Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на
У США нет глобальной стратегии

Бывший министр обороны США говорит об упущенных возможностях в Ираке, о противоречивой внешней политике Америки и об «абсолютно нереалистичном» Дональде Трампе

© AP Photo / Mark ZaleskiБывший министр обороны США Роберт Гейтс
Бывший министр обороны США Роберт Гейтс
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Читать inosmi.ru в
Гейтс: Администрация оказалась в ловушке арабской весны. Она абсолютно неверно оценила те события. В тех странах не было никаких институтов, способных обеспечить реформы, которые требовали уличные демонстранты в стремлении свергнуть свои авторитарные правительства. Администрация показала дружественным режимам: если в вашей столице проходят демонстрации, США отдадут вас на растерзание.

Многие американцы, возможно, испытали некоторые опасения, когда в 2011 году американские войска покинули Ирак, но даже убежденные пессимисты были удивлены тем, как быстро ситуация ухудшилась.

Включите телевизор и посмотрите новости: запад Ирака, в том числе суннитский треугольник, где США так упорно старались навести порядок, сейчас находится в руках террористической группировки Исламское государство, которая способна проводить теракты в Париже, Джакарте и Сан-Бернардино, штат Калифорния.

Тот участок, на котором американские военные пролили больше всего крови, оказался поглощенным хаосом, начавшимся в соседней Сирии. Беженцы из этого региона дестабилизируют Европу. Марионеточные силы, теневые группировки и национальные армии, представляющие полдюжины стран, сражаются друг с другом на земле и в воздухе. Создается впечатление, что мир находится всего в одном шаге от третьей мировой войны, и причина тому — вакуум, оставшийся после ухода американских военных. Таким шагом вполне мог стать инцидент с российским бомбардировщиком, сбитым турецкими ВВС. 

Бывший министр обороны Роберт Гейтс (Robert Gates) время от времени встречается с ветеранами войн в Ираке и Афганистане. Вопрос о том, к чему привели все их усилия и жертвы, поднимается крайне редко. «Мы не обсуждаем нынешнее положение вещей, — говорит он. — Нужно понимать, что морскому пехотинцу, потерявшему в Фаллудже своего товарища, очень больно видеть, что такая группировка, как ИГИЛ, снова контролирует Фаллуджу. К чему тогда были все его жертвы?»

Г-н Гейтс вместе с президентом Джорджем Бушем и генералом Дэвидом Петрэусом (David Petraeus) были инициаторами увеличения численности военного контингента — решения удвоить ставку в Ираке в 2006 году, которое даже Пентагон не хотел поддерживать. В своих мемуарах, получивших название «Долг» (Duty), которые издание New York Times назвало «одними из лучших мемуаров Вашингтона», он признается, что страдания американских солдат с каждым днем становились для него все более тяжелым бременем, пока он работал при президенте Буше и президенте Обаме.

Сегодня, если в разговоре всплывает тема хаоса в Ираке, он говорит тем, кто там служил, следующее: «Вы завершили свою миссию. Это иракцы впустую растратили нашу победу».

Но г-н Гейтс считает, что результат был бы другим, если бы США оставили своих военных в Ираке. Исламскому государству не удалось бы расширить зону своего влияния с Сирии на Ирак. По его словам, важнее всего было присутствие представителя вооруженных сил США с четырьмя звездочками на погонах, который мог «собрать лидеров суннитов, курдов и шиитов и заставить их вести диалог. Когда этот процесс прекратился, все внешние сдерживающие факторы исчезли для Малики» — тогдашнего премьер-министра Ирака Нури аль-Малики (Nouri al-Maliki), которого г-н Гейтс считает виновным в нынешнем хаосе.

В 2008 году администрация Буша проявила силу духа и заключила с г-ном Малики Соглашение о статусе вооруженных сил, согласно которому американские военные могли оставаться в Ираке до 2011 года. Было ли в планах второе подобное соглашение, мы уже не узнаем никогда. «По опыту Буша было ясно, что потребуется активное вмешательство президента, который должен вести телефонные переговоры и оказывать давление. С моей точки зрения, этого не произошло».

В настоящее время 72-летний г-н Гейтс рекламирует свою новую книгу «Стремление к лидерству» («A Passion for Leadership»), в которой он рассказывает о своем опыте реформирования крупных институтов, включая ЦРУ при президенте Буше и Пентагон, а также о своей работе  в качестве главы Техасского механико-сельскохозяйственного университета с 2002 по 2006 год.

Когда мы сели за столик в баре одного из отелей Манхэттена, г-н Гейтс, новоиспеченный автор книги по искусству управления, признался, что он не слишком впечатлен величайшей книгой по искусству управления всех времен (по мнению ее автора) — «Искусство заключать сделки» (The Art of the Deal).

Дональд Трамп (Donald Trump) «привносит такой набор навыков в управление государственным сектором, который я бы использовал на рынке нью-йоркской недвижимости, – говорит он. — Но навыки нельзя переносить из одной сферы в другую. Когда он говорит о том, чтобы заставить другие страны делать те или иные вещи, это звучит совершенно нереалистично».

По словам г-на Гейтса, ему нравятся некоторые из кандидатов, но те, кто ему нравится, не получают поддержку. Обеим партиям стоит поучиться у Рональда Рейгана. «В 1980 году у страны была масса проблем. Советский Союз вторгся в Афганистан. Процентные ставки почти достигли 20%. Инфляция выражалась двузначными числами. Но Рейган построил свою предвыборную кампанию на оптимизме — лучшие времена впереди».

По словам одного из обозревателей Wall Street Journal, всем кандидатам стоит прочитать книгу г-на Гейтса. Сам г-н Гейтс говорит следующее: «Людям уже надоели ежедневные встречи с представителями бюрократического аппарата. Это как череда препятствий. Кандидат, который заявляет, что он все исправит, еще больше усиливает разочарование».

Его книга полна аргументированных советов и военных историй, которые могут многое рассказать о ранее неизвестных фактах его жизни: чем выше вы поднимаетесь, тем больше власть начинает зависеть от умения убеждать, задабривать и оказывать давление на «людей, которые вам не нравятся». Довольно низкое мнение г-на Гейтса о Конгрессе очевидно, и это нашло отражение в его более ранней книге, где он жаловался на мелочность, проявляемую членами Конгресса от обеих партий, в то время как американские военные гибли в Афганистане и Ираке.

Его детство в Канзасе 1950-х годов было, по его словам «идиллическим». Тогда вся его жизнь была сосредоточена на семье, церкви, школе и «Бойскаутах Америки». Потом он получил высшее образование, и его специализацией стала российская и советская история. Он хотел преподавать, но ради шутки записался на собеседование в ЦРУ. «Я был поражен, когда мне предложили работу».

Это предложение стало большой удачей. Агентство не предоставляло отсрочки от призыва в армию, но у него было соглашение с ВВС США: если пройти офицерские курсы и получить офицерское звание, можно отправиться на службу в ЦРУ. «Если вы проваливали экзамены, вы отправились прямиком во Вьетнам».

Служба г-на Гейтса в ВВС США привела его на «Палм-Бич ракетных баз», на базу «Минитмэн», расположенную в 100 километрах от Канзас-Сити. Ответственность пришла очень быстро, шутит он, поскольку он был единственным, кто мог «выговорить названия наших целей». Позже, уже будучи молодым аналитиком, он получил докторскую степень, которая очень пригодилась ему в его карьере. «Я думаю, она помогла склонить чашу весов», когда советник Джимми Картера (Jimmy Carter) по вопросам национальной безопасности Збигнев Бржезинский (Zbigniew Brzezinski) пригласил его работать в Белом доме.

Г-н Гейтс работал при восьми президентах. Он был протеже г-на Бжезинского и Брента Скоукрофта (Brent Scowcroft). Во внешней политике он занял позиции реализма.

Г-н Гейтс считает, что США неспособны решить мировые проблемы, но им стоит быть готовыми к тому, чтобы в процессе их решения взять на себя роль лидера. Он жалуется на то, что после первой войны в Ираке в 1991 году иракская армия не воспользовалась возможностью и не свергла Саддама: вместо этого шииты и курды подняли бунт, в котором США не хотели им помогать.

Поддерживая начало второй войны в Ираке, он выступил с речью, в которой подчеркнул, что, если спустя полгода 100 тысяч американских военных все еще остаются на месте, «мы совершили трагическую ошибку».

Сегодня он отмечает, что вместе со всем аппаратом национальной безопасности Обамы он выступал против решения президента о том, чтобы Хосни Мубарак покинул свой пост. Как он добавляет, Белый дом совершил еще один неразумный поступок, публично потребовав ухода Башара аль-Асада после начала восстаний в Сирии. «Не думаю, что президентам стоит давать обещания, если они не знают, каким образом они будут их выполнять», — поясняет он.

«Администрация оказалась в ловушке арабской весны. Они абсолютно неверно оценили те события. В тех странах не было никаких институтов, которые могли бы обеспечить реформы, требуемые уличными демонстрантами в стремлении свергнуть свои авторитарные правительства». Более того, администрация ясно показала дружественным режимам, которым угрожала нестабильность: если в вашей столице проходят демонстрации, США отдадут вас на растерзание. Это привело в замешательство Саудовскую Аравию и всех наших арабских союзников».

Г-н Гейтс придерживается довольно неоднозначного мнения об иранском ядерном соглашении, и, по его мнению, главный его недостаток — это отсутствие четкого сигнала о том, что США твердо намерены придерживаться политики сдерживания Ирана. «Мы заключали соглашения с Советским Союзом, но при этом вели очень агрессивную политику», чтобы сдерживать рост его влияния в мире. «Я не знаю, почему мы не делаем того же в случае с Ираном». В результате, по его словам, такие союзники США, как Саудовская Аравия и Израиль, начали бояться, что Америка намеренно позволяет Ирану превратиться в гегемона этого региона.

Его работа в области ядерного оружия в начале карьеры и его тесные профессиональные связи с разведывательным сообществом не оставили у г-на Гейтса никаких сомнений в их значимости. Присутствие Ирана, Северной Кореи и Владимира Путина на международной арене показывает, почему ядерные средства сдерживания играют ведущую роль в обеспечении безопасности США.

По его словам, скрытый потенциал тоже доказал свою значимость. Американским президентам необходимо понимать, что этот потенциал нужно поддерживать, чтобы президенту не пришлось «бросать кости» в следующий раз, когда потребуется освободить заложников. Что же касается потенциала слежки Агентства национальной безопасности, г-н Гейтс со смехом отвечает, что «Google и Amazon знают о вас гораздо больше, чем АНБ, потому что для них это действительно важно».

По его мнению, главный недостаток разведывательных агентств — это их неспособность предвидеть события. «Разведывательное сообщество способно предсказывать будущее не лучше магического кристалла. В период холодной войны люди-шпионы играли гигантскую, конструктивную роль в сборе информации о вражеских системах оружия, находящихся в разработке. Но в том, чтобы узнать намерения других стран, люди-шпионы были почти бессильными. На протяжении всей холодной войны у нас не было ни одного источника внутри Кремля, который мог бы рассказывать нам, что происходит на заседаниях Политбюро. Думаю, что и у Советского Союза таких источников не было».

Сегодня президент России Владимир Путин — бывший агент КГБ — не устает повторять, что именно США являются источником беспорядка в мире — как будто 19-летнюю карьеру ведения войн Саддама со своими соседями и собственным народом можно назвать «стабильностью», как будто к революциям арабской весны народы Египта, Сирии и Ливии подтолкнули заявления Джен Псаки (Jen Psaki).

По словам г-на Гейтса, главная проблема политики США — это отсутствие четкой стратегии, подобной той, которой руководствовались США в период холодной войны. «Все мы разделяли точку зрения Кеннана о том, что, если мы будем сдерживать Советский Союз достаточно долго, его внутренние противоречия в конце концов приведут к его краху, даже если пока неясно, когда именно это произойдет».

«Если мы соглашаемся с утверждением, что мы переживаем период волнений и насилия на Ближнем Востоке длиной как минимум в десятилетие, тогда отсутствие комплексной стратегии нашей реакции на хаос в этом регионе — это большая проблема. Может быть, нам нужно позволить некоторым кострам догореть без нашего участия? Кто наши друзья? Кого мы должны поддерживать?»

Возможно, эти ответы не успокоят морского пехотинца, оплакивающего своего товарища, погибшего в Фаллудже. Но если опыт г-на Гейтса и может чему-то нас научить, так это тому, что нам необходимо найти более обоснованные ответы на эти вопросы.