Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Неудачный исход встречи между Трампом и Си уже предрешен, пишет Newsweek. Оба лидера понятия не имеют, чего на самом деле хочет другая сторона. Они также не понимают, на что готовы их избиратели. Когда сталкиваются две закрытые системы, даже самая искренняя дипломатия обречена остаться диалогом глухих.
Как и в любом большом соперничестве, в отношениях Дональда Трампа и Си Цзиньпина есть то, что известно всем, то, что известно не всем, и то, что всем неизвестно.
О саммите Трампа — Си говорят на языке того, что известно всем. Иран. Соя. Самолеты "Боинг". Пошлины. Редкоземельные элементы. Микрочипы. Тайвань. Визы. За этими известным всем следят наблюдатели, делая выводы о том, усиливается или ослабевает напряженность в отношениях США и Китая.
Но настоящий саммит будет проходить в сфере того, что всем неизвестно. Трамп на самом деле не знает, чего Си хочет от Америки (потому что этого не знает никто), и какое давление китайские граждане оказывают на государство, выстроенное таким образом, чтобы это давление было незаметно. Си тоже не знает, чего Трамп хочет от Китая (потому что этого не знает никто), и что американские граждане готовы терпеть от президента, который использует внешнюю политику в качестве проверки на чистоту. У обоих есть сферы влияния, как внутри страны, так и на международной арене. Но у обоих также есть сферы незнания.
Трамп наверняка знает, что Китаю нужно снижение пошлин или соглашения о закупках. Но ему намного меньше известно о том, как Китай понимает статус, как он смотрит на свое Столетие унижений и на Тайвань. Наверное, ему известно, что американцы недолюбливают китайцев; но он наверняка не понимает, насколько быстро воинственность отступает перед счетами за продукты. Наверное, Си известно, что Америке нужны рычаги давления; но он наверняка намного меньше знает о том, как понимает эти рычаги настроенная на потребление и раздробленная в институциональном плане республика. Сама система Си, начиная с Великого китайского файрвола и заканчивая партийной дисциплиной и чистками, существенно затрудняет понимание истинных настроений китайцев.
Общеизвестное: что говорят обе стороны о своих желаниях
На публике Трамп говорит, что хочет заключить сделку, которую можно представить как преимущество. Он хочет, чтобы Китай покупал американскую сельскохозяйственную продукцию и самолеты, чтобы было меньше давления от повышения пошлин и ограничений на редкоземельные элементы. Ему нужен какой-то знак, указывающий на то, что он по-прежнему может влиять на Пекин. Чиновники также обсуждают идею нового американо-китайского "совета по торговле".
Си хочет получить сделку, которую он сможет преподнести как свидетельство его государственной мудрости. Ему также нужны предсказуемые пошлины, нужно меньше ограничений на доступ Китая к передовым технологиям, нужен рыночный простор для китайского экспорта и такие формулировки по Тайваню, которые свидетельствуют об уважительном отношении к его позиции. Печатный орган Коммунистической партии Китая The People’s Daily недавно назвал Тайвань "первой красной линией, которую нельзя пересекать".
Необщеизвестное: ни одна сторона не знает, чего хочет другая
Существует нестыковка, состоящая в том, что желания сами по себе не являются общими. Одна сторона не может с полной уверенностью сказать, что нужно другой. Трамп, может, и знает, что Си хочет снижения пошлин, но ему неизвестно, в какой мере на это его желание влияют внутренние слабости. Си, может, и знает, что Трамп хочет продавать и поставлять, но ему неизвестно, в какой мере американские избиратели готовы оплачивать торговые войны. Трамп, может, и знает, что Тайвань — это чувствительный и болезненный вопрос, но вряд ли понимает, почему Пекин относится к нему как к цивилизационной проблеме.
Майкл Соболик из Института Хадсона подчеркнул это противоречие. Вашингтон и Пекин "соперничают на разных уровнях и в разных сферах, имея разные теории победы", рассказал он в интервью Associated Press. Трамп использует пошлины в качестве рычага давления при заключении торговых сделок, а Си "нацелился на победу в холодной войне с Соединенными Штатами".
Вот почему это не просто противостояние Трампа и Си. Трамп очень мало знает о Китае и о приоритетах своих собственных граждан. А Си мало знает об Америке и о приоритетах своих граждан.
Китайская проблема Трампа: Китай не просто продавец
Трамп инстинктивно хочет обращаться с Китаем как с гигантским поставщиком, которого можно заставить больше покупать у Америки. В 2025 году у США был торговый дефицит с Китаем на сумму 202 миллиарда долларов. А дефицит дает Трампу заряд энергии.
Но эта цифра не столь полезна, как может показаться. В 2018 году торговый дефицит США с Китаем был равен 418 миллиардам долларов, то есть, вдвое больше показателя 2025 года. Если бы дефицитом все и ограничивалось, Трамп вполне мог бы провозгласить частичную победу. Но дефицит сократился отчасти из-за того, что изменились цепочки поставок. Тайвань занял настолько важное место в цепочках поставок для ИИ, что США в начале 2026 года импортировали больше товаров с Тайваня, чем из Китая.
Незнание Трампа в глубине своей носит цивилизационный характер. Общеизвестно, что его называют мастером сделок, работающим по принципу "ты мне, я тебе". Но в китайской конституции национальный проект страны представлен как "великое возрождение китайской нации" под руководством коммунистической партии, а оппозиция социалистической системе названа политическим врагом.
Конечно, Тайвань — это важная линия разлома. В декабре Трамп утвердил пакет поставок оружия на Тайвань в размере 11 миллиардов долларов, но до начала саммита поставки так и не были осуществлены. По мнению Трампа, задержки с поставками оружия могут стать для него козырем, который можно разыграть. А Си это может показаться сигналом, свидетельствующим о том, что американский президент втайне признает цивилизационные приоритеты Китая.
Американская проблема Трампа: снижения цен избиратели хотят больше, чем конфронтации
Трамп также рискует неверно понять американцев. Он говорит так, будто избиратели хотят конфронтации с Пекином. Многие действительно хотят, в том числе, многие американские законодатели. Но факты свидетельствуют о том, что сегодня приоритетом для общества стал уровень жизни.
Исследовательский центр AP-NORC выяснил, что 7 из 10 американцев назвали как минимум один экономический вопрос в числе проблем, решения которых они хотят от правительства в 2026 году. 43% упомянули личные финансы, 44% назвали иммиграцию, а 41% — здравоохранение. Внешняя политика, за исключением иммиграции, опустилась в списке приоритетов с 35% до 25%. Лишь 11% американцев уверены, что федеральное правительство в состоянии добиться успехов в решении названных ими проблем.
Опрос по Китаю указывает в том же направлении. NPR, Чикагский совет и Ipsos провели социологическое исследование и выяснили, что американцы в основном видят в Китае экономического соперника, однако они также хотят укрепления торговых связей и снижения пошлин. 76% опрошенных сказали, что пошлины негативно отражаются на стоимости жизни, 70% считают, что они отрицательно сказываются на уровне жизни, 66% полагают, что они вредны для американской экономики, а 61% думает, что это плохо влияет на занятость. В ходе опроса также выяснилось, что 62% респондентов выступают против существенного сокращения торговли с Китаем, если это означает повышение цен. А 58% не согласны с повышением пошлин на китайские товары.
Это весьма неудобный факт для запланированного саммита. Трамп в свойственной ему политической манере высоко ценит конфронтацию, однако его избиратели в предвыборный период думают о стоимости жизни. Чикагский совет провел в 2025 году опрос и выяснил, что 53% американцев отдают предпочтение сотрудничеству и взаимодействию с Китаем, а не ограничению его власти и влияния. Годом ранее этот показатель составлял 40%. А 54% опрошенных против повышения пошлин на китайский импорт. Это реализм, которым живет американское общество.
Американская проблема Си: Трамп — это не Америка
Соответствующая ошибка Си заключается в том, что он относится к Трампу так, будто тот — Америка в человеческом обличье. В Китае и в США руководитель страны имеет огромное значение, но в Америке ему могут чинить препятствия, перечить, его могут высмеивать, и он также ограничен по времени, хотя те изменения, которые такой руководитель успел осуществить в стране, могут сохраниться.
Возможно, Си также неверно истолковывает американское общественное мнение (как это ни парадоксально, к собственной выгоде), если полагает, что антикитайская риторика равносильна единодушному стремлению к разрыву. "Центр Пью" выяснил, что взгляды американцев на Китай стали немного позитивнее, а доля тех, кто называет КНР врагом, уменьшилась с 42% весной 2024 года до 28% в январе 2026-го. Опрос NPR, Чикагского совета и Ipsos показал, что 37% американцев считают Китай соперником, 21% — врагом, а 20% называют его стратегическим партнером. Однако большинство все равно за то, чтобы запретить американским компаниям продавать Китаю секретные технологии, которые могут иметь двойное назначение.
Таким образом, американский сигнал Китаю — это не один сигнал. Их много: покупайте нашу сельхозпродукцию, не нападайте на Тайвань, снижайте цены, прекратите воровать технологии, направляйте к нам студентов, но не посылайте шпионов, не перекрывайте цепочки поставок, не пытайтесь установить в них свое господство.
Китайская проблема Си: файрвол заставляет людей заниматься самоцензурой
Основополагающая неосведомленность Си касается самого Китая. Авторитарные системы хорошо умеют наблюдать, но не умеют слушать. Великий китайский файрвол не только препятствует проникновению западных идей, но и способствует неверному толкованию китайских настроений.
В Китае огромное количество интернет-пользователей. Агентство "Синьхуа" сообщает, что в июне 2025 года в стране было более 1,12 миллиарда интернет-пользователей. Интернетом охвачено 79,7% населения. Однако НКО Freedom House* в своем докладе "Свобода в сети" за 2025 год поставила Китаю 9 баллов из 100, заявив, что китайские интернет-пользователи больше 10 лет живут в самых худших в мире условиях, что касается свободы интернета. В докладе также говорится, что власти подвергают цензуре онлайн-контент и манипулируют им, удаляют посты на болезненные и деликатные темы. Там отмечается, что в ходе кампании в начале 2025 года было удалено более миллиона единиц контента.
Но китайское общественное мнение не монолитно, как и американское. Картеровский центр и Университет Эмори в рамках своего исследовательского проекта "Пульс Китая" провели опрос и выяснили, что 73% китайских респондентов в конце 2025 — начале 2026 года считали Соединенные Штаты Америки угрозой национальной безопасности. В качестве главной причины такого восприятия они назвали Тайвань и международную торговлю. Но в рамках этого проекта было проведено еще одно исследование, результаты которого показали, что многие китайские респонденты рассчитывают на равенство в торговых отношениях и полагают, что торговый конфликт вреден обеим сторонам. Китайское общество может быть одновременно националистическим и практичным, как и американское, но оно не в состоянии выразить мнение обеих сторон.
Экономика Китая — это еще одна головная боль Си. Национальное бюро статистики КНР сообщило о пятипроцентном росте ВВП в первом квартале 2026 года, а отраслевые данные показывают, что рост производства в высокотехнологичных секторах составил 12,5%. Но объем розничных продаж в первом квартале увеличился всего на 2,4%, инвестиции в недвижимость упали на 11,2%, а продажи коммерческой недвижимости снизились по стоимости на 16,7%.
Есть внутренний договор, который Си обязан защищать: рост с гордостью. Однако информационная система, которая подавляет и замалчивает жалобы, может переоценить степень терпимости.
Нарушенные человеческие связи
Незнание существует не только на самом верху. Средние слои взаимопонимания между двумя странами тоже истончились.
Associated Press сообщает, что в конце 2023 года в китайских университетах училось менее 700 американских студентов. Это намного меньше, чем десятью годами ранее, когда их было 25 000 человек. Организация Open Doors сообщает, что в 2024-2025 учебном году в США обучалось 265 919 студентов из Китая.
Такой дисбаланс создает дефицит взаимопонимания. "Голос Америки"** ссылается на работающего в Пекине американского лингвиста Дэвида Мозера, который предупреждает, что если число обучающихся в Китае американцев не увеличится, то "в следующем десятилетии мы не сможем осуществлять в Китае умелую и грамотную дипломатию".
То же самое с авиационным сообщением. По оценке издания ChinaTravelNews, в период с октября 2025 по март 2026 года между континентальной частью Китая и США выполнялось всего 27 плановых рейсов в неделю, что гораздо ниже допандемийного уровня. В 2024 году Associated Press сообщала, что количество авиарейсов между США и Китаем остается намного ниже уровня 2019 года, хотя Вашингтон разрешил китайским авиалиниям увеличить число рейсов туда и обратно.
Журналистика — это еще одна сфера, где контакты сокращаются. "Голос Америки"** сообщает, что Клуб иностранных корреспондентов Китая провел исследование и выяснил, что согласно сообщениям большинства зарубежных журналистов, условия репортерской работы по-прежнему гораздо ниже международных стандартов. Многие журналисты говорят о вмешательстве, притеснении, о том, что им мешают заниматься репортерской работой и съемками. Меньше студентов, меньше рейсов, меньше репортеров и меньше разговоров без цензуры. Все это придает незнанию структурный характер.
Секретность создает трудности в переводе
Секретность усугубляет проблему, потому что каждая сторона скрывает информацию, которая больше всего нужна другой стороне. Разница в том, что в Америке секретность сосуществует с утечками информации, с судебными разбирательствами, оппозиционной политикой и агрессивной прессой, а в Китае секретность является неотъемлемым элементом партийной дисциплины и закона.
Пересмотренный закон о противодействии шпионажу, принятый в апреле 2023 года и вступивший в силу в июле того же года, расширил полномочия государства в борьбе со шпионской деятельностью, а также увеличил перечень государственных секретов. Теперь в него входят документы, данные, материалы и предметы, имеющие отношение к национальной безопасности. Точного определения этих терминов нет. Это отразится не только на шпионах. Это отразится на компаниях, ученых, журналистах, исследователях и аналитиках, которые пытаются понять Китай.
Что может, и что не может исправить саммит
Саммит Трампа и Си все-таки может принести положительные результаты обеим сторонам. Но он не сузит сферы их незнания.
Поэтому судить об этой встрече следует не по победным коммюнике, а скорее по тому, продемонстрируют ли стороны понимание трудностей и проблем друг друга. Альтернатива дипломатии — это конфликт, а этот риск — то, что известно всем.
* Нежелательная в России организация
** Лицо (организация) выполняет функции иностранного агента
