Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

Кто он, Игорь Юргенс?

Кто он, Игорь Юргенс? picture
Кто он, Игорь Юргенс? picture
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Читать inosmi.ru в
На экономическом симпозиуме в Сан-Галене в Швейцарии Россию представлял вице-президент РСПП Игорь Юргенс, который неожиданно очаровал слушателей открытой и произнесенной на свободном английском языке речью.

На экономическом симпозиуме в Сан-Галене в Швейцарии Россию представлял вице-президент РСПП Игорь Юргенс, который неожиданно очаровал слушателей открытой и произнесенной на свободном английском языке речью.

Юргенс должен был говорить без бумажки, поскольку, как он сказал в начале выступления, организаторы сочли его текст слишком длинным и неподходящим. Любой другой работающий на столь высокой должности русский в подобной ситуации наверняка отказался бы от речи, не желая произносить не согласованный с властями текст. Однако Юргенс в своем 15-минутном остром анализе оказался готовым подвести итоги истории политики и бизнеса России на последние 18 лет. Кроме того, он согласился и после доклада ответить на критические вопросы, касающиеся кризиса в России.

Юргенс сказал, что политику и бизнес в России следует разделить на три периода: медовые недели во времена Ельцина, отлучение во времена власти Путина и только что начавшиеся по инициативе Медведева попытки примирения. Причиной медового месяца стала якобы система бизнеса начала 90-х годов, которая призывала бизнесменов быстро обогащаться, а также ее развитие в связи с повторным избранием Ельцина в 1996 году.

Так как горстка бизнесменов не смогла договориться с Зюгановым, она финансировала в 'демократическую' кампанию переизбрания Ельцина. За это олигархи из числа банкиров потребовали для себя государственное имущество по цене бутерброда и получили его. Однако Путин понял, что народ ощутил себя обокраденным и что дело так дальше не пойдет. Он якобы сообщил олигархам, что защитит их классовые интересы, но те должны прекратить совать нос в политику. Некоторые с этим согласились, но не Борис Березовский и Владимир Гусинский, которые не поняли, в чем дело. Вслед за этим последовало перемирие до 2003 года, пока Михаил Ходорковский якобы не нарушил перемирие. Наступило отлучение.

Сейчас президент пытается вновь свести вместе бизнес и политику, но идут споры об условиях. Сам Юргенс выступает против государственного капитализма и за либеральную экономическую систему в России, но его видение разделяют лишь около 15 процентов россиян. Именно такой процент и критикует Путина, тогда как Путина поддерживают (остальные) 75-85 процентов населения.

Но кто он, этот русский, который перед мировыми медийными каналами (BBC, CNBC Europa, Bloomberg, Al Jazeera и многие другие) посмел так откровенно признать, что государство надело цепи на три телеканала России и что у Гусинского отобрали телеканал потому, что он не подчинился условиям Кремля? Во всяком случае и без того является исключением, что столь высокопоставленный чиновник из России выступает со столь честной речью, как отметил присутствовавший на симпозиуме израильский студент Шмуэль Нил из открытого университета, который подвел итоги многих выступлений.

Игорь Юрьевич Юргенс является вице-президентом Палаты промышленников и предпринимателей России и ее исполнительным секретарем. Он возглавляет кафедру 'Теория и практика сотрудничества бизнеса и власти' и работает профессором Московского государственного экономического университета. Но прежде всего он, наряду со многими другими должностями, является и председателем Совета института развития современной России, созданного президентом Медведевым. В нем Юргенс консультирует Медведева по вопросам экономики. И у Юргенса могут быть эстонские корни, так как его дедушка был эстонцем, перебравшимся в царское время из Таллина в Баку.

Юргенс является одним из тех немногих людей, которые открыто критикуют Путина. Он не согласен, например, с многократно повторяемым утверждением, что кризис является неизбежностью, пришедшей в Россию извне, и что Путин и жители России не повинны в нынешней ситуации. Причины кризиса Юргенс видит скорее в экономической системе России. Он неоднократно критиковал Путина за своевольное поведение и отношение к предпринимателям и иностранным инвесторам. Юргенс убежден, что экономика России должна в ближайшее время стать более наукоемкой, а также что фактором развития экономики не могут (или не должны) быть только природные запасы России.

Юргенс очаровывает своей интеллигентностью. Его глаза сверкают, когда он говорит, при нем всегда его ум, внимание и чувство юмора. Евреям Юргенс говорит, что он задает сложные вопросы, и что проще всего ему сказать, 'здравствуй, Саббат', не отвечая на вопросы. Президента Сербии он приветствует на сербском языке. Юргенс наверняка знает, кому и что он говорит и что слушатель хочет от него услышать. У него прекрасная социальная компетентность, но именно поэтому его очень трудно записать в тот или иной раздел. Он провокатор? Или примиритель? Его направили на Запад вести подобные речи? И действительно ли он говорит то, во что верит? В некотором смысле Юргенс именно тот человек, который сейчас, после газовой ссоры, должен говорить руководителям бизнеса и государств Запада, что Россия по-прежнему вызывающий доверие поставщик нефти, газа и других природных запасов, которая не использует свое сырье и энергоносители как политическое оружие.

Предположительно Медведев не может (пока) слишком много критиковать Путина, иначе он рискует своим постом. Возможно, что Юргенс - это тихое начало такой критики. Так ли это и кто в конце-концов победит, рано говорить. Но с Юргенсом наверняка нужно общаться и в дальнейшем шире отражать его позиции и в СМИ Эстонии. Возможно, тогда можно будет узнать, кто он на самом деле и для кого стучит его сердце.

Перевод: Хейно Сарап

Обсудить публикацию на форуме

________________

Реформатор намерен покончить с зависимостью Москвы от энергоносителей ("The Financial Times", Великобритания)

Высокопоставленный чиновник осуждает призывы к восстановлению свобод ("The Wall Street Journal", США)