«Станьте посетителем, наблюдателем, участником». В Шатле всем сулили настоящую революцию. Российскую революцию. Единственную, которая имеет значение для художественного хэппенинга, дошедшего до смены декора в ложах. Красный цвет фотогеничен, кириллица придает всему налет артистизма, а изображение усатого диктатора всегда производит должный эффект. Россия, ой простите, Советский Союз, обосновывается в Театре Шатле и в Театре де ла Вилль, расположенным по другую сторону площади. Оба они были закрыты для подготовительных работ под арт-проект «Дау» российского режиссера Ильи Хржановского, который принимает посетителей с 24 января по 17 февраля.

«Идти или нет?» Именно такой вопрос будоражил на прошлой неделе умы парижского культурного сообщества, которое было заинтриговано таинственной сущностью проекта. Проекта, который представляет сталинскую пропаганду о производстве пшеницы и добыче угля, как какую-то шутку. «Это новый русский балет», — с чувством говорила художественный директор Театра Шатле Рут Маккензи (Ruth Mackenzie). «Зеркало, в котором отражаемся мы сами и то, что мы создали», — говорили на хаотичной пресс-конференции 23 января. «Было непросто понять, о чем идет речь», — шутил перед журналистами британский музыкант Брайан Ино (Brian Eno), один из главных участников проекта. Как бы то ни было, этот автор «акустической архитектуры», как его представили в пресс-релизе, так и не объяснил, понял ли он что-то в конечном итоге. И исчез.

Экспериментальная реконструкция

Пока что зрители, которым пришлось выложить за билет от 35 до 150 евро, тоже особенно ничего не увидели. Комиссия по безопасности Префектуры полиции посчитала, что Шатле не был готов для приема посетителей 24 января. Театру де ла Вилль в свою очередь разрешили открыть двери вечером 25 января, однако первые отзывы зрителей говорят об их раздражении при виде пустоты предложенного им «эксперимента». Но чего же они ждали?

Не беспокойтесь, Брайан Ино, нам тоже мало что понятно, но мы попробуем во всем разобраться. Проект «Дау» стартовал в 2009 году в украинском Харькове, где режиссер Илья Хржановский создал реконструкцию московского Института физики. Несколько сот человек добровольно решили окунуться в прошлое и стать участниками этого эксперимента. Они играли свои роли и их снимали. После монтажа 700 часов пленки стали основой для 13 полнометражных фильмов, которые говорили как о тоталитарном советском обществе (с допросами КГБ), так и о разгульной жизни Ландау. Все это далеко от «Доктора Живаго». Хржановский показал все, вплоть до сцен пыток и инцеста жены Ландау, не забыв также о долгих периодах скуки (человек без конца машет метлой, что напоминает то, как Уорхол увековечил поэта Джона Джиорно). Многие отметили гениальность этого «пространственно-временного» эксперимента, который позволяет «исследовать человеческую душу» вплоть до ее самых темных уголков. Кто-то назвал этот подход сектантским.

Через десять лет после начала этого приключения в Париже начался второй акт. Вместо института планировалось создать пространство «на грани реальности и вымысла» с другими подопытными. Берлин отклонил предложение. Париж ответил согласием. «Дау» отражает то, что Париж на протяжении многих лет отстаивает в сфере культурной политики: инновационность, доступность и оригинальность«, — писал заместитель мэра по культуре Кристоф Жирар (Christophe Girard). Посетителям предлагается не купить билет, а получить «визу», ответив на несколько вопросов, которые помогут направить его по индивидуальному пути.

Эта виза позволяет попасть внутрь и стать частью «Дау» (люди попроще назвали бы это эскапизмом) и окунуться в СССР с 1938 по 1968 год с помощью декора, воссозданного в двух театрах (их партнером также выступает Центр Помпиду), где идет показ 13 фильмов и проходят встречи с культурными посредниками (их называют «активными слушателями», поскольку им положено собирать отзывы в той или иной степени обескураженных зрителей после просмотра фильмов). Кроме того, их еще называют «шаманами».

Вот чего публика ожидала, но пока что так и не получила из-за вопиющей неорганизованности (неподготовленности?) всего мероприятия. Даже если абстрагироваться от всей какофонии, не отпускает вопрос о том, что должен был нести в себе этот «художественный, научный и гуманистический проект». Кроме того, на всеобщее обозрение выходит легкомысленность французских властей, поддержавших режиссера, который получает финансирование от российского олигарха и проявил, пожалуй, не авангардизм, а самый настоящий оппортунизм. Люди ждали революцию, но пока что получили разруху.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.