Нью-Хейвен — После мирового финансового кризиса 2008 года процесс восстановления глобальной экономики возглавил Китай, и сегодня он играет точно такую же роль. Отскок экономики Китая после covid-19 набирает обороты, в то время как развитый мир продолжает пошатываться. К сожалению, многим будет трудно проглотить эту горькую пилюлю — особенно в США, где демонизация Китая достигла эпических масштабов.

Конечно, эти два кризиса различаются. Эпицентром кризиса 2008 года стал Уолл-стрит, а пандемия covid-19 началась на «мокром» продуктовом рынке в городе Ухань. Но в обоих случаях антикризисная стратегия Китая оказалась намного эффективней стратегии США. В течение пяти лет после начала кризиса 2008 года годовые темпы роста реального ВВП в Китае составляли в среднем 8,6% (по паритету покупательной способности). Они были ниже, чем стремительные (но неустойчивые) усреднённые темпы роста на 11,6% в предшествовавшие пять лет. Тем не менее, они в четыре раза превышали анемичные среднегодовые темпы роста экономики США на 2,1% в течение посткризисного периода 2010-2014 годов.

Ход борьбы с пандемией в Китае указывает на то, что в предстоящие годы мы можем увидеть аналогичный результат. Данные о ВВП за третий квартал 2020 года позволяют сделать вывод о быстром возврате к тренду, наблюдавшемуся до пандемии. Показатель роста реального ВВП на 4,9% (год к году) не позволяет оценить масштабы самодостаточного восстановления экономики, начавшегося в Китае. Измерение экономического роста относительно предыдущего квартала и пересчёт этого роста в годовые темпы (конструкция, которую предпочитают американские статистики и власти) намного более ясно демонстрируют масштабы изменений в состоянии любой экономики в реальном времени. Исходя из этого, в третьем квартале реальный ВВП Китая вырос на 11% (квартал к кварталу в годовом выражении) после резкого постпандемического отскока во втором квартале на 55%.

Сравнение с данными США поразительно. В обеих странах произошло вполне сравнимое сжатие экономики, когда там был введён карантин, что было сделано в США на один квартал позже. В Китае спад в первом квартале на 33,8% (относительно предыдущего квартала, в годовом выражении) был почти равен спаду на 31,2% в США во втором квартале. Исходя из высокочастотных (помесячных) данных, Федеральный банк Атланты — в своей так называемая оценке GDPNow — прогнозирует поквартальный рост реального ВВП в третьем квартале в США на уровне около 35%. Это позитивный и решительный разворот после рекордного спада во время карантина, однако этот показатель почти на 20 процентных пунктов ниже, чем отскок после карантина в Китае, при этом американская экономика продолжит отставать от пиковых значений конца 2019 года примерно на 3%.

Впрочем, отскоки экономики после карантина — это не вполне реальная история. Они похожи на сжатие растянутой резины или, говоря языком статистики, на арифметический результат перезапуска экономики, которая только что подверглась беспрецедентной внезапной остановке. Реальный тест начинается после того, как отскок произошёл, и вот здесь-то стратегия Китая демонстрирует своё главное преимущество.

В своей стратегии борьбы с covid-19 Китай воспользовался опытом 2008 года, когда страна оградила свои финансовые рынки от токсичных последствий ипотечного кризиса в США. Тогда с самого начала была поставлена совершенно чёткая цель: заняться источником шока, а не побочным ущербом, который он причиняет. Бюджетные стимулы в размере 4 триллионов юаней ($596,4 миллиардов), предоставленные в 2008-2009 годах, сработали только потому, что Китай предпринял решительные действия для изоляции своих рынков от заражения финансовыми вирусами.

Сегодня у Китая аналогичный подход: сначала изолировать граждан от заражения вирусным патогеном с помощью драконовских мер охраны здоровья, чтобы ограничить и смягчить распространение болезни, а затем — и только затем — разумно применять монетарные и бюджетные меры для поддержки отскока экономики после карантина. Такой подход очень отличается от подходов, выбранных Америкой, где после карантина дебаты в основном ведутся по поводу применения монетарных и бюджетных мер в качестве главных инструментов освобождения экономики от пандемии, а не о дисциплинированных мерах охраны здоровья с целью остановить распространение вируса.

Всё это иллюстрирует резкий контраст между стратегией Китая по принципу «сovid прежде всего» и подходами администрации президента США Дональда Трампа под лозунгом «Америка прежде всего». В Китае, в отличие от США, отсутствует политическое и общественное сопротивление маскам, социальному дистанцированию и массовому тестированию, которые стали обязательной нормой в эпоху сovid-19. В США начинается третья серьёзная волна заражения, в то время как Китай продолжает быстро и эффективно ставить под контроль новые вспышки болезни. Например, в начале осени всего за пять дней было протестировано около девяти миллионов жителей города Циндао, где произошла сравнительно небольшая вспышка — заболели менее 20 жителей. Трамп, напротив, извращённо преподносит собственный опыт заражения сovid-19 как некий знак храбрости, а не предупреждения о том, что может ждать страну впереди.

В этом контексте впечатляющие показатели ВВП Китая в третьем квартале резко контрастируют с печальным состоянием экономики США после карантина. На американском рынке труда сохраняются серьёзные проблемы: количество заявок на пособие по безработице продолжает превышать 800 тысяч (скользящая средняя за четыре недели по состоянию на середину октября), а общий уровень безработицы в стране в сентябре составил 7,9%, что вдвое выше допандемического уровня 3,5%. Из-за этого в ориентированной на потребителей экономике Америки сохраняется высокий риск регресса. Сочетание новой волны сovid-19 с постоянно прерывающимися политическими дебатами по поводу ещё одного пакета бюджетной помощи фактически нейтрализует «животный дух», который обычно служит источником энергии для восстановления экономики в США.

В Китае поквартальный рост ВВП (в годовом выражении) на 11,2% в третьем квартале 2020 года, по сути, опирается на отскок экономики после карантина, при этом сохраняющиеся признаки слабости демонстрируют ключевые сегменты сектора потребительских услуг, а именно туризм, досуг и развлечения. Человеческая природа везде одинакова: страхи и осторожность сохраняются даже в тех странах, где решительные меры сдерживания сработали. Тем странам, которые, подобно США, не хотят сосредоточиться на сдерживании пандемии, столь длинная тень сovid-19 говорит о наличии постоянно присутствующей угрозы двойной рецессии. Именно такой была американская рецессия в восьми из последних 11 случаев. И контраст с самодостаточным восстановлением в Китае тут совершенно поразителен.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.