Решение дать в долг МВФ на спасение еврозоны 38 миллиардов крон - решение очень чешское. Сумма существенно ниже 90 миллиардов, которые хотел ЕС, но и существенно больше, чем ничего, за что выступал президент Клаус. Это результат одновременной игры в двух шахматных партиях: правительство показывает Европе, что хочет принимать в этом участие, а чешской общественности – что держит дистанцию.



При всей половинчатости выбранного решения можно констатировать, что решение дать в долг средства МВФ в принципе верное. И хотя критики такой помощи правы, что наш вклад в размере 1,5 миллиарда евро в общей сумме 150 миллиардов ничего не решает, точно так же, как 150 миллиардов ничего не решают в масштабах бюджетных повалов Греции и других стран. Критики могут быть правы и в том, что цель всей операции – закамуфлировать печать необеспеченных евро со стороны Европейского Центрального банка (ECB).

Читайте также: Россию не пускают на европейский долговой рынок

Но это только половина истории. Важен и внешнеполитический масштаб помощи. Премьер Нечас (Nečas) точно подметил, что правительство, одобрив кредит, доказало, что мы относимся к здоровой части стада. Здоровье при этом можно понимать двояко. Или в прямом смысле, что, в отличие от Греции, Венгрии, Италии, Испании и Португалии, у нас действительно нет серьезных проблем с бюджетом. Или так, что наше здоровье заключается в понимании, что больным из своего же стада надо помогать. Таким образом, мы составляем здоровое ядро ЕС не только в смысле финансовой стабильности, но и, главное, в отношении доверия ко всему европейскому проекту, выживание которого является нашим жизненно важным интересом.

Цена такой убежденности не высока. Плательщики за кредит не доплатят, МВФ – самый надежный должник в мире. И, если бы он гипотетически рухнул, начался бы такой финансовый ад, что недостающие 4% валютных резервов нас бы из этого ада не вытащили.

Еще по теме: Россия предлагает Чехии помощь в разгар кризиса еврозоны

Каков результат внутри Чехии? Никто не проиграл. Премьер Нечас первоначальным скептическим отношением отдал должное настроенной скептически к ЕС части своих избирателей и теперь может делать вид, что дать кредит его заставили злые еврофилы. Мирослав Калоусек (Miroslav Kalousek), наоборот, может утверждать, что провел решение предоставить МВФ кредит, несмотря на сопротивление злостных еврофобов. Это такая чешская ничья. И давайте ей в результате будем рады.