В сказках разных народов мира встречается мотив о том, как носить воду в решете. Мораль проста: цель, кажущаяся невыполнимой, становится возможной, если у ее постановщика (постановщиков) достаточно воли и сообразительности. Следовательно, она требует твердой воли и руки. Если на место этого образного примера поставить сагу об эстонско-российском пограничном договоре, то зададимся вопросом: хватает ли у нас в достаточной мере спокойствия духа и прежде всего уверенности в себе? Или позволим закипеть эмоциям, начнем хлебать и свалимся животом в воду?
С одной стороны, уверенность присутствует. Парламентская комиссия по иностранным делам с редким единодушием пришла к политическому консенсусу, что делом стоит заняться, да и правительство взялось за эту тему без промедлений.
Читайте также: Русский язык - для эстонцев!
«Очевидно, время – это то, что позволит найти решение», сказал министр иностранных дел Урмас Паэт Postimees в декабре 2005 года непосредственно после встречи с российским коллегой Сергеем Лавровым. Было уже ясно, что Россия не намерена ратифицировать договор, заключенный 18 мая в Москве. Фактор времени подчеркнул и тогдашний заместитель председателя парламентской комиссии по иностранным делам Марко Михкельсон: «Время рассудит, поскольку, в конце концов, пограничный договор нужен как России, Европейскому союзу, так и Эстонии».
Очень верно, но готов ли он сейчас, осенью 2012 года, этот Господин Время?
В 2005 году правящую коалицию составляли партии Реформ, Центра и Народный союз. За семь лет случилось многое. Прошел ряд выборов, сменился глава государства, прошла Бронзовая ночь, мы еще сильнее интегрировались с западом (перешли на евро), случился кризис в Евросоюзе и т.д. Инициатор нынешнего оживления Марко Михкельсон сейчас председатель парламентской комиссии по иностранным делам, но вместо бывшей в 2005 году в оппозиции фракции Республики он представляет созданный за прошедшее время Союз Отечества – Республика, который входит в правящую коалицию. (Часть «отечественников», как помним, проголосовала против ратификации пограничного договора, поскольку, по их мнению, добавленное в парламенте упоминание в преамбуле о Тартуском мирном договоре было жидковатым). (Принятие парламентом преамбулы в законе о ратификации пограничного договора с упоминанием действенности Тартуского мирного договора 1920 года, по которому проходила довоенная граница, стало поводом для российской стороны для отзыва подписи под пограничным договором. В России Тартуский мир рассматривается как исторический документ и ссылка на его действенность могла, по мнению Москвы, означать стремление Таллина зарезервировать в будущем возможность территориальных претензий к восточному соседу – прим.перев.)
Также по теме: Эстония - Россия, худой мир лучше доброй ссоры
Разумеется, тема пограничного договора время от времени после этого затрагивалась, но каждый раз это приводило к бурному шторму: охоте за ведьмами и поисками обвинений с одной стороны и страшилками о продаже государства с другой. Единодушие комиссии по иностранным делам приветствуется как разумное, но решительно ли оно?
Эстонии не нужно винить себя за преамбулу – вспомним точку зрения канцлера права в 2005 году, который поддержал разъяснение парламента в правовом плане: «Продолжение международно-правовой действенности Тартуского мирного договора нельзя рассматривать как само собой разумеющееся».
У самой России, похоже, сейчас есть видимый интерес вновь заняться темой. Мы бы могли отнестись к этому спокойно. До сих пор было достаточно какого-либо случайного слова и заявления иного третьестепенного российского политика, чтобы руки начинали дрожать и дело вновь заходило в патовое положение. Будем уверенными в себе.
Перевод: Алексей Архипов.