Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
В Киеве придумали два лживых аргумента для спора с Варшавой, пишет Кристиан Каминьский на страницах Myśl Polska. Автор отмечает, что украинцы не только оправдывают геноцид поляков, но и стараются исказить историю, пытаясь доказать себе и окружающим свою древность.
Кристиан Каминьский (Krystian Kamiński)
Поляки в области отношений с украинцами проходят ускоренный курс реализма. Я сейчас не говорю об отношениях на официальном уровне. Что касается наших межгосударственных отношений, то неприязнь Владимира Зеленского и правящей элиты Украины к Польше, а также — и прежде всего — пренебрежение нашим государством, ориентация Киева на ведущие западные державы, среди которых США стали его наиболее требовательным, а Германия — более лояльным партнером, это давно известный факт. Однако нынешний спор об истории — это нечто большее. Это спор двух обществ, двух народов.
Что это так, хорошо видно по масштабу ангажированности в этой конфронтации украинских СМИ. Даже самые мелкие местные порталы не упускают возможности высказаться по этому поводу. Конфликт вылился в социальные сети, где граждане двух стран (в том числе граждане Украины, проживающие в Польше), вступили в словесную баталию — поскольку то, что мы наблюдаем в течение нескольких недель, дискуссией назвать трудно.
Украинское видение истории, которое представлено нам официальными нарративами киевских властей и сотнями тысяч постов простых украинцев, основано на двух основных ложных тезисах, приправленных изрядной долей цинизма и бесстыдства. Значительная часть украинцев не отрицает, что Украинская повстанческая армия* убивала польских мирных жителей. Однако создается впечатление, что украинцы пытаются оправдать это преступление некоей ложной симметрией — они утверждают, будто бы Армия Крайова таким же жестоким образом и в не меньших масштабах убивала украинских мирных жителей. Использование в споре этой давно битой карты является еще одним доказательством исторического невежества украинской стороны, потому что, как известно, польские подпольные структуры АК на Волыни в 1943 году были немногочисленны, разобщены и не имели больших запасов оружия, а против УПА* часто выступали объединившиеся для самообороны простые жители. Я сейчас говорю о Волыни, поскольку — и здесь мы имеем дело с еще одной ложью — украинцы пытаются свести дело к одной территории, к одному воеводству, хотя геноцид поляков продолжался и в последующие годы, и распространялся на другие земли — на Тернопольское, Станиславовское (Станиславов — первоначальное название города Ивано-Франковск — прим. ИноСМИ), Львовское и Люблинское воеводства, в том числе на районы, находящиеся на территории современной Польши.
Вторая базовая ложь украинского нарратива еще более цинична. "А что делали эти поляки на Украине?" — таким риторическим вопросом отвечают на наши претензии украинцы, начиная с сотрудников их Института национальной памяти до среднестатистического Тараса в соцсети. Это, конечно, наглядно свидетельствует о состоянии сознания граждан Украины, совсем недавно сформированного украинскими пропагандистами, убеждающими свое население, будто в 1918 году существовала некая Украина и украинский народ в его нынешнем виде, земли которого были "оккупированы" Второй Речью Посполитой.
В этом нет ничего необычного. Многие молодые народы, которые окончательно оформились только в XX веке на территориях, принадлежащих к историческим государствам других народов и которые своими нынешними границами обязаны не себе, а действию внешних сил — в данном случае Иосифа Сталина и Красной Армии — проецируют в прошлое свое нынешнее состояние сознания и ощущение идентичности. Здесь уместно вспомнить и современных литовцев с их убежденностью в "оккупации" Второй Речью Посполитой Вильна (польское название Вильнюса — прим. ИноСМИ) и Виленщины.
Если внимательнее вслушиваться в этот второй ложный украинский тезис, мы почувствуем смрад варварского шовинизма. Мы услышим мысль о том, что, поскольку Польша "оккупировала украинские земли", то во имя освобождения от этой "оккупации" убийства всех до единого поляков — этих самых "оккупантов", было в высшей степени оправданными. Убийства стариков, женщин, детей — всех. Да, на Украине об этом редко говорится прямо, но, если прославление УПА* оправдывается "польской оккупацией", следовательно, методы деятельности этой организации считаются морально приемлемыми. При этом трудно воспринимать всерьез заявления польских украинофилов о том, что во времена интернета и активной дискуссии на эту тему в СМИ украинцы не знают, что во время Второй мировой войны происходило на Волыни и в Восточной Малой Польше. Многие из них прекрасно обо всем осведомлены, но, как мы видим, считают случившееся вполне оправданным этими двумя интеллектуально и морально ложными предпосылками.
*экстремистская организация, запрещенная в России
