Партия справедливости и развития Турции, переживая напряженность в отношениях с США, указывает в качестве альтернативы на БРИКС. Тем не менее Турция испытывает дефицит в торговле с этими странами в размере 40 миллиардов долларов и привлекает из этих стран крайне мало инвестиций.

На фоне кризиса в отношениях Турции с США вокруг пастора Брансона (Brunson) обратило на себя внимание заявление президента Реджепа Эрдогана «мы нацелены на китайский рынок». Когда к этому добавилось участие Эрдогана в саммите БРИКС 25-27 июля и его просьба принять Турцию в это объединение, с новой силой разгорелись дискуссии о положении Турции в мире. Лидеры образования, созданного Бразилией, Россией, Индией и Китаем в 2009 году с целью обеспечить себе больший простор для действий в глобальной экономико-политической системе с центром в США и получившего название «БРИКС» с присоединением ЮАР в 2010 году, в этом году провели саммит в период обострения торговых войн.

© REUTERS, Gianluigi Guercia/Pool via REUTERS
Президент России Владимир Путин, премьер-министр Индии Нарендра Моди и президент Турции Тайип Эрдоган на саммите БРИКС в Йоханнесбурге

Цели крупные, но…

Общая цель, объединившая страны БРИКС, которые обладают крайне отличающимися друг от друга экономико-политическими структурами, — иметь большее право голоса в глобальной системе и развивать экономико-политические отношения друг с другом. У этой цели есть и материальная основа. Вклад стран БРИКС, представляющих около 40% мирового населения, около 25% мирового ВВП и 16% глобальной торговли, в рост глобальной экономики за последние десять лет составил около 50%. Совокупный ВВП пяти стран по состоянию на 2017 год — 18,4 триллиона долларов. В США этот показатель — 19,4 триллиона долларов.

С другой стороны, реализация таких крупных целей, как положить конец господству доллара в мировой торговле, создать альтернативу финансовой системе с центром в США, поддерживаемой МВФ и Всемирным банком, обладать большим правом голоса в ООН и других международных организациях, в короткой перспективе не представляется возможной.

Не альтернатива

Новый банк развития, об учреждении которого было объявлено в 2014 году с целью создания альтернативы МВФ и Всемирному банку, нацелен на уменьшение финансовой зависимости БРИКС от западных стран. Капитал банка, центр которого находится в экономической столице Китая — Шанхае, составляет 50 миллиардов долларов, и по сравнению со Всемирным банком и МВФ он обещает более выгодное финансирование. Но, исходя из кредитных возможностей МВФ на уровне одного триллиона долларов, масштаб банка БРИКС пока весьма скромен.

Хотя Турция в последнее время развивает с Россией и Китаем политические и экономические отношения, в краткосрочной перспективе БРИКС едва ли заменит Турции США и ЕС. В 2017 году дефицит Турции в торговле со странами БРИКС составил 40 миллиардов долларов. Это соответствует 51% всего внешнеторгового дефицита Турции в прошлом году.

Китай занимает первое место в совокупном импорте Турции, но в экспорте — 15-е место. В то время как доля ЕС в общем объеме прямых иностранных инвестиций в Турции составляет 68%, доля Китая — всего 0,8%. Доля ЕС в экспорте Турции — 47%, Китая — 1,8%, России — 1,7%. В то время как доля США в числе иностранных инвесторов на турецкой фондовой бирже в Стамбуле равна 32%, у Китая и России нет серьезных инвестиций в этой сфере.

Доллар трудно ссадить с трона

В мире 62,48% резервов центробанков хранятся в долларах. Хотя в 2000 году этот показатель был почти 70%, утверждать, что трон под долларом зашатался, не приходится. На втором месте в этой области — евро с долей 20,39% (в 2009 году этот показатель был равен 28%). А доля китайского юаня — только 1,39%. При этом доля британского фунта стерлингов — 4,68%, японской иены — 4,81%. В международных межбанковских платежах доля юаня — только 1,61%, а доллара — 38%.