Мне было непросто себе в этом признаться, но, увы, это правда – я обожаю прятаться в горах и издалека разносить людям черепа из мощной винтовки. Я люблю стрелять больше, чем скакать по платформам, собирать звезды, искать сокровища и заниматься прочей чушью, которой отвлекают нас разработчики видеоигр, когда они не хотят, чтобы мы убивали безымянных незнакомцев на линии горизонта, то есть - делали то, чего хочет от видеоигр Бог. То, ради чего Он создал видеоигры.

Сейчас я играю в новый «Tomb Raider», который, конечно, прекрасен во многих отношениях, но, на мой вкус, недостаточно снайперский. У Лары есть лук и стрелы, когда прицеливаешься, можно немного увеличить масштаб, нажав на R3, но настоящего крупного плана ты не получишь. Ты не можешь заглянуть в глаза тому, кого собираешься убить, представить себе его надежды, мечты, слабости и тайные желания – а потом спустить курок и заставить его сыграть Кеннеди. Кроме того, враги «расхитительницы гробниц» кажутся мне чересчур активными. Малейшая ошибка, и они уже мчатся к тебе с разъяренным видом.  Их приходится добивать ледорубом по голове.

Читайте также: Случайный клик мышкой спровоцировал битву 3000 кораблей в игре EVE Online

Завтра я пойду покупать Sniper 2: Ghost Warrior. Отзывы о нем - так себе, зато в названии есть слово «снайпер». Это главное для людей вроде меня, которые готовы заплатить до 39,99 фунта за игру, в которой ты будешь прятаться на старой колокольне и стараться поймать в прицел всех, кто проходит мимо. Впрочем, какие бы возможности убивать издалека ни давал игрокам Sniper 2, он вряд ли догонит «роллс-ройс» снайперских игр - Sniper Elite V2 2012 года, в котором особо удачные выстрелы вознаграждаются роликами с замедленной съемкой. Можно увидеть, как твоя пуля вылетает из ствола, летит над землей и проходит сквозь тело жертвы. Они даже показывают с наглядными деталями, как разрываются внутренние органы, чтобы ты знал, что прострелил – легкие, печень или почки. Кроме того, можно выбить глаза из глазниц или – для самых метких – стрелять в яички, чтобы они взрывались, как яйца в микроволновке. Только не надо волноваться. Ты на Второй мировой и стреляешь по нацистам, так что это нацистские яички, в которых находятся миллиарды нацистских сперматазоидов - яйцевидные фабрики для массового производства ублюдков, болтающиеся в волосатых розовых кожаных мешочках. Ха-ха, яички.

Как эволюционировали компьютерные игры


Думаю, я мог бы смотреть нарезку из этих роликов хоть три часа, не отвлекаясь и не моргая. Надеюсь, в Sniper Elite V3 будут еще более интересные ролики, в которых после еще более откровенной демонстрации того, как пуля дырявит внутренности нациста, камера будет перескакивать в другую часть мира и показывать лицо его жены, получившей телеграмму о его смерти. А затем лица его детей, когда им скажут, что папа не вернется домой к Рождеству. А затем всю их жизнь (в реальном времени) – как они выросли злобными и унылыми неудачниками и все разом покончили с собой особо жестокими способами на 50-ю годовщину отцовской смерти. Затем камера должна будет перенестись во времени назад, в тот момент, когда ты еще не нажал на спусковой крючок – чтобы ты мог снова на него нажать.

Также по теме: Почему я играю на компьтере?

Тут, вероятно, самое время сказать, что в реальной жизни я такой нервный, что закрываю глаза, когда жарю котлеты, и такой робкий, что могу обмочиться, если кто-то станет придираться ко мне в пивной – пусть даже это будет девятилетний ребенок. Я могу со стопроцентной уверенностью сказать, что никогда и никого не убью в реальности из снайперской винтовки (хотя оставляю за собой право пересмотреть свою позицию, если в 2029 году мне придется защищать мою водонапорную башню от Братства ворона). Но будет справедливо признать, что пристрастие к снайперским играм изобличает во мне труса, который предпочитает стрелять с расстояния вместо того, чтобы слезть с дерева и драться, как мужчина. Эту теорию подтверждает тот факт, что при всей любви к стрельбе я ненавижу «стелс-экшн» (мне страшно, когда меня ловят) и «сражения с боссами». Неприятно драться с очередной громадиной, которая в десять раз тебя больше и сбивает тебя с ног щелчком хвоста. Это уже как-то слишком. Мне 42 года, и у меня не хватает на это сил. Я всего лишь хочу прятаться на дереве и спокойно расстреливать несуществующих людей. И судя по рынку снайперских игр, в этом желании я совсем не одинок.

Джоанна Бурк (Joanna Bourke) в своей книге «Сокровенная история убийства» («An Intimate History of Killing»), посвященной исторической психологии войны, пишет, что во времена Первой мировой другие солдаты не любили снайперов – во первых, потому, что убивать издалека людей, которые не представляют непосредственной угрозы, считалось тогда нечестной игрой, a во вторых, потому что стоило им начать стрелять, «немцы понимали, что появился снайпер, и вываливали на этот сектор все, что у них было». Снайперу нужно было хладнокровие, не только чтобы убивать безоружного противника, спокойно мочащегося в рощице, но и чтобы справляться с недоверием и неприязнью со стороны собственных товарищей. Видеоигры это редко отражают. Они обычно подчеркивают, какой ты крутой, злобный и героический, как будто разработчики подозревают тебя в психологической недоразвитости. Было бы намного лучше, если бы между уровнями тебе приходилось бы тихо есть в одиночестве свой обед в палаточной столовой, не обращая внимания на оскорбительный шепот за спиной. Нажмите X, чтобы прожевать. Нажмите Y, чтобы отхлебнуть из фляги. Нажмите O, чтобы молча уставиться на стол.

А теперь снова к игре.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.