Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
В досоветское время в иностранных компаниях Кавказа работали несколько тысяч финнов, пишет Yle. Они строили нефтяную империю России, а заодно сколачивали целые состояния на кавказской нефти. Так Товарищество братьев Нобель – ”Бранобель” – стало крупнейшим нефтедобытчиком в империи.
Анна Маттила
Возможно, в будущем школьные учебники будут рассказывать о вкладе финнов в развитие нефтяной промышленности Российской империи.
Финны сыграли в этом процессе значительную роль, считает Дмитрий Фролов, профессор и приглашенный исследователь Александровского института при Университете Хельсинки.
Он – один из немногих, кому удалось получить доступ в азербайджанские архивы, где хранятся уникальные документы о финнах, трудившихся на кавказских нефтепромыслах. До Фролова большую часть этих документов никто не открывал с момента поступления в архив.
В XIX веке финские идеалисты уезжали строить утопические колонии в Латинскую Америку или на Дальний Восток. Однако экспансия финнов на Кавказ была куда более прагматичной.
Фролов отмечает высокие зарплаты на нефтеналивном флоте и предприятиях Товарищества ”Бранобель” – крупнейшего нефтедобытчика в империи.
В 1880-1890 годы, к примеру, капитаны кораблей, среди которых было много финнов и финских шведов, получали до 2800 рублей в год.
Всего за два–три года работы можно было накопить на покупку дома у себя на родине.
Для сравнения, средняя зарплата в Российской империи тогда составляла от 600 до 900 рублей в год.
Нефть вместо орехового дерева
О нефтяном бизнесе Людвига и Роберта Нобелей известно гораздо меньше, чем о достижениях их брата Альфреда, изобретателя динамита.
Роберт тоже участвовал в разработке динамита, но в 1870-х отправился в Баку за ореховым деревом для винтовочных прикладов. Найти нужное дерево не удалось, зато в этом районе было много нефти. Ее добывали вручную и использовали в основном как масло для ламп.
Роберт по выгодной цене купил несколько нефтяных скважин. Так началась история семьи в нефтяном бизнесе.
"Хорошие капиталисты"
В конце XIX – начале XX века нефтяная столица Российской империи Баку делилась на две части: ”черный город” – покрытый копотью район промыслов, и ”белый город” – жилые кварталы инженеров и предпринимателей.
Финны в основном жили в ”белом городе”, поскольку часто занимали руководящие должности и были квалифицированными специалистами.
Из всех 146 нефтяных компаний, действовавших на Апшеронском полуострове, именно Нобели предлагали лучшие условия: не только высокие оклады, но и заботу о своем персонале.
У них были свои школы, больницы, театры и магазины, где продавались товары значительно дешевле, чем в городе. Пострадавшим и семьям погибших в результате несчастных случаев выплачивались компенсации.
По поручению Людвига Нобеля в Баку построили комплекс зданий под названием Вилла Петролеа. Это был настоящий оазис для финских и шведских сотрудников.
"Все здания построены из белого песчаника в византийском стиле. Вокруг каждого дома – парк и сад. С востока и юга к домам примыкают просторные веранды на обоих этажах. Пресную воду доставляют из Волги, она поступает в фонтаны, кухни, ванные и пожарные насосы".
Так Виллу Петролеа описывает финский инженер Густаф Тёрнудд в письме домой в августе 1882 года.
Финны отличались высоким профессионализмом
На предприятиях Нобелей и в других иностранных компаниях Южного Кавказа работали от 2,5 до 3 тысяч финнов. Они составляли крупнейшую диаспору среди иностранных специалистов, по численности опережая немцев и скандинавов.
Финны, такие как инженеры Густаф Тёрнудд и Эдвин Бергрот, сыграли важную роль в успехе бизнеса Нобелей. Тёрнудд вместе с Людвигом Нобелем построил первые крупные перерабатывающие заводы в Баку, а затем руководил ими. Бергрот же сначала был правой рукой Тёрнудда, а в 1880-е годы стал главным управляющим Бакинским отделом Товарищества братьев Нобель.
Финские инженеры, механики, капитаны, учителя и врачи отличались высоким профессионализмом, поясняет Фролов.
Работа у Нобелей считалась не только выгодной, но и престижной. Такой опыт в резюме открывал широкие возможности для карьерного роста.
Многие после Кавказа продолжали трудиться в Петербурге или Одессе, либо переходили в другие крупные компании, такие как Siemens.
Карьерные пути Густафа Тёрнудда и Эдвина Бергрота сложились по-разному. Вернувшись на родину, Тёрнудд занимался различными бизнес-проектами. Хотя на Кавказе он сделал блестящую карьеру и входил в число доверенных лиц Нобелей, к концу жизни он оказался разочарован и измотан неудачами в делах.
Бергрот же стал одним из самых известных финских промышленников своего времени. Он основал или реорганизовал несколько предприятий – среди них завод Nokia, верфь в Хиеталахти в Хельсинки и газовая служба города.
Оба не застали последствий грядущих переломных событий.
Закат ”нефтяной мечты”
Начало ХХ века принесло с собой бурю перемен, которая в итоге смела привычный уклад жизни.
С одной стороны, нефтяной бум продолжался – казалось, деньги и нефть будут литься рекой всегда. Но грянула Первая мировая война, за ней – революция.
Большевики национализировали предприятия, и нефтяная империя Нобелей практически исчезла.
Финны пыталась приспособиться к новой реальности. Многие спешно уезжали, бросая все нажитое. Однако не всем это удавалось.
"Новые власти пытались удержать иностранных специалистов, не давая разрешения на выезд, ведь местные кадры были низкоквалифицированными", – рассказывает Дмитрий Фролов.
Нобели долго, но безуспешно пытались бороться с Советским союзом, среди прочего финансируя контрреволюционную деятельность.
Дешевая и качественная советская нефть постепенно стала поступать на европейский рынок, хотя европейцы поначалу и были недовольны тем, что СССР присвоил иностранные предприятия.
Принципы столкнулись с реальностью, и, как это часто бывает при капитализме, победили деньги.
Сегодня об империи Нобелей на Кавказенапоминают лишь старые здания, когда-то построенные для иностранных специалистов, и уцелевшие строки в архивах.
"Благодаря архивным находкам – от картотек сотрудников до книг несчастных случаев – можно в деталях восстановить быт, карьерные траектории и семейные связи этих людей", – отмечает исследователь.
На предприятиях ”Бранобеля” начинал карьеру и участник большевистского подполья Баку Лаврентий Берия, который впоследствии стал ”палачом” сталинской эпохи. Фролов нашел его личную карточку в азербайджанском архиве.
Уникальные документы могут быть утеряны навсегда
Директор Александровского института Маркку Кангаспуро подчеркивает значение архивной работы Фролова. Благодаря ей удалось выявить целый пласт материалов, которые иначе могли бы остаться в тени.
Это действительно прорыв, и было бы преступлением оставить такие уникальные документы неиспользованными.
Однако материалы могут быть утеряны навсегда, поскольку бумажные документы быстро ветшают.
Как отмечает Кангаспуро, сейчас важно обеспечить сохранность документов и сделать их доступными для широкой исследовательской аудитории.
Этот проект можно считать национальным культурно-историческим делом, ведь речь идет о спасении уникальных документов.
Краеугольным камнем остаются деньги.
Все исследователи ищут финансирование, конкуренция серьезная.
Кроме интервью Дмитрия Фролова и Маркку Кангаспуро, источником для этого материала стала выпущенная прошлой осенью книга Йоуко Аалтонена и Сеппо Сивонена "Нефтяная династия Нобелей и финны" (Nobelien öljydynastia ja suomalaiset), которая основана на ранее опубликованных письмах и архивных газетных заметках.
25
Когда - то у финнов была нефть, в Баку. Потом пришла независимость и нефти не стало. Когда - то у украинцев был газ, на Ямале, а потом незалежность и то же самое.)))
18
"В досоветское время в иностранных компаниях Кавказа работали несколько тысяч финнов" - россияне работали в России.
