К июню 1991 года экономика Советского Союза лежала в руинах. Достать практические любые товары – от холодильников или телевизионных антенн до сигарет – было трудно или просто невозможно. Твердая валюта в стране практически закончилась. Корреспондент Washington Post, посетив текстильную фабрику по производству носков, обнаружил, что новейшие итальянские швейные станки простаивали из-за отсутствия игл.

«Неужели они хотят, чтобы мы ходили голыми?» — ворчали недовольные покупатели в магазинах.

Советский президент Михаил Горбачев продолжал вести уклончивую политику в отношении реформ, результаты которой никому не нравились. Многие говорили, что он делал достаточно для того, чтобы разрушить старую систему, но недостаточно для того, чтобы создать новую.

Между тем собравшаяся в Кембридже (штат Массачусетс) группа американских и советских экономистов выдвинула план, который получил название «Большая сделка». Проект, разработанный ученым из Гарварда Грэмом Аллисоном (Graham Allison) и выступавшим за реформы советским политическим консультантом Григорием Явлинским, предусматривал предоставление Москве западными странами десятков миллиардов долларов в качестве помощи в обмен на принятие масштабных и быстрых мер по переходу к свободному рынку.

С этим предложением были связаны всего две проблемы. Во-первых, западные правительства – в особенности министр финансов США Николас Брейди (Nicholas Brady) — не были готовы тратить такие деньги. «Мы в деньгах не купаемся», — заявил президент Джордж Буш-старший. Критики плана спрашивали, почему нужно платить миллиарды долларов, чтобы убедить Советский Союз сделать то, что и так в его собственных интересах.

Вторая проблема была в Москве. Консерваторы были крайне недовольны этим планом. Им не нравилась сама идея того, чтобы просить Запад о помощи. «Великая держава сведена до положения нищего, стоящего у чужих дверей с протянутой рукой вместо того, чтобы работать над своими проблемами здесь, где они коренятся», — заявил лидер консервативной фракции в законодательном Верховном совете Евгений Коган.

Что еще важнее, идея рыночных реформ им тоже не нравилась. Премьер-министр Валентин Павлов, выходец из оборонного сектора, процветавшего при советской плановой экономике, заявлял, что он хочет, чтобы Верховный совет передал ему часть полномочий Горбачева. На закрытых заседаниях министр обороны Дмитрий Язов, министр внутренних дел Борис Пуго и глава КГБ Владимир Крючков говорили, что политика Горбачева поставила страну на грань коллапса. Крючков называл обещания западной помощи планом ЦРУ, направленным на подрыв советской экономики.

Либералы в свою очередь обвиняли консерваторов в планировании «конституционного переворота». Через два месяца эта четверка возглавит настоящую попытку вооруженного переворота против Горбачева.

Однако в июне Горбачев еще мог отражать атаки справа. «У нас нет абсолютно никаких непреодолимых проблем», — заявил он.

Тем не менее, тенденции, разрывавшие Советский Союз на части, не слабели. Продовольствия перестало хватать. На этом фоне советские войска начали захватывать продовольственные запасы в Грузии и поставки, направляемые в Грузию – частично, чтобы наказать претендующую на независимость республику. «Это неприкрытый государственный бандитизм», — заявил Los Angeles Times грузинский президент Звиад Гамсахурдия.

Так началась затянувшаяся на десятилетия вражда между Москвой и Грузией. За это время неоднократно вводились всевозможные торговые эмбарго — одно из них по-прежнему в силе,— а в 2008 году между Россией и Грузией даже началась настоящая война.

Аллисон предупреждал из Гарварда, что без «Большой сделки» Советский Союз распадется. Он оказался прав, хотя все произошло не совсем так, как он себе представлял.
 
Позднее он стал заместителем министра обороны в администрации Клинтона. Явлинский стал одним из основателей российской партии «Яблоко», выступающей за демократические и экономические реформы, однако ее позиции в стране никогда не были сильными, а с годами постепенно ослабли окончательно. Явлинский дважды – в 1996 и 2000 годах – баллотировался в президенты России, но его рекордом стали 7,3 % голосов.

Консервативный премьер-министр Павлов провел некоторое время в тюрьме за причастность к Августовскому путчу, а выйдя на свободу, возглавил частный банк. Гамсахурдия был свергнут с поста президента Грузии уже в начале 1992 года после вооруженной борьбы. Его сменил Эдуард Шеварднадзе, годом ранее возглавлявший МИД Советского Союза. Гамсахурдия строил планы по возвращению к власти, однако в 1993 году был найден застреленным. Кто это сделал до сих пор неизвестно.

А что с носками? Сейчас с ними нет никаких проблем.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.