ЕС ввел новые санкции против России. Но еще с 2014 года действуют значительно более категоричные меры, которые, как считают некоторые, не дали никакого эффекта. На самом деле они просто работают не так, как предполагалось. И за это обе стороны платят высокую цену.

Под санкции угодил и бывший повар Путина, который, правда, со временем стал миллиардером. На прошлой неделе государства ЕС ввели санкции против целого ряда близких к президенту России высокопоставленных лиц. Им теперь запрещено ездить в страны Евросоюза, их активы там заморожены, европейцам нельзя вступать с ними в деловые отношения. Кроме того, наказали целую организацию — Государственный научно-исследовательский институт органической химии и технологии. Есть подозрение, что он связан с покушением на критика Кремля Алексея Навального, что и стало поводом для введения санкций.

Но какой эффект имеют эти санкции? Чтобы оценить его, стоит заглянуть в прошлое. Санкции ЕС против России действуют еще с 2014 года, после аннексии Крыма и вмешательства России в сепаратистский конфликт на востоке Украины. Относительно их эффективности единого мнения нет.

Европа и США убеждены, что экономика России значительно пострадала. Ничего подобного, сказал в марте шеф Кремля Владимир Путин в интервью российскому информационному агентству ТАСС. По его словам, Россия не только компенсировала все потери, которые, по разным оценкам, составили около 50 миллиардов долларов. Санкции даже дали толчок развитию экономики: «Плевать на них, на эти санкции».

Однако последние санкции направлены против отдельных личностей, и поэтому их нельзя сравнивать с мерами, действующими с 2014 года. Как минимум на экономику они напрямую воздействовать не будут. Тем не менее «опосредованное влияние на экономику будут плохим», говорит Пауль Брук (Paul Bruck), вице-президент наблюдательного совета Ассоциации европейского бизнеса (Aebrus), представительства европейской экономики в Москве.

Насколько сильно отразились прежние санкции на экономике не только России, но и Европейского союза, однозначно сказать трудно. Согласно анализу финансово-информационной службы Блумберга от 2018 года, в период с 2014 по 2018 год санкции обошлись России в почти 6% ВВП, в денежном выражении — в 200 миллиардов долларов.

В действительности российская экономика в 2014 году еще выросла на 0,7%, затем перешла в рецессию, а с 2016 года растет весьма незначительно. В 2018 году был поставлен «рекорд» в 2,5%, но к показателям периода до 2014 года так и не вернулись.

Правда, рост еще до 2013 года, то есть до введения санкций, опустился на уровень в 1,8%, потому что старая, основанная на продаже нефти экономическая модель исчерпала себя, а новая модель, движимая инвестициями, не смогла утвердиться — в том числе и из-за плохого инвестиционного климата. К этому в середине 2014 года добавилось эпохальное падение цены на нефть с 115 долларов за баррель (159 литров) до 30 долларов и ниже, что, помимо прочего, наполовину обесценило рубль. И хотя затем цена на нефть на короткое время вновь поднялась выше 70 долларов, рубль с тех пор так толком и не оправился.

Центральный банк тоже виноват в сбое роста

Большинство экспертов — в отличие от Блумберга — в застое российской экономики винят прежде всего падение цены на нефть. В то время как санкции в период с 2014 по 2018 год обходились российской экономике ежегодно в 0,2 процентных пункта, то падение цены на нефть добавило еще 0,65 процентных пункта. Об этом говорится в анализе Международного валютного фонда. Еще 0,3%, по мнению Фонда, следует отнести на счет жесткой денежной политики Центрального банка и строгой дисциплины в отношении расходов госбюджета.

Помимо цены на нефть, ущерб экономике нанесла и российская реакция на санкции, то есть принесшая потери консервативная бюджетная политика. Так считает аналитик «Райффайзенбанка» Станислав Мурашов.

Вынужденная экономия после тучного десятилетия 2000-х годов — это один фактор. Другой — контрсанкции, которые Путин ввел в 2014 году, практически перекрыв импорт западных сельскохозяйственных продуктов. «Негативные последствия эмбарго на импорт больнее ударили по экономике Запада, чем ограничения, введенные Западом на экспорт специальных технологий и товаров двойного назначения», — говорит один из руководителей Aerbus Брук.

Товарообмен сократился на четверть

Торговая статистика ЕС иллюстрирует объемы убытков. Двусторонний товарообмен ЕС и России, который в 2012 году достиг рекордного показателя в 322 миллиарда евро, в период до 2016 годы упал на 43% — до отметки в 193 миллиарда, прежде чем снова немного подняться и достичь в прошлом году показателя в 232 миллиарда.

Тем не менее экспорт из ЕС в Россию был на 25% ниже, чем показатель 2012 года, а в сельскохозяйственном секторе падение достигло 38%. А вот товарообмен с США пострадал в меньшей степени, потому что они не так тесно связаны с Россией в экономическом отношении.

Сегодня экспорт в Россию составляет лишь 4,1% всего европейского экспорта (в 2012 году — 6,7%), а Россия отправляет 42% своих товаров в ЕС (в 212 году еще было 50%). То есть, товаропотоки изменились или просто ослабли, потому что у России теперь недостаточно денег, а обесценивание рубля удорожило закупки за границей.

В аграрном секторе это действительно привело к росту внутри страны. «Мы были вынуждены включить мозги, чтобы компенсировать импорт», — сказал Путин в интервью ТАСС. Но цена оказалась высокой, как пояснил Алексей Макаркин, вице-президент московского Института политических технологий в интервью газете «Вельт»: «Из-за отсутствия конкуренции продукты стали дороже, цена их во многих случаях выросла, а качество осталось низким».

Российский народ опять всё это терпит. Однако длящееся вот уже несколько лет падение реальных доходов не прошло для него незамеченным. Как отмечают российские социологи, решение внутрироссийских проблем люди сейчас считают более важным делом, чем пропагандируемую средствами массовой информации враждебность по отношению к Западу.

В ходе опроса, проведенного независимым социологическим институтом «Левада-центр» в начале года, 42% выразили симпатию к США и 49% — к ЕС. А в начале 2018 года эти показатели составляли 25% и 32% соответственно. Кроме того, 67% опрошенных высказались за то, чтобы Запад был партнером России, а 11% — даже ее другом. Только 16% видели в Западе противника. Вопреки пропаганде в средствах массовой информации отношение людей к Западу вернулось к уровню до крымского кризиса 2014 года. Так Карина Пипия из «Левада-центра» прокомментировала результаты опроса.

Санкции действуют не так, как задумывалось

Другими словами, в отличие от 2014 года Кремль больше не может мобилизовать людей с помощью антизападной риторики. «Народ устал от внешнеполитической конфронтации» — говорит политолог Макаркин, который видит в этом успех санкций, пусть Запад и не достиг своей главной цели — ухода России с востока Украины.

И в экономике Запад достиг чего-то другого. Хотя российская экономика действительно, как пишет исследовательская служба «Райффайзенбанка» в своем последнем анализе, оказалась «довольно резистентной» но отношению к нынешнему объему санкций, введя свободный курс рубля, обезопасив бюджет от колебаний цены на нефть, создав валютные резервы и освободив банковскую систему от задолженности через господдержку.

Но экономическое развитие замедлилось, а отрыв от технологически продвинутых стран увеличился, тем более что прямые зарубежные инвестиции резко сократились, о чем свидетельствуют, например, исследования Высшей школы экономики. «А пропагандируемое Россией партнерство с Китаем, которое должно было заменить партнерство с Западом, не работает, потому что у Китая нет партнеров и он в них не нуждается», — считает Макаркин.

Но есть и страны, которые получают выгоду от санкций, например, Швейцария и Турция. Они не участвуют в санкциях, и за это Россия их вознаграждает — в последнее время еще и тем, что, помимо горстки стран, таких как Танзания и Великобритания, на них не распространяется запрет на въезд, который вынуждены соблюдать все остальные страны из-за пандемии коронавируса.

Но на это есть и другие причины, как шутят экономисты в России: в Турцию русские ездят отдыхать, в Танзанию — охотиться, а в Великобритании и Швейцарии они хранят свои деньги.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.