История преподала нам важный урок: верный способ уничтожить цивилизацию — обесценить её валюту. Только вот политическая и финансовая элита позабыла об этом в своей напрасной и безнадежной попытке сделать вид, что мы всё ещё можем жить не по средствам.

Как в Великобритании, так и за её пределами высокомерие, пренебрежительное отношение, экономическая амнезия и кратковременные некомпетентные решения годами разрушали денежно-кредитную политику. В результате капитализм начал терять способность работать эффективно и сбалансированно. Одержимость практически нулевыми процентными ставками и количественным смягчением приводит к неправильному перераспределению, помогает выдохшимся политикам и даёт власть зомбированному классу непродуктивных бюрократов из сферы бизнеса.

Последним отвратительным проявлением этой неудачной попытки противостоять тяжелой экономической ситуации стал скачок потребительских цен. Тех, у кого были сбережения, ограбили: за прошедший год растущая инфляция незаметно отняла как минимум 4,2%, а может даже и целых 6% от средств на банковских счетах. Зарплата среднестатистического рабочего снизилась в реальном выражении. Десятки миллионов рабочих, к своему растущему неудовольствию, наблюдают, как покупательская способность падает на глазах, а ведь ещё не подорожала национальная страховка. И это всё несмотря на разговоры об «уравнивании» и реальный рост оплаты труда в некоторых областях, например, у водителей грузовиков.

Четверть века назад лейбористы и наученные опытом 70-х и 80-х тори приняли идею твёрдой валюты, что в итоге привело к независимости Банка Англии. Сейчас понятно, что план оказался провальным: как и в остальных областях экономики, мы пошли по пути регресса. Традиционно считалось, что Банк не может сам заставить экономику расти: он может всё испортить или сгладить неровности, но точно не обогатить нас. Эта задача принадлежала частному сектору и правительственной политике в области налогообложения и расходов. Лучшее, что мог сделать банк, — поддержать низкую и стабильную инфляцию.

Три фактора изменили эту идею, вытеснив её новым, токсичным групповым мышлением. Во-первых, до недавнего времени казалось, что низкие ставки и денежная эмиссия не могут спровоцировать большой рост потребительских цен. Так сложилось ошибочное мнение о том, что глобализация и технологии укротили инфляцию (при этом из виду упускают, что с 1997 года цены на товары и услуги в Великобритании выросли примерно на 90%). Во-вторых, идеологически бесконтрольные тори больше понятия не имеют как повысить ВВП на душу населения: планируемая декарбонизация и увеличение расходов на северную часть страны не урезают его. Тори считают, что рост замедлился по естественным причинам, и не могут признать, что виной всему новые нормативные ограничения, дисфункциональные и тормозящие развитие системы налогообложения, образования и социального обеспечения и, конечно, денежно-кредитная политика. И, наконец, во время финансового кризиса государственные деятели поняли, — можно положиться на центральные банки, которые напечатают больше денег и спасут их. Центральные банки, в свою очередь, смогли избежать ответственности за ужасные ошибки, создав себе имидж героев и спасителей мира.

Что мы имеем в итоге? Политики и банкиры, сговорившись, закрывают глаза на инфляцию и набивают экономику дешёвыми деньгами, чтобы хоть как-то удержать рост. Они поддерживают налоги и расходы, повышают стоимость активов, чтобы одурачить большинство и заставить его думать, что оно становится богаче. Банк не хочет, чтобы его винили в разрушении экономики или сокращении государственных расходов. Министерство финансов, пристрастившееся к низким ставкам, делает вид, что инфляция его не касается, и прекрасно осознаёт, что Банк Англии спас себя, наштамповав во время пандемии кучу денег.

Однако чрезмерный рост инфляции — это всего лишь видимый симптом болезни, уничтожающей наше общество: эгоистичные интересы правящего политико-технократического класса привели к катастрофическим последствиям, которые усиливают сами себя.

Дешёвые и лёгкие деньги разрушают консерватизм и либерализм и уводят Великобританию влево в политическом, культурном и моральном плане. С одной стороны, работа стала менее оплачиваемой, а с другой — за последнюю пару десятилетий ультранизкие займы и количественное смягчение заметно обогатили 65% населения, владеющего домами, в то время как 35% тех, у кого их нет, оказались отброшены назад. Владельцы некоторых финансовых активов достигли хороших результатов благодаря дешёвым кредитам, аналогичная ситуация и с теми, кому индексируют пенсию, а вот другие держатели сбережений пострадали. Кредиторы проигрывают, должники выигрывают.

Это не настоящий свободно-рыночный капитализм, а его извращённое подобие, разрушающее общественный договор и подрывающее институт семьи. Оно посылает дестабилизирующий сигнал о том, что единственный способ разбогатеть — быть уже богатым, что бережливость и тяжкий труд — пустая трата времени, отложенное вознаграждение — для дураков, а гедонизм, финансируемый долгами, решит все проблемы. Это приведет к чудовищной классовой войне, крайне левые потребуют ввести налог на дорогую недвижимость и вообще на всё богатство, повысить минимальные зарплаты и развязать руки профсоюзам, разрушив всё то, что осталось от экономики.

Дешёвые деньги уже убедили политиков, что в бюджете больше нет ограничений и расходовать теперь безопасно. Народное количественное смягчение, изначально продвигаемое крайне левыми, сегодня получило широкое распространение; многие «эксперты» теперь говорят, что наш «чрезвычайно низкий» государственный долг следует увеличить хотя бы на 50%.

Дешёвые деньги также поспособствовали развитию прогрессивных корпораций, в том числе непродуктивного, но высокооплачиваемого сегмента среднего класса, занимающегося демонстрацией морального превосходства. Нанося вред таким надёжным видам сбережений как наличные и первоклассные ценные бумаги, инфляция подстегнула более рискованные инвестиции в акции и облигации и помогла менеджерам крупных фондов, особенно индексных, усилить хватку. Эти фонды не пытаются победить рынок. Они примерили на себя альтернативную роль прогрессивных вышибал, заставляющих частные фирмы подписываться на проекты по бесконечному достижению экологических и общественных показателей.

Из-за дешёвых денег компании участвуют в низкоприбыльных проектах, становятся ленивыми и менее эффективными. Это укрепило худший вид корпоративной бюрократии, подорвало активность многих фирм, которые теперь жертвуют прибылью ради прогрессивности.

Это безумие должно прекратиться. Банк Англии должен повысить процентные ставки. Мы должны уйти от количественного смягчения. Правительство должно следить за расходами. Или так, или ждите, когда наконец наступит самая большая финансовая расплата в истории и общество лишится последнего, что у него осталось.

Комментарии читателей:

D Walker

Они не просто разрушили основу нашей экономики. Они еще и растоптали наши национальные, культурные и религиозные корни. Нашу страну теперь не узнать, в 60-ые, когда я рос, всё было иначе. Страна изменилась отнюдь не к лучшему. Они взяли мирное, сплоченное общество и всё сломали.

Don Coyote

Лондонские ценности доконают нашу страну.
Нужно срочно вывезти столицу из этой помойки и заново приобщить ее к истинно британским ценностям.

bill hughes

Еще один верный способ уничтожить цивилизацию — это заполнить ее чужаками, которым чужда ее религия и культура, которые презирают ее образ жизни и законы и видят в ней свинью-копилку, откуда лишь бы утянуть побольше.

Nigel Mills

Я работал и копил, чтобы купить приличный дом. Но в итоге сдался. И я такой не один. Еще мне пришлось отказаться от планов выйти на пенсию — по крайней мере, пока инфляционное цунами не сожрало остатки моих сбережений. Сказать, что я зол — не сказать вообще ничего. Правительство и Банк Англии плюнули в лицо всем честным и бережливым, вознаградив всех подлых, продажных, бестолковых и уже богатых. Надеюсь, их ждет заслуженная расплата.

Allan Edmunds

В яблочко, Аллистер!
Только вот правительства всех мастей и цветов вытворяют это уже 107 лет, с самого начала мировой войны в 1914 году. С 1780 по 1880 год инфляции не было вообще: большой дом или имение в 1880 стоили столько же, сколько в 1780. По странному стечению обстоятельств, этот период здоровых денег на золотом стандарте совпал с периодом, когда Великобритания была промышленным и финансовым центром планеты.
Мировая война, бедствие невообразимых масштабов, разбудила инфляционного демона, и с тех пор политики пользуются кредитом в хвост и в гриву, высасывая из национальной валюты оставшиеся соки. Как ни странно, этот новый период совпал с нашим упадком — нравственным, финансовым и промышленным. Мы, со своей чувствительностью и высокомерием, сделались посмешищем для всего мира. Мы убедили себя, что у нас есть мягкая сила и что куда бы мы ни пошли, весь мир двинется следом.
Увы, это неправда и массовое заблуждение.
Итак, мы должны развернуть наш танкер, который уже 107 лет плывет не туда. Из-за этого наши лидеры (да и избиратели тоже) уже даже не представляют тех радикальных перемен, которые нужны, чтобы повернуть корабль вспять.
Но повернуть придется — иначе мы превратимся в несостоявшееся государство. Нас ждет такой неслыханный бардак, что и представить себе тяжело.

Karen Thomson

Нам нужна Партия реформ. Надоели две партии старой школы, которые к тому же погрязли в оголтелом либерализме. Голосуйте ногами, ребята!

Andrew Dale

Современные политики — жулики, которые лишь прикидываются доками.
Взять, хотя бы, бессмысленную псевдорелигию экологического конца света. Этим эко-барыгам удобно делать вид, что можно в любой момент подкрутить глобальную температуру до десятых долей градуса.
«У нас рука на глобальном термостате, голосуйте за нас, чтобы спасти внуков от Дантова ада!». Какая ахинея!
Рано или поздно все рухнет.
Нельзя вечно идти по канату — рано или поздно упадешь в пропасть.
У них нет ответов на главные вопросы нашей эпохи — только и знают, что печатать больше бабок.

James Robbins

Самое разрушительное, что сделало британское правительство — это насаждение «зеленой» повестки.
В итоге вся страна обанкротится, а климат не изменится ни на йоту.
Человек вообще не в силах изменить ход природы.

EM WO

Вперед, якобинцы! Я хочу увидеть их отрубленные головы в корзине. Или это слишком по-французски?

Jim Thomas

Теперь понятно, почему американцы горой стоят за право носить оружие!

Radek Uzel

Поздно! Мы уже перешли Рубикон. И политики это знают.

Andrew Schofield

Кто-нибудь вообще помнит, когда Британия правила морями? У нас вообще Королевский флот еще остался? Или все нынче удаленно работают?

Steven Brown

Они все сидят на онлайн-курсах по гендерным исследованиям и критической расовой теории, чтобы обеспечить «равенство, разнообразие и инклюзивность», ставшие нашими главными приоритетами.
А безопасность границ в этом списке на последнем месте.

Франция ведет против нас опосредованную войну через нелегальных иммигрантов — это ровно та же тактика, что у Белоруссии против поляков.
Если вы верите, что Франция — надежная союзница по НАТО, то даже думать страшно, какой она окажется противницей.
Кроме того, ширится пятая колонна молодежи, которая нас презирает — нас и нашу культуру.
А лидеры внушают нам, что здесь не на что смотреть, и забивают голову всякой ерундой типа расизма в крикете.

tony moore

Белым консерваторам за 40 лет пора валить. Продавайте дома и забирайте детей — ваши навыки вам еще пригодятся…

Мы наблюдаем разграбление страны. Перемена климата, высокоскоростные железные дороги и другие пирамиды — ваши денежки уйдут элите, а рабочие будут нищать дальше.
В вашей новой стране не будет такого же ВВП, но вы все равно найдете себе место, где людей уважают за характер, работу и вклад в общее дело.

Freddie Sizer

Интересно, как скоро у нас введут налог на краснорожих англосаксов? Я, конечно, шучу, но это не так уж далеко от истины.

Lib Erty

Почему даже самые ярые либертарианцы и сторонники свободного рынка так убеждены, что на деньги должна быть государственная монополия? Это же была полная катастрофа — как и всё централизованное планирование

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.