Когда в 1991 году внезапно прекратил свое существование Советский Союз, ученый Вячеслав Даниленко, работавший в оборонной отрасли и создававший оружие, столкнулся с необходимостью искать новую сферу деятельности. В свои 57 лет он накопил богатый тридцатилетний опыт работы на совершенно секретном ядерном предприятии, а также обрел один важный, пользующийся спросом на рынке навык: он научился взрывать объекты с точностью до наносекунды.

Даниленко попытался стать бизнесменом. Он изъездил всю Европу и даже побывал в США, продвигая идею применения взрывчатки для изготовления синтетических алмазов. Наконец, он обратился к Ирану – стране, которая в полной мере смогла оценить опыт и таланты этого изготовителя бомб.

Спустя 15 лет российский ученый стал главным героем не раскрытой до сих пор тайны, какой является  иранская ядерная программа. На прошлой неделе Международное агентство по атомной энергии выпустило доклад, подчеркивающий содействие «иностранного эксперта», в котором близкие к МАГАТЭ западные дипломаты опознали Даниленко, иранским усилиям по обретению опыта в вопросах, без решения которых не создать ядерную боеголовку.

 

Еще по теме: Ядерный Тегеран? СМИ о реакции России на доклад МАГАТЭ

 

Бомбу не создали, говорят дипломаты. Но помощь таких иностранных ученых как Даниленко позволила Ирану одним махом перескочить через технические трудности, для преодоления которых ему в противном случае понадобились бы годы. Об этом в один голос говорят бывшие и действующие сотрудники ООН, западные дипломаты и эксперты по вооружениям.

Такая помощь также создала цепочку улик, по которой позднее смогли пройти инспекторы из МАГАТЭ. Документы, записи, а в случае с Даниленко и интервью – все это дает редкую возможность изнутри взглянуть на чрезвычайно засекреченную программу, спрятанную за стенами иранских университетов и гражданских институтов.

«Это как астроном, изучающий черную дыру. Ты обнаруживаешь наличие черной дыры, видя то, что в нее падает, - говорит бывший аналитик ЦРУ со специализацией по Ирану Арт Келлер (Art Keller). – Наблюдая за тайными программами, ты следишь за поставками сырья и материалов и за иностранными экспертными знаниями».

Этот процесс имеет свои недостатки. Улики и свидетельства зачастую неоднозначны, поскольку одна и та же техника имеет порой как мирное, так и военное применение. Что касается Даниленко, то работа этого эксперта по созданию синтетических алмазов вполне правдоподобно объясняет его обширные контакты с ведущими иранскими учеными на протяжении пяти с лишним  лет. Даниленко упорно отрицает, что сознательно помогал Ирану с его ядерной программой.

«Я не отец иранской ядерной программы», - заявил он на прошлой неделе российскому журналисту. Направленные на его адрес электронные письма с просьбой прокомментировать ситуацию остались без ответа.

 

Еще по теме: «Советский ученый-ядерщик» никогда не работал над созданием вооружений

 

Но для инспекторов ООН российское влияние было заметно. Дело в том, что иранские ученые на протяжении восьми лет после окончательного отъезда Даниленко создавали и испытывали детонатор необычной полусферической формы и характерной конструкции.

Эксперты по вооружениям отмечают, что тип детонаторов, изготовленных Ираном, имеет одно известное предназначение: сжатие куска высокообогащенного урана до критической массы с целью инициирования цепной ядерной реакции.

«Теперь Даниленко предстоит объяснить характер его помощи Ирану, - заявил бывший инспектор ООН Дэвид Олбрайт (David Albright), который следил за российским ученым на протяжении нескольких лет. – По меньшей мере, Даниленко должен был точно знать, почему иранцев интересуют его исследования и его знания. Имеющаяся у МАГАТЭ информация дает основания предполагать, что он сообщил им больше, чем признает».

Особые знания

Даниленко развивал и совершенствовал свои редкие знания и навыки у подножья Уральских гор, в месте настолько секретном, что его даже не было на официальных картах Советского Союза. Челябинск-70 был одним из «закрытых городов» СССР, и там находилось одно из самых секретных заведений страны по ядерным исследованиям, носившее название НИИ-1011. Сейчас оно известно как Всероссийский научно-исследовательский институт технической физики.

Главная задача института состояла в проектировании советского ядерного оружия. В 1950-х и 1960-х годах, когда там начал работать Даниленко, ученые института занимались вопросом уменьшения размеров ядерного оружия, чтобы заряды легко можно было установить внутри ракет, бомб в обычном снаряжении и даже артиллерийских снарядов. Занимаясь этой работой, они сталкивались со значительными техническими трудностями в разработке маленького, но исключительно точного детонационного устройства из обычной взрывчатки, способного создать мощную взрывную волну, направленную на ядро из плутония или обогащенного урана, размещенного в центре боезаряда.

Вот здесь-то и пригодились особые знания Даниленко, говорит Олбрайт, который участвовал в создании доклада об ученом вместе со своими коллегами из вашингтонской некоммерческой организации Институт науки и международной безопасности (Institute for Science and International Security), специализирующейся на изучении программ ядерных вооружений.


Еще по теме: Каким будет Великий персидский поход?

 

Почти 30 лет, говорится в докладе института, знания Даниленко в области взрывчатых веществ и газовой динамики помогали ему конструировать и испытывать маленькие детонаторы высокой точности, способные создавать идеально симметричную ударную волну, необходимую для инициирования устойчивой цепной ядерной реакции. Небольшая ошибка с расчетом времени – и ядро боезаряда могло взорваться раньше времени.

Даниленко публично признавал, что его работа в Челябинске-70 имела отношение к обороне. В главе книги, на которую ссылаются авторы доклада ISIS, он отмечает, что проводимые им эксперименты «по соображениям безопасности были совершенно секретными, а их результаты первоначально содержались лишь в секретных документах».

Эти исследования совершенно  случайно привели Даниленко к открытию, которому суждено было повлиять на его карьеру после распада Советского Союза. Российские ученые обнаружили, что могут создавать синтетические алмазы, бомбардируя обычный графит теми же самыми ударными волнами высокой точности. Получавшиеся алмазы были крошечными и несимметричными, но они идеально подходили для промышленного применения, например для обточки и полировки.

Когда закончилась холодная война, тысячи ученых из оборонной отрасли внезапно столкнулись с трудным выбором: остаться в своих оборонных институтах и получать существенно меньшую зарплату или найти свое новое место в постсоветской капиталистической экономике. Для Даниленко выбор был ясен. Его знания в области производства алмазов детонационным способом, которые называли «ультрадисперсными алмазами» или «наноалмазами», стал для ученого билетом в один конец из Челябинска-70.

Даниленко переехал на Украину, создал компанию и начал искать инвесторов и партнеров на Западе, в том числе, в Соединенных Штатах. Но бизнесмен из него получился неважный, и вскоре его европейские предприятия столкнулись с нехваткой наличности и оказались на грани банкротства.

В 1995 году он сделал то, что до него делали многие российские ученые из оборонной области. Он обратился в иранское посольство с предложением о создании совместных предприятий. Об это сообщается в докладе ISIS, основанном на документах МАГАТЭ и многочисленных опросах.

Спустя несколько  недель пришел ответ, и дал его иранский ученый, который хорошо понимал, какой у Даниленко опыт работы, и что он может дать. Сейед Аббас Шахморади (Seyed Abbas Shahmoradi) занимал должность директора Центра физических исследований Ирана, который, по словам представителей МАГАТЭ, был командным центром тайных ядерных исследований, проводимых в стране.

 

«Будучи руководителем секретной ядерной отрасли, занимающейся разработкой ядерного оружия, Шахморади, конечно же, сразу понял, насколько ценен для них Даниленко», - говорится в докладе Института науки и международной безопасности.

Секретная работа

В начале своей работы в Иране Даниленко занимался проектными схемами по изготовлению алмазов. Но за шесть лет контактов с иранцами, заключили позже инспекторы из ООН, он передал им такие знания, которые помогли Ирану добиться чего-то гораздо более важного и ценного.

В докладе МАГАТЭ отмечается наличие «серьезных указаний» на то, что неназванный «иностранный эксперт» помогал Ирану в разработке высокоточного детонатора и сложного прибора для анализа формы взрывного удара.

МАГАТЭ «по трем отдельным каналам, включая самого эксперта», проверило характер его активного сотрудничества с иранскими учеными с 1996 по 2002 год, утверждается в докладе. Находясь в Иране якобы для передачи технологий изготовления наноалмазов, этот эксперт также «читал лекции о физике взрыва и областях его применения», отмечается в докладе МАГАТЭ.

Впоследствии инспекторы ООН нашли соответствия между опубликованными работами Даниленко о детонаторах и разработками иранских ученых из Центра физических исследований. Вот один поразительный пример. В работе от 1992 года, соавтором которой был Даниленко, описывается оптоволоконный прибор, замеряющий точный момент попадания ударной волны на поверхность сферы в тысячах ее точек. Иран провел, по меньшей мере, одно крупное испытание такого прибора в 2003 году, на следующий год после того, как Даниленко прекратил свои поездки в Иран.

По словам экспертов из области вооружений, у такого прибора мало областей применения кроме изготовления ядерных боезарядов, если таковые вообще имеются. Действительно, когда МАГАТЭ начало задавать иранским руководителям из ядерной отрасли вопросы, они не смогли объяснить, зачем понадобились такие испытания. Иран упорно отрицает свое стремление к созданию ядерного оружия.

«Такого рода прибор подходит для испытания сферического неядерного заряда, служащего для компрессии ядра боеголовки», - говорит правительственный консультант Джош Поллак (Josh Pollack), пишущий для блога по вопросам нераспространения Arms Control Wonk.

 

Россия заявляет, что Иран готов к соглашению по ядерной проблеме

 

Со временем сотрудники МАГАТЭ опросили Даниленко после его возвращения в Россию и обратились к нему за помощью в попытке выяснить, что иранцы намерены делать с полученной технологией. Его ответ был аналогичен тому, который он дал на прошлой неделе российскому журналисту. Его работа сводилась к наноалмазам, и он ничего не знал о ядерных амбициях Ирана. «Я не физик-ядерщик», - заявил Даниленко российской газете «Коммерсант».

Однако в частных беседах ученый признавался, что «не исключает использования полученной от него информации в других целях». Об этом сообщается в докладе ISIS. В этом смысле, заявляют его авторы, опыт Даниленко аналогичен опыту многих других ученых-оружейников, которые в поисках работы отправлялись в страны с ядерными устремлениями. Институт изучил десятки подобных случаев, и каждый раз все начиналось с предложения об «оказании весьма благовидного содействия, становившегося правдоподобным прикрытием для оказания тайной помощи».

«Производство синтетических алмазов вряд ли могло быть приоритетом для Ирана, - сообщается в докладе ISIS. – Хотя это имело очевидную ценность как прикрытие».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.