Сегодня в гостях у Frontpage Interview Дэвид Саттер (David Satter), уже на протяжении более тридцати лет изучащий и пишущий о России и Советском Союзе. Он является старшим научным сотрудником в Гудзоновском институте (Hudson Institute) и в Школе международных исследований университета имени Джонса Хопкинса (Johns Hopkins University School of Advanced International Studies). С 1976 по 1982 год он работал корреспондентом лондонской газеты Financial Times в Москве и написал три книги о России: «Век безумия: распад и падение Советского Союза» (Age of Delirium, the Decline and Fall of the Soviet Union), по которой был снят документальный фильм; «Тьма на рассвете: становление российского криминального государства» (Darkness at Dawn: the Rise of the Russian Criminal State), а последняя называется «Это было давно и неправда: Россия и коммунистическое прошлое» (It Was a Long Time Ago and It Never Happened Anyway: Russia and the Communist Past). Она только что вышла в издательстве Йельского университета (Yale University Press).

ФП: Дэвид Саттер, добро пожаловать в нашу рубрику Frontpage Interview. Поздравляю с вашей новой книгой. Лучшего времени не придумать, учитывая, что политические условия для российских авторитарных правителей меняются. Каковы главные доводы вашей книги?


Дэвид Саттер: Спасибо, Джейми. Я пытаюсь показать, что источником российской исторической трагедии являются нарушенные отношения между индивидуумом и государством, деградация первого и обожествление последнего.  Мнение, что индивидуум не является ценным сам по себе, а является лишь средством достижения какой-нибудь сумасбродной политической цели, традиционно для России. Данное отношение сильнее всего проявилось при коммунизме, но продолжает существовать и на постсоветском пространстве. Это автоматически приводит к диктатуре. Вот почему для того, чтобы у России появилось демократическое будущее, достоинство индивидуума должно быть восстановлено.

Читайте также: В действиях сегодняшней России сплетены воедино фашизм и коммунизм


- Но как это можно сделать практически?


- России необходимо начать увековечивать память жертв коммунистического режима. Около 20 миллионов человек стали его жертвами. Под этим я подразумеваю либо тех, кто был казнен режимом, либо тех, кто умер в результате репрессивной политики. Это число не включает в себя миллионы погибших на войнах, во время эпидемий и голода, которые стали предсказуемым последствием политики большевиков, хотя и не полностью их результатом. До этого момента в стране не было такого геноцида против собственного народа. Но память этих миллионов до сих пор не почтена в современной России. Не существует национального памятника жертвам в Москве, из которой приходили все указы о массовых убийствах. Единственный монумент – Соловецкий камень, валун на Лубянской площади, без описания, который легко пропустить и который, в любом случае, окружают здания государственных спецслужб.

Места массовых захоронений, что были обнаружены, сейчас либо не отмечены, либо, как, например, Бутово и Коммунарка, крупнейшие места массовых расстрелов и захоронений в московском регионе, отданы Русской православной церкви, которая представляет жертв коммунизма как великомучеников, что к реальности отношения  не имеет.

- А как обстоят дела за пределами Москвы?

- Были предприняты попытки увековечить память жертв в регионах. Крупнейший памятник погибшим в стране – «Маска скорби», 15-метровая работа российского скульптора Эрнста Неизвестного, расположенная в Магадане, который был «воротами» на Колыму, где находятся золотые прииски. Также есть маленький музей в подвале бывшей штаб-квартиры НКВД в Томске, а еще был восстановлен бывший рабочий лагерь №26 в Перми. Проблема с этими местами состоит в том, что они находятся далеко от основных густонаселенных районов и мало влияют на самосознание страны.



Также по теме: Удальцов - новое лицо коммунизма?

Во время перестройки существовало общенациональное движение по признанию жертв коммунистических репрессий. Соловецкий камень, памятники в Магадане и Томске относятся как раз к тому периоду. Тогда история в России была важна, и в результате политики гласности Горбачева казалось, что страна решительно настроена на то, чтобы внести  ясность в историю преступлений коммунистического режима. Однако это ощущение было обманчивым. История стала важной, так как прошлое могло использоваться как оружие против пошатнувшегося коммунистического режима. Когда советский режим развалился, энергия, которая была движущей силой в стремлении разъяснить  историю, почти полностью исчезло. Во время перестройки по всей стране возводились памятные плиты и пьедесталы для того, чтобы обозначить места будущих мемориалов. Они все еще там, эти настойчивые напоминания об обещании, выполнить которое у российского общества не хватило воли.

На сегодняшний день режим даже плитами себя не утруждает. Огромную территорию недалеко от деревни Токсово у Санкт-Петербурга, где были расстреляны и захоронены около 40 тысяч жертв сталинских репрессий, обнаружили в 2002 году волонтеры общества «Мемориал», однако место это так пока не отметили. Единственный опознавательный символ – это деревянный знак, установленный «Мемориалом» в начале дороги, ведущей к захоронениям, на котором написано, что в этом месте были расстреляны тысячи людей. На нем также указана просьба к прохожим (которых очень мало) не тревожить могилы жертв.

Читайте также: Коммунисты хотя отправить Путина в отпуск

- Но сегодня Россия находится во власти перемен. Россияне больше не пассивны. Есть ли надежда на демократию?


- Существует надежда на изменения, но только в том случае, если Россия сможет установить традицию уважения к индивидууму. А этого нельзя сделать без принятия всей правды о прошлом. Сегодня в России существует нежелание ассимилировать трагичную историю и реалистично оценивать последствия российской традиции авторитарной политики. Для многих подобный анализ является попросту слишком болезненным, так как якобы включает в себя отрицание самой России. Однако на самом деле без таких  усилий  россияне оказываются в ловушке. Отрицание и агрессивный национализм дополняют друг друга, приводя к тому, что россияне сами  себя видят жертвами не внутренней политики в стране, а невидимых внешних врагов, а также превращают симпатию к согражданам на чувство агрессии против внешнего мира.

- Правлению Путина сейчас брошен вызов. Каковы опасности в нынешней ситуации?


- Режим Путина коррумпирован, беззаконен и авторитарен, но он не является по-настоящему идеологическим, несмотря на его редкие попытки  изобразить себя  защитником России и использовать российский национализм. Без признания коммунистического прошлого, а также злоупотреблений в посткоммунистической России, возможная демократическая альтернатива Путину будет ограничена, и появятся условия для возникновения нового режима, основанного на ухудшенном варианте российского православия и экстремального российского национализма. Подобный режим может быть гораздо более опасным противником для Запада, чем режим Путина, который ограничен жадностью и желанием верхушки держать свои деньги, детей и собственность на Западе.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.