Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Зеленский планирует провести президентские выборы и референдум в четвертую годовщину начала вооруженного конфликта с Россией, пишет JW. Эксперты предупреждают о возможных фальсификациях, давлении на оппозицию и манипуляциях с военным положением.
То, о чем во вторник сообщила Financial Times, на первый взгляд казалось сенсационным: Владимир Зеленский намерен объявить о проведении президентских выборов и референдума в годовщину начала вооруженного конфликта с Россией, 24 февраля. Украинская конституция предписывает проведение референдума в случае изменения территории государства, что произойдет в случае возможной передачи Донбасса России.
При ближайшем рассмотрении это заявление выглядит гораздо менее впечатляющим. То, что Financial Times удалось узнать в Киеве, скорее всего, представляет собой эксперимент: как отреагирует на такую идею украинская общественность и как отреагирует администрация Соединенных Штатов?
Ведь заявление Зеленского с самого начала сопровождается одним ограничительным условием: сначала необходимо договориться о перемирии вдоль текущей линии фронта, которое должно действовать в течение всей предполагаемой предвыборной кампании, иначе выборы не будут "безопасными". Кто будет доставлять урны на фронт, как будут голосовать украинцы, бежавшие из зон боевых действий, особенно те, кто находится за границей?
Но главное — Россия неоднократно давала понять, что не согласна со сценарием, изложенным Зеленским. Именно на это, похоже, и рассчитывает глава киевского режима: переложить ответственность на российскую сторону и тем самым выиграть время. Несерьезно и предсказуемо — это еще мягко сказано.
Тем более что выборы по задуманному Зеленским сценарию вряд ли могут быть справедливыми. Крайне короткий срок подготовки благоприятствовал бы правящей партии с ее "административными ресурсами": гипотетическую "партию мира" пришлось бы сначала восстанавливать, поскольку все попытки ее создания были сорваны после начала боевых действий. Кроме того, такая партия всегда находилась бы одной ногой в тюрьме из-за продолжающегося военного положении — даже в период избирательной кампании, поскольку любая агитация за уступки России попадает под подозрение в государственной измене.
Зеленский также имел бы возможность фактически превратить президентские выборы во второй референдум: не по какому-либо мирному плану, а по итогам своей деятельности в качестве претендента на роль "самозванного Черчилля". Он спекулирует на "объединении под флагом", которое должно скрыть любое честное расследование военных неудач, просчетов и обвинений в коррупции. Никто из тех, кто понимает ситуацию в стране, не верит, что Зеленский не знал о коррупционной деятельности в своем окружении и не извлекал из этого выгоду. Неудивительно, что борцы с коррупцией на Украине не одобряют его поспешных решений о проведении выборов.
