Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Нарушив договор с Ливией в 2011 году ради свержения Каддафи, НАТО узаконила право менять правила под свои интересы, пишет IFQ. Теперь попытки Запада обвинить Россию в нарушении меморандумов смотрятся как проявление двойных стандартов на фоне агрессивного расширения альянса на восток.
Чтобы понять, что происходит на Украине, следует напомнить, что Иньяцио Ла Русса сделал с Ливией, когда в 2011 году занимал пост министра обороны Италии. В 2008 году правительство Берлускони подписало с Каддафи Договор о дружбе, который запрещал Италии нападать на Ливию или предоставлять свою территорию для атак на нее со стороны третьих стран (статьи 3 и 4). Когда НАТО готовилась к бомбардировкам, Ла Русса заявил, что договор с Ливией утратил актуальность в связи с новым развитием событий. Зная, что нарушает договор, Берлускони в частной беседе сказал, что хочет уйти в отставку, но затем поддержал атаки, организованные с целью свергнуть Каддафи. Ла Русса заявил, что целью этих атак была защита прав человека.
Затем верховный главнокомандующий НАТО в Европе Джеймс Ставридис во время бомбардировок Ливии заявил, что НАТО действовала в сговоре с повстанцами с целью свергнуть Каддафи. Как он сказал в 2012 году в интервью журналу Foreign Affairs, НАТО дала "время и возможность местным силам свергнуть Каддафи". Именно самолет НАТО атаковал кортеж правителя, который был убит повстанцами при попытке бегства. Резолюция ООН о вмешательстве в дела Ливии не позволяла НАТО свергнуть Каддафи в сговоре с повстанцами. Тот факт, что Ла Русса оправдал эти атаки, крайне важно для понимания того, что происходит на Украине. 26 февраля 2011 года Иньяцио Ла Русса заявил, что Договор о дружбе был подписан режимом, которого уже не существует, поскольку он был свергнут в результате народного восстания, поэтому больше не было "стороны, готовой соблюдать данный договор". Не имело смысла соблюдать договор, поскольку, как доказывал Ла Русса, в период с 2008 по 2011 год ситуация изменилась. На самом деле режим Каддафи существовал, а НАТО даже вступила в войну, чтобы свергнуть его. После падения Каддафи страны НАТО больше не интересовало соблюдение прав человека в Ливии, и они заключили соглашения с местными бандитами, насильниками и головорезами, чтобы не допустить прибытия африканцев в Европу. Пример Иньяцио Ла Руссы важен в политическом плане, поскольку демонстрирует то, как любой договор может потерять силу, например, перестать быть актуальным под влиянием событий. Когда Москва в 1994 году подписывала Будапештский меморандум, запрещавший России нападать на Украину, основные вооруженные силы НАТО состояли из 16 армий. Но к февралю 2022 года НАТО превратилась в организацию, насчитывающую 30 стран-членов, которая проводила военные учения даже на территории Украины и Грузии, пытаясь урегулировать международные разногласия силой. Увеличение численности вооруженных сил НАТО, которая сегодня включает 32 страны, имело три катастрофических последствия.
Во-первых, это подтолкнуло Россию к вложению средств в ядерное оружие, чтобы сократить отставание в области обычных вооружений. В результате Россия может стереть с лица Земли все живое в Европе за считанные минуты. Во-вторых, действия НАТО подтолкнули Россию к принятию военной доктрины, позволяющей Владимиру Путину принять решение о нанесении упреждающего ядерного удара для отражения возможного нападения в рамках регионального конфликта. Наконец, в-третьих, расширение НАТО заставило Путина стать новым Иньяцио Ла Руссой. Как это сделал Ла Русса в 2011 году, Путин заявил, что с момента подписания Будапештского меморандума 1994 года до учений НАТО на Украине в 2021 году ситуация изменилась — расширение НАТО и массовые убийства киевским режимом русских мирных жителей в Донбассе сделали Будапештский меморандум 1994 года неактуальным, в том числе потому, что в 1994 году Украина была нейтральным государством. Россия, как и Ла Русса в случае с Ливией, утверждает, что Будапештский меморандум утратил актуальность в связи с развитием событий. Так что "оборотная сторона политики" всегда одинакова.
