Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на
Угроза большой войны: Трамп сделал опасный шаг, России остается только ждать

Разрыв ядерной сделки с Ираном накалит ситуацию на Ближнем Востоке.

© AP Photo / Evan VucciПрезидент США Дональд Трамп говорит об Иране в Дипломатической комнате Белого дома в Вашингтоне, США. 13 октября 2017
Президент США Дональд Трамп говорит об Иране в Дипломатической комнате Белого дома в Вашингтоне, США. 13 октября 2017
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Читать inosmi.ru в
Решение американского президента Дональда Трампа разорвать ядерное соглашение с Ираном, возможно, не самый громкий шаг в его внешней политике. Не меньший международный резонанс вызвали выход из Транстихоокеанского партнерства, бомбардировки Сирии или решение о саммите с лидером КНДР. Но в чем сомнений нет: это решение Трампа — самое опрометчивое.

Решение американского президента Дональда Трампа разорвать ядерное соглашение с Ираном, возможно, не самый громкий шаг в его внешней политике. Не меньший международный резонанс вызвали выход из Транстихоокеанского партнерства, бомбардировки Сирии или решение о саммите с лидером КНДР. Но в чем сомнений нет: это решение Трампа — самое опрометчивое, что наверняка приведет к далеко идущим негативным последствиям. Недаром опрос американских экспертов по международной политике сразу после заявления американского президента показал: 94% специалистов считают это решение ошибочным и деструктивным.


Серьезные последствия решения президента США Дональда Трампа расторгнуть соглашение с Ираном обусловливают два фактора. Во-первых, сделка стала результатом очень удачного стечения обстоятельств, повторить которое вряд ли удастся. Ведь сторонами документа являются государства с различными, часто противоположными интересами: США, Россия, Китай, Великобритания и Франция с Германией.


Заключению соглашения предшествовали сложные переговоры — они велись еще с 2005 года — в которых споры были не только с Ираном, но и между самими участниками «шестерки». Соглашение было подписано в 2015 году, но его основные параметры были согласованы еще за два года до того. В том мире 2013 года еще не было конфликта из-за Украины, не было опасности прямого столкновения в Сирии, диалог между Вашингтоном и Пекином имел в целом положительный характер. Стороны были заинтересованы в деэскалации на Ближнем Востоке и готовы на масштабный компромисс ради этого.


Сегодня уровень взаимного доверия между государствами самый низкий со времени завершения Холодной войны, что точно не будет способствовать достижению новой договоренности. Таким образом, оптимистичные слова Трампа о новой, лучшей сделке будет очень сложно воплотить в реальность.


Во-вторых, от сохранения сделки зависят стабильность и, возможно, мир на Ближнем Востоке. Иран — один из активных участников большинства конфликтов в регионе, которому противостоят не менее активные (и агрессивные) акторы: Саудовская Аравия и Израиль. Эти два государства были наиболее ярыми оппонентами «иранской сделки», ее подписание вызвало глубокое недовольство у обоих. Израиль тогда публично «обиделся» на Барака Обаму, Саудовская Аравия начала демонстративно искать себе новых союзников вместо американцев.


Политика Трампа диаметрально противоположна политике его предшественника: именно на сближении с саудитами и израильтянами был сделан акцент. Здесь и договоренности о продаже оружия на рекордную сумму, и перенос американского посольства в Иерусалим — снова вопреки позиции мирового сообщества и европейских союзников. Однако главное в другом. США — снова главный друг Израиля и Саудовской Аравии, оба государства испытывают всестороннюю поддержку Вашингтона, что может подтолкнуть их к открытому конфликту с Ираном. Особенно если Иран в знак протеста против американских действий тоже выйдет из сделки — и оживет призрак «иранской ядерной угрозы». Поэтому решение Трампа увеличивает риск большой войны на Ближнем Востоке — не между США и Ираном, но между Ираном и американскими союзниками.


Участники соглашения на распутье. Все понимают: без соглашения будет хуже, чем сегодня. Но как действовать в этой ситуации? Отношениям Вашингтона и Тегерана уже нанесен значительный ущерб. Иран не давал формального повода для действий Трампа — никаких нарушений соглашения со стороны Тегерана не было зафиксировано, и это признают даже в окружении американского президента. Очевидно, что американцы не вернут иранские деньги — одним из результатов соглашения стало начало возврата около 2 миллиардов долларов, переведенных США на закупку оружия еще шахским правительством; после революции 1979 года американцы не поставили оружие, но и деньги заморозили. Конечно, ни о каком сотрудничестве между двумя государствами речи теперь не идет.


Но чтобы сохранить сделку — пусть даже без американцев — надо решить, как быть с новыми американскими санкциями. Ведь Трамп пообещал не только вернуть старые, которые были отменены в 2015 году, но и ввести новые санкции против Ирана. По традиционному американскому подходу, санкции направлены не только против Ирана, но и против третьих государств — тех, которые будут сотрудничать с Тегераном. Соглашение может выжить, только если Тегеран сможет в дальнейшем чувствовать себя свободно на международных рынках — и без ограничений сотрудничать с абсолютным большинством государств мира. Для Ирана сделка была более мотивирована социально-экономическими соображениями — экономическим кризисом, падением уровня жизни и ростом внутреннего напряжения. Если экономической выгоды сделка не будет приносить, для Тегерана не будет смысла оставаться в ней. Сейчас Тегеран дал европейским участникам сделки до двух месяцев, чтобы предоставить гарантии защиты иранских интересов. Кажется, это предельный срок «выживания» соглашения, если не прибегнуть к решительным действиям для его спасения.


Пока больше всего сомнений относительно готовности к решительным действиям, чтобы обеспечить это, вызывают европейские государства. Очередная демонстрация неготовности европейцев к решительным действиям может стать еще одним крайне опасным следствием решения Трампа. Казалось бы, за более чем год пребывания последнего в Белом доме уже следовало привыкнуть к его безрассудным единоличным решениям, к его деструктивному влиянию на западную солидарность и даже на западные институты. Но Европейский союз остается разделенным, сосредоточенным на собственных проблемах: мигрантах, Brexit, росте влияния популистов. А в одиночку Франция или Германия — не ровня США, да и решимости открыто бросить вызов Вашингтону не демонстрируют. Поэтому за те дни, что прошли с момента обнародования решения США о выходе из соглашения, ЕС ограничился лишь заявлением, что собирается сохранить сделку — но так и не решил, как же это сделает.

 

Что европейцы будут делать с американскими санкциями, пока непонятно. Но их позиция — ключевая. Технологии и инвестиции, сбыт нефти — все это может обеспечить Тегерану именно Европейский союз. И без этого соглашение неизбежно умрет. Европейский союз сейчас стоит перед своим Рубиконом: игнорировать американские санкции и вводить санкции против Вашингтона в ответ, если американские санкции ударят по европейцам, или ограничиться политическими заявлениями и попытаться договориться с американцами — и отступить, если договоренности не будет.


В Еврокомиссии вспомнили о решении двадцатилетней давности: в 1996 году в ответ на санкции США против Кубы, Ливии и Ирана европейцы приняли решение, согласно которому европейскому бизнесу было запрещено придерживаться американских санкций, были обещаны компенсации за возможные потери и предусмотрены ответные санкции против США. Тогда этот механизм не был использован — с Вашингтоном достигли политической договоренности. Сейчас ситуация повторяется. В ЕС есть готовый механизм — разве что его использование приведет к прямому противостоянию с Вашингтоном. Вот и вопрос: хватит ли европейцам политической воли для такого? Иногда кажется, что они забыли, как выживать в мире без США. Спровоцированная Трампом ситуация дает ЕС шанс утвердить себя как самостоятельного игрока на международной арене — или подтвердить упреки тех, кто утверждает, что ЕС не имеет политической силы.


Сложным станет и решение относительно будущего соглашения для России. Нет, в отличие от европейцев, готовность Москвы противодействовать американцам никаких вопросов не вызывает. Российское руководство также оказывает политическую поддержку Тегерану. Но есть несколько серьезных оговорок.


Фактически для России развал сделки может принести только один потенциальный плюс: без конкуренции со стороны Запада российские компании имеют значительно большие перспективы на иранском рынке. Но использовать эти перспективы могут разве что компании российского ВПК. Ведь угроза американских санкций для российского бизнеса даже более опасна, чем для европейского. Что они могут натворить, продемонстрировали последние американские санкции против самой России, опыт «Русала» и других российских структур. В отличие от компаний из ЕС, для россиян нет даже теоретической защиты от американских санкций: в Вашингтоне с российскими контрсанкциями не считались и не будут считаться, ведь в экономическом плане они для американцев просто незаметны.


Кроме того, в условиях американских санкций против Ирана под вопрос будут поставлены усилия по интеграции Тегерана в евразийские структуры: ШОС (Шанхайская организация сотрудничества), сотрудничество с ЕврАзЭС (с последней Тегеран как раз подписал временное соглашение о свободной торговле). Угроза удара по иранским партнерам отпугнет как российский бизнес, так и их коллег по этим объединениям из других стран. Рисковать ради сотрудничества с Ираном, который часто является не партнером, а конкурентом (например, в Сирии) в Москве могут и не решиться. И спасти сделку сама Россия не может — ее политического веса в мире и влияния на США не хватит для этого. Не зря Тегеран обращается за поддержкой прежде всего к Европе, не к Москве. Поэтому России остается только ждать финала этой истории.