые безбожники у себя дома») говорилось, что «китайский дворянин гордится своим сложнейшим этикетом и умением педантично соблюдать все тонкости, принятые при вежливом обращении», после чего автор переходил к описанию обычая бинтовать ноги девушкам. Причем эти статьи публиковались во время носившего антиимпериалистический характер Ихэтуаньского восстания, и были предназначены, как и большинство вещей, написанных о Китае в период империалистического присутствия Америки в Азии, для того, чтобы показать китайцев варварами, лишенными всего человеческого.

В 1987 году, когда Кроу был уже давно мертв, я, сидя в первом китайском KFC, расположенном прямо напротив площади Таньаньмэнь, на своем собственном примере осознал, что такое различный подход к манерам. Простояв несколько часов в очереди (мои глаза, вероятно, были в тот момент полны тоски по дому), я наконец сделал заказ и сел с моим братом за столик, чтобы съесть ведерко курятины, приготовленной по секретному рецепту полковника Сандерса. Несколько минут спустя я поднял взгляд и увидел, что все посетители битком набитого ресторана сидят с палочками и вилками, замершими в воздухе. Китайцы с ужасом наблюдали за тем, как мы с братом от души разрывали куриные ножки и крылышки и размазывали жир по рукам и щекам.

***

Желание изменить сложившийся за рубежом образ китайского туриста во многом исходит от самих китайцев. Здесь часто, хоть и не всегда корректно, вспоминают книгу Ван. Но разве «Свиньи на свободе» более оскорбительны по отношению к китайцам, нежели пекинская школа светских манер, организованная выпускницей Гарвардской школы бизнеса Сарой Джейн Хо? В этой школе, бок о бок с ректором школы Ребеккой Ли («Ли - мать двоих детей и жена английского аристократа»), Хо учит богатых китайцев правильно размешивать чай и произносить «Луи Виттон», а также другим необходимым вещам. Плата за 12-дневный курс – 16000 долл. Даже начинаешь немного ностальгировать по плевкам, верно?

Читайте также: Что туристические справочники советуют приезжающим в США


«Люди, находящиеся на верхушке китайского общества, смотрят на менее обеспеченных людей свысока», – написала мне Ван об этой школе светских манер. Она не считает такой подход серьезным; по ее словам, эта школа – лишь «источник заработка для заинтересованных лиц». Ван хотелось бы видеть скорее «бесплатные курсы культурной грамотности, финансируемые и организованные на таком уровне, чтобы к ним имели доступ все китайцы, записывающиеся на групповые туры». Она предположила, что посещение таких курсов даже может быть обязательным условием для получения загранпаспорта. Ван сообщила мне, что после окончания магистратуры она надеется снять социальное видео про нормы поведения в дороге. Но ей хотелось бы, чтобы это было что-то легкое и смешное. «Что-то в духе «Башен Фолти», «Монти Пайтона» или Бенни Хилла», – сказала она. Она уже видит первую сцену: «в первом кадре китаец отливает на стену какого-нибудь знаменитого здания. Огромный разозленный европеец пинает его под зад, а затем указывает на знак, на котором написано «Общественный туалет». Приезжает полицейский. Он заковывает китайца в наручники и уводит его. Потом, может быть, сцена в суде, с финалом в виде тюрьмы или штрафа».

Китайские туристы в Египте


Я предположил, что раз фильм должен увлекать зрителя и чему-то его учить, то включать в него сцену с европейцем, пинающим китайца, будет бестактно или как минимум нецелесообразно. Ван согласилась. «Да, в этом есть смысл. Возможно, писающего китайца пинает другой китаец... А полицейский – иностранец. Может быть, индиец или африканец, или европеец».

«Это может звучать странно, но я действительно считаю, что на уровне «культурного ДНК» между Китаем и США сейчас больше сходств, нежели различий, – написал мне Оснос. – Огромные страны, считающие себя центром мира, идея борьбы за успех, комплекс супердержавы». Замечание Осноса заставило меня вспомнить заключительную сцену одного из эпизодов «Безумцев»: после расслабляющего пикника Дон Дрейпер и его семья садятся обратно в седан, без лишних раздумий оставляя на пасторальном лугу весь мусор, скопившийся за полдня отдыха. Не могу отвечать за остальных, но после этой сцены я тут же подумал о Китае.

«Благородное дикарство» превращается просто в дикость, когда благая духовность крайней бедности сменяется доходами уровня среднего класса и джинсами Levi's. Ни к чему мы не испытываем такого же сильного отвращения, как к самим себе, и именно свои темные стороны мы видим, когда смотрим на китайцев.

Также по теме: Самые крупные архитектурные разочарования для туристов


Но в конечном итоге дурные вести заключаются в том, что за сколько бы китайцам не продавали высокую культуру, за 16 тысяч долларов в пекинской школе Сары Джейн Хо или за 1.99 долл. на Amazon.com, более культурное поведение китайских туристов никак не сможет улучшить ситуации с репутацией китайцев за рубежом. Культурное столкновение с китайскими туристами в действительности всего лишь новейший вариант куда более масштабного и непроходящего конфликта непонимания, давно уже существующего в отношениях Восточной Азии и Запада. Всего поколение назад все кому не лень критиковали японцев, несмотря на их безупречные манеры (иронично, но именно излишняя чопорность японцев стала причиной критики и насмешек). Только вот критиковали их лишь до тех пор, пока Япония не перестала быть экономической угрозой.

Но Оснос ожидает многого хотя бы от отношений Китая и США. «Их интересно сравнивать с отношениями между Америкой и ее верными союзниками – скажем, с Саудовской Аравией, которая является нашим близким другом уже несколько десятилетий, – сказал он. – Много ли американцев с огнем в глазах говорят о планах выучить арабский или осесть в Эр-Рияде?»

Я хотел бы согласиться с Осносом, но не могу: на меня давит вес истории. В статье о званом вечере в доме ректора Мичиганского университета Александра Гранта Рутвена, опубликованной АП 23 ноября 1938 года, рассказывалось о китайском студенте, выучившем наизусть книгу о хороших манерах в отчаянной попытке сойти за своего. Когда ему налили чая, он ответил: «Благодарю вас, сэр или мадам соответственно». В ответ все гости лишь стали смеяться над ним.

Примечание 1.
Слишком большая тема, чтобы здесь в нее углубляться, но стоит отметить, что восприятие Китая на Западе затуманено не только пристрастием к большим цифрам, но и тем, что в популярных блогах появляются лишь те истории о Китае, которые рассказывают нам о невероятных, гротескных или трагических происшествиях – патологиях родов, убийствах, случаях отсталости или иных напастях. К сожалению, даже некоторые популярные блоги, рассказывающие о жизни в Китае из самого Китая, почти все свое внимание уделяют лишь раскрашиванию китайскиой жизни в самые темные тона.

Примечание 2.
Немногочисленные ранние упоминания о китайских туристах в Америке связаны по большей части с Актом об исключении китайцев, принятом в 1882 году и продленном в 1924 году. В 1943 году Конгресс наконец смягчил закон, сопроводив его заявлением о том, что принятие Акта было продиктовано не «какой-либо формой неприязни по отношению к китайцам», а лишь «чисто экономическими причинами». Закон был полностью отменен лишь в 1965 году, когда китайцы уже прожили больше десяти лет от полувека, в течение которого выехать за пределы страны было крайне тяжело. Акт не только запрещал китайцам иммигрировать в США или претендовать на американское гражданство, но и делал  невозможными любые развлекательные поездки в Америку. В результате принятия этого закона поездка в Америку превратилась в дело огромной трудности даже для китайцев, обладающих значительными средствами. Конгресс официально извинился за принятие Акта об исключении китайцев в 2012 году. Стоит отметить, что подобного рода законы существовали и в Канаде.


Абе Сауэр – автор книги «Как быть: СЕВЕРНАЯ ДАКОТА» (How to be: NORTH DAKOTA). В данный момент он работает над книгой о китайских потребителях.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.