Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

Сага о португальцах в России: Антониу Виейра

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Читать inosmi.ru в
От Антониу Мануэля Луиша Виейра, известному в России как Антон Мануилович Девиер или Дивьеръ, пошла династия, которая оставила значительный след в истории этой страны. Доказательством этому стал тот факт, что его имя и его потомков фигурирует в различных книгах по генеалогии, биографических словарях и энциклопедиях.

От Антониу Мануэля Луиша Виейра (António Manuel Luís Vieira), известному в России как Антон Мануилович Девиер или Дивьеръ , пошла династия, которая оставила значительный след в истории этой страны.  Доказательством этому стал тот факт, что его имя и его потомков фигурирует в различных книгах по генеалогии, биографических словарях и энциклопедиях.

Однако многие эпизоды его жизни продолжают оставаться неизвестными. Например, какова точная дата рождения Антониу Виейра. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона указывает датой его рождения 1682 год, тогда как историки Александр Николаевич Акиньшин и Татьяна Николаевна Литвинова говорят о 1673.  Наиболее вероятная дата, видимо, первая, поскольку в 1697, когда произошла первая встреча между португальцем еврейского происхождения и царем Петром I, Виейра, как мы увидим в дальнейшем, был еще совсем ребенком.

Что касается места его рождения, то в одном португальском источнике удалось найти сведения, но только лишь о провинции - где он родился – Миньу (Minho).
Тем не менее, в книге «Род Меншиковых в Истории России» авторы утверждают, что «Антониу Виейра ведет свое происхождение от старинного испанского рода Йехаила бен-Додас де Виейра(Iehaiil ben-Dodas de Vieira) и дочери португальского оружейного мастера, еврея, Ариэля сына Саула бен Давида (Saul ben David)».

Также не решен спор, в какой стране португальский еврей встретился впервые с Петром I. Нет сомнений, что встреча произошла в 1697, во время путешествия российского царя по разным странам Европы. Причем, российская историография едина в мнении, что такой страной является Голландия, а аббат Томаш да Силва  (Tomás da Silva), познакомившийся с Виейрой в ходе своего визита в Россию, утверждает, что это была Англия.

Одно ясно, что Антониу Виейра прибыл в Россию и начал  свою великолепную карьеру. 27 мая 1718 португалец стал генералом и назначен первым генерал-полицмейстером в новую столицу России, которую построил Петр на побережье Балтики. В указе о назначении царь обосновал создание этой должности необходимостью «наладить порядок» и «того, чтобы никто не имел оправдания в том, что он не знает закона».




Виейра железной рукой исполнял инструкции российского царя. Например, если кого-то ловили в третий раз на продаже продуктов плохого качества, его приговаривали к смерти. Согласно свидетелям того времени: «Виейра лично ежедневно проводил инспекции по городу, причем с такой суровостью, что одно его имя стало внушать уважение и страх на улицах Санкт-Петербурга». 

Антониу Виейра пришлось также организовать социальную и культурную жизнь высшего общества новой российской столицы. В связи с чем был опубликован в том же 1718 году декрет «Об ассамблеях», документ, регламентировавший проведение встреч высшего общества. Согласно трем пунктам этого документа, ассамблеи, проводимые во дворцах аристократов Петербурга, не разрешалось начинать раньше четырех или пяти часов после полудня, а заканчиваться они должны были к полночи.




Во время таких ассамблей, где часто бывал в качестве гостя Петр Великий, танцевали, обменивались информацией, играли в карты и так далее. Если кто-то нарушал пункты декрета, например, оказывался без дамы для танцевa, то его подвергали наказанию. Он должен был выпить одним глотком «орла», огромный бокал вина с выгравированным на нем императорским гербом.




Властители России с лихвой отплачивали Виейра за оказанные им услуги. 6 (17) января 1725 Петр I сделал его кавалером ордена Святого Александра Невского, самой высокой награды той эпохи в России. 18 (29) Февраля 1726, Екатерина I сделала его сенатором и возвела в графское достоинство. Это превратило его в одного из наиболее влиятельных царедворцев Петербурга, поставив в один ряд с теми российскими политиками, кто помогали Петру проводить реформы в стране, и вошедшими в историю как «птенцы гнезда Петрова».

Но у Виейра был один серьезный противник среди упомянутых «птенцов» - князь Александр Меньшиков.

Поскольку Антониу Виейра был евреем, то есть представителем народа, к которому с недоверием относились в том числе и в российских землях, ему нужен был брак, хорошая партия, чтобы он мог войти в высшее общество Петербурга. По иронии судьбы он «положил глаз» на Анну Даниловну Меньшикову, сестру князя, которая «безумно влюбилась в красавца португальца».  

Это не входило в планы Меншикова, который помышлял выдать свою сестру за царя Петра I с тем, чтобы усилить свою власть. Для этого он решил повысить ее культурный и интеллектуальный уровень, вследствие чего написал своей супруге: «Ради Бога, Дарья Михайловна, сделайте так, чтобы моя сестра занялась русским и немецким языками и не тратила понапрасну время». 

Однако в 1709 на Александра Меньшикова стали оказывать давление, чтобы он дал согласие на замужество сестры с Антониу Виейра. Когда португалец появился в доме Меньшикова, чтобы просить руки Анны, он, возможно, уже знал, какую позицию занимал по этому вопросу ее брат, ведь в салонах Петербурга уже вовсю обсуждали близкие отношения Антониу и Анны.  Поэтому португалец предупредил Меньшикова, что в случае отказа на его просьбу, его невеста родит ребенка, у которого не будет отца. Князь пришел в такую ярость, что приказал своей челяди бить его кнутами.

Чудом избежав «правосудия» Меньшикова, Антониу Виейра прибег к вмешательству самого царя, который встал на его сторону и приказал отдать Анну замуж за Антониу. В этот раз Виейра праздновал победу, но Меньшиков не забыл оскорбления и в дальнейшем взял реванш.

Но перед тем, как Меньшиков отомстил, ему пришлось однажды прибегнуть к помощи Виейры, когда отношения князя и Петра I стали весьма напряженными (1722-1723), и возникла угроза, что Меншиков попадет в немилость царя. Меншиков просил, чтобы Антониу держал его в курсе того, какие намерения питает российский монарх в отношении его особы.  Когда у Виейры появился первый сын, он был назван Александром в честь шурина, который прислал им учтивые поздравления: «В этот торжественный для Вас и всей вашей семьи день я желаю здоровья Вам и вашему новорожденному, нашему дорогому племяннику». 


Время мести пришло, когда царица Екатерина I, супруга и преемница Петра I на российском престоле, оказалась на смертном одре, еще не огласив своего преемника в качестве главы Российской империи.  Граф Виейра, как и ряд других российских дворян, считал, что судьба страны должна быть вверена в руки Анны Петровны – одной из дочерей Петра Великого. Но Александр Меншиков уже лелеял фараонские планы: выдать замуж свою дочь Марию за царевича Петра, внука Петра I. Он постарался повлиять на лежащую при смерти Екатерину, чтобы она оставила по завещанию трон Петру II.  

Так и произошло, Екатерина I подписала завещание, где именовала царевича Петра своим наследником и наказывала ему жениться на Марии Меньшиковой. Но чтобы провести дело наверняка, Меньшикову надо было убрать своих противников при российском дворе. С этой целью он с успехом посоветовал уже умирающей Екатерине I открыть уголовный процесс против Виейра и других дворян по обвинению в «неуважении к царской семье». Одновременно он отдал приказ заключить их под стражу.

Посол Саксонии в Петербурге, Лефорт, так описывал сцену взятия под стражу португальского еврея: «Капитан гвардии прибыл за Виейра и нашел его в апартаментах дворца. Он сообщил ему об аресте и потребовал от Антониу сдать ему свою шпагу. Виейра, сделав вид, что отдает шпагу, вытащил ее из ножен, намереваясь воткнуть ее в Светлейшего князя, но удар был отведен».

Силы и мужество покинули Виейра, когда в подземельях Петропавловской крепости в Санкт-Петербурге его подвергли допросам и пыткам, дабы он сообщил имена сообщников. После двадцати пяти ударов кнутом он признается во всех "преступлениях", а 6 мая 1727 года Екатерина I, которая в тот же вечер умирает, подписывает указ, приговаривающий его к смертной казни, но вскоре его заменят ссылкой в ​​Сибирь.

А до этого, 30 апреля, Анна Даниловна Меншикова-Виейра, посылает письмо к брату просить милости для своего мужа: «Я осмеливаюсь в своем безграничном горе просить Вас, Светлейший князь, мой отец и милосердный Господин, за своего мужа ... С тем, чтобы гнев нашей царицы перешел в милосердие».

Но этот вопль отчаяния остался без ответа.

27 мая (7 июня) 1727 года согласно манифесту нового русского царя и императора Петра II было приказано «наказать Виейра кнутом и сослать в  Якутия», где он и провел следующие десять лет.

Основываясь на информации от врача Рибейру Санчеса (Ribeiro Sanches) и отца Томаша да Сильвы де Авелара (Tomás da Silva de Avelar), Ромулу де Карвалью (Rómulo de Carvalho) написал, что Виейра умер в сибирской ссылке.

«Здесь был некий португалец по имени Антониу Мануэль Луиш Виейра, который был первым адмиралом, а потом  Управляющим судами, женился на сестре князя из Германии, а четыре года назад вышеуказанный португалец был навсегда изгнан к границе с  Китаем в Сибирь за неверность Его Величеству» - писал Рибейру Санчес в письме, опубликованном Ромулу де Карвалью.
 
Отец Томаша да Сильвы де Авелара идет еще дальше: «Граф Виейра, который был изгнан в Сибирь, где, вероятно, умер».

Но документы из российских архивов опровергают эту версию. В апреле 1737 года императрица Анна Иоанновна (1730-1740), племянница Петра Великого, вспоминает о Виейра и назначает его начальником порта Охотск, который как раз строился на Дальнем Востоке России и был одним из первых портов страны на Тихом океане. Не утратив такое качество, как честность, которое в то время очень редко встречалось среди российских чиновников, Антонио Виейра вновь демонстрирует свои возможности управленца и кладет конец растратам средств и успешно и в сроки строит порт.

В российских документах описано еще два соответствующих деяний уроженца Минью. Именно он организовал заключительный этап второй экспедиции Витуса Беринга (1681-1741), датского навигатора на службе России, который открыл Аляску. Кроме того, в 1740 году Виейра создал первую навигационную школу в Сибири и на Дальнем Востоке России, которая просуществовала более 100 лет и была важным культурным центром в столь отдаленном регионе.

Весть о деяниях португальца в изгнании дошла до Санкт-Петербурга, и императрица Елизавета Петровна (1741-1762), дочь Петра Великого, вспомнила о Виейра и о том, «что он страдает несправедливо», и в 1743 году приказала вернуть его из Сибири. Она возвращает ему чин генерал-лейтенанта, графский титул, орден Александра Невского. Кроме того, царица подарила ему тысячу восемьсот крепостных, которые ранее принадлежали его шурину Меньшикову,  имущество которого конфисковали, а его самого сослали, все благодаря его непомерным политическим амбициям.
 
Однако почести и милости не смогли компенсировать потерю здоровья Виейра, которое было сильно подорвано ледяным холодом Сибири. Он скончался через два года после своей реабилитации, в июле 27 (7 августа) в 1745 году, и был похоронен на кладбище Александра Невского в Санкт-Петербурге, месте последнего упокоения для многих героев и знаменитостей в истории России.