Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
США начали войну с Ираном без четко сформулированных целей, пишет 19FortyFive. За несколько месяцев Вашингтон успел несколько раз сменить обоснование конфликта и растратить весь арсенал. Это вряд ли можно назвать победой, иронизирует автор статьи.
Война началась 28 февраля без каких-либо публичных объяснений. Администрация не представила исчерпывающих аргументов ни Конгрессу, ни согражданам, и опрос Университета Маркетт показал, что подавляющее большинство американцев ее не хотят. За пять месяцев заявленные цели не раз менялись: от смены режима и срыва ядерной программы Ирана до открытия Ормузского пролива.
В недавней статье The Washington Post утверждалось, что президент Дональд Трамп обрушился на своего военного министра Пита Хегсета из-за того, что США истощили запасы ключевых высокоточных боеприпасов большой дальности и основных средств противовоздушной и противоракетной обороны. Из статьи явствовало, что Трамп негодует оттого, что Хегсет якобы заверил президента, что до начала войны арсеналы были полны.
Белый дом утверждения, прозвучавшие в публикации The Washington Post, отрицает.
Разумеется, не успела статья разлететься, как президент во всеуслышание пригрозил провести расследование и пересажать в Пентагоне всех, кто не умеет держать язык за зубами.
Весь следующий день он пытался убедить общественность в том, что у США достаточно оружия и боеприпасов, чтобы продолжать войну с Ираном столько, сколько потребуется. Даже если ключевые вооружения частично исчерпаны, уверял Трамп, у военных хватит запасов по всему миру, и при необходимости они могут ими воспользоваться.
Начиная с марта вооруженные силы США уже вовсю расходуют свои скудные глобальные запасы ради продолжения войны в Иране. Но даже они истощаются, "оголяя" другие регионы мира, за чью безопасность отвечают американские военные.
В начале войны Пентагон утверждал, что уничтожил основную часть возможностей Тегерана по запуску ракет. Однако в начале мая разведка США существенно занизила первоначальные заявления ведомства об успехе. Даже после всей вереницы авиаударов Иран сохранил минимум 50% возможностей по запуску ракет. Иными словами, администрация Трампа заблуждалась даже в своих радужных оценках боевых потерь.
Если Трамп был не в курсе, насколько опасно истощены арсеналы США по ключевым системам, необходимым для войны с Исламской Республикой, чего еще он не знал или не понимал?
Почему мы вообще начали войну?
Трамп объявил войну 28 февраля без особой помпы. Разумеется, он не счел нужным доводить аргументы в ее пользу ни до Конгресса, ни до американского народа.
Большинство американцев так и не поняли, почему спустя полгода с тех пор, как упали первые бомбы, вооруженные силы США пребывают в состоянии войны, Ормузский пролив заблокирован, а у власти в Тегеране по-прежнему находится Исламская Республика.
Вот уж действительно: Белый дом даже не удосужился объяснить свою войну, и теперь подавляющее большинство американцев выступает против нее.
В конце прошлого года и в начале февраля этого года десятки тысяч иранцев высыпали на улицы своей страны в знак протеста против ухудшения экономических условий.
Многие на Западе сочли, что это проложит путь к народному восстанию против ненавистного режима в Тегеране. Дескать, будет достаточно лишь небольшого толчка в виде применения военной силы. Трамп написал у себя в соцсети Truth Social, что "Помощь уже в пути". Так что похоже, что первоначальным стимулом к войне стали протесты, а целью была смена режима.
Но народная революция так и не состоялась.
Уже после начала войны, когда иранский народ так и не восстал против режима, президент Трамп заявил, что не начни он бомбардировки, иранцы бы стерли Израиль с лица земли.
Подразумевалось, что мы затеяли войну, чтобы Иран не обзавелся действующим ядерным арсеналом.
Разумеется, это откровенно противоречит неоднократным уверениям самого президента о том, что его администрация "ПОЛНОСТЬЮ УНИЧТОЖИЛА" ядерный потенциал Тегерана еще в прошлом году в ходе операции "Полуночный молот".
По-видимому, "ядерная пыль", как выражается Трамп, хранится на неприступном подземном объекте внутри горы Кирка. Иными словами, иранская ядерная программа не пострадала.
Теперь Трамп зациклен на открытии Ормузского пролива.
Постоянно сдвигающиеся вешки
Белый дом утверждает, что война продолжается, потому что Иран отказывается полностью открыть эту стратегическую водную артерию.
Разумеется, еще за день до начала войны водный путь был полностью открыт — без малейших препятствий со стороны Ирана. Похоже, Трамп сам не желает — по крайней мере, на данный момент — заканчивать войну, пока иранцы не откроют Ормуз.
Но даже если ему удастся заключить некую "сделку", едва ли соглашение по проливу окажется для администрации благоприятным (и потому станет еще одной гранью стратегического поражения).
Тегеран, тем временем, отказывается вернуть проливу его довоенный статус. Он стремится к контролю над этим водным путем и собирается взимать за проход через него непомерную плату.
Все это происходило по мере дальнейшего истощения и без того изрядно опустевшего арсенала ключевых боеприпасов дальнего радиуса действия и средств ПВО вооруженных сил США.
Поскольку Ормуз перекрыт (и Баб-эль-Мандебский пролив тоже), мировой рынок лишился почти 20% нефти, почти такого же количества СПГ и трети ключевого сырья для сельского хозяйства и производства основных промышленных товаров. Чем дольше длится блокада Ормуза, тем стремительнее усугубляется глобальный экономический кризис.
Поражение масштабов Вьетнама
Администрация постоянно меняла свои военные цели, но не достигла ни одной из них. Вашингтон не добился смены режима (Исламская Республика не только остается у власти, но и сильна как никогда прежде). Ормуз закрыт и формально под контролем Ирана.
Это не говоря уже о том, что Иран продолжает выпекать беспилотники, как пирожки, сохранил минимум 50% ракетных установок и продолжает диктовать условия во всем регионе.
А еще давайте не забывать, что значительная часть ключевых стратегических военных баз США в регионе либо разрушена, либо пребывает в настолько плачевном состоянии, что практически бесполезна. Шансы, что принимающие страны позволят полностью восстановить эти объекты, невелики. И покуда война продолжается, пользы от них не будет.
Едва ли это можно назвать победой.
