Согласно широко распространенному мнению, в войне России и Украины победил Китай. Причем, по многим причинам. Из-за российской агрессии ресурсы и внимание США переместились обратно в Европу, в результате чего у администрации Барака Обамы оказалось меньше возможностей для концентрации на объявленном развороте в сторону Азии.

Причем Пекин трактует подобную политику как попытку Вашингтона взять под контроль растущее влияние Китая. Западные санкции сработали как катализатор в отношениях Китая и России, скачкообразно увеличив доступ Китая к российскому газовому и нефтяному сектору, а также к внутреннему рынку соседа. Безусловно, партнерство России и Китая в значительной степени оказывает влияние как на сами эти страны, так и на международную обстановку в широком смысле. Поэтому встает законный вопрос, при каких условиях это произошло и что из этого получится в долгосрочной перспективе.

Для XX века были характерны попытки Москвы общаться с Пекином с позиции старшего брата. Однако передовые экономические достижения Китая за последние тридцать лет кардинально изменили эту ситуацию, и начиная с момента прихода Владимира Путина к власти внешнеполитические шаги России свидетельствуют о том, что она свыклась с новой обстановкой. В 2001 году был подписан стратегический договор о дружбе и сотрудничестве.

С заключением договора 2004 года были окончательно решены и чувствительные вопросы о границе, которые в 1969 году привели к вооруженному столкновению между странами. Тем самым была подведена черта под территориальными спорами, долгое время осложнявшими отношения. Улучшилось взаимопонимание и сотрудничество в рамках международных форматов, например, на уровне Совета безопасности ООН и Шанхайской организации сотрудничества.

В то же время в сфере экономических отношений Москва придерживалась осторожной и подозрительной линии. Ограничивали деятельность китайских компаний на Дальнем Востоке и в Сибири. В некоторых областях из-за бюрократических барьеров чинились препятствия для создания совместных предприятий, поскольку были опасения, что при помощи демпинга китайцы могут заполонить российский рынок и потеснить местных производителей.

Китайским банкам, в отличие от западных финансовых учреждений, не разрешали действовать на рынке частных клиентов. В то время Москва была серьезно обеспокоена реальными планами Китая относительно Дальнего Востока, особенно если учитывать огромную разницу в демографическом потенциале приграничных регионов (см. Александр Габуев, ”Беспокойное партнерство” — ”Россия в глобальной политике”, nr 5, сентябрь-октябрь 2014). Вместе с тем Москва налаживала связи с другими азиатскими странами с целью уравновесить большого соседа и доказать, что она является заслуживающим внимания игроком в регионе. Можно сказать, что до войны с Украиной Кремль развивал двусторонние отношения с Китаем в политических и экономических рамках, которые прежде всего устраивали русских.

Этот подход изменился в мае 2014 года, когда состоялся визит Путина в Шанхай. Переговоры о заключении 30-летнего контракта на поставку газа тянулись уже давно. Но якобы незадолго до отбытия российского президента вдруг была достигнута договоренность о соглашении на сумму в 400 миллиардов долларов. К этому времени из-за аннексии Крыма Европейский союз и США ввели санкции, в результате чего высокопоставленные чиновники и бизнесмены, приближенные к Путину, попали в черный список. Их активы были заморожены. Путину крайне нужна была политическая поддержка со стороны Китая, чтобы показать, что Россия не находится в изоляции.

Много дискуссий велось о том, по какой цене русские согласились продавать газ и насколько экономически выгодна эта сделка для Газпрома. И хотя на этот счет существуют разные мнения, общая позиция, скорее, склоняется к тому, что в нынешней политической ситуации русским было гораздо важнее продать газ, чем китайцам его купить, что не могло не повлиять на цену этого газа. Кроме газового контракта в Шанхае были достигнуты договоренности и относительно целого ряда общих крупномасштабных проектов в области инфраструктуры и внешней торговли. Вдобавок в октябре, во время визита премьер-министра Китая в Москву, было заключено порядка 40 договоров о сотрудничестве в разных областях.