Награжденный многими наградами генерал сидел напротив своего главнокомандующего и объяснял проблемы, с которыми его армия столкнулся в ходе боев вокруг Кабула: «В Афганистане нет ни клочка земли, который бы не был в какой-то момент оккупирован нашими солдатами. Тем не менее, большая часть территории остается в руках террористов. Мы контролируем центры провинций, но мы не можем сохранять политический контроль над территорией, которую мы завоевываем».

«Наши солдаты ни в чем не виноваты. Они воюют очень смело в сложных условиях. Но временная оккупация городов и деревень мало, что стоит в такой большой стране, где мятежники могут просто исчезнуть в холмах», - продолжил он, а затем запросил дополнительные войска и оборудование. «Без них, без новых солдат эта война будет продолжаться еще очень и очень долго», - сказал он.

Эти слова звучат так, будто их мог произнести генерал-лейтенант Стэнли Маккристал, главнокомандующими войсками США в Афганистане, в одном из своих недавних разговоров с президентом Обамой. На самом деле они были произнесены Сергеем Ахромеевым, командующим советскими войсками, на выступлении перед Политбюро СССР 13 ноября 1986  года.

К тому моменту советские войска находились в Афганистане уже седьмой год (всего советское военное присутствие в этой стране длилось девять лет), и маршал Ахромеев, герой ленинградской блокады, пытался объяснить, почему почти 110 тысяч хорошо экипированных солдат одной из двух супердержав мира терпят поражение от банд «террористов», как Советы называли моджахедов.

Стенограмма заседания Политбюро, на котором был сделан доклад Ахромеева, была обнаружена недавно американскими и российскими учеными, изучающими историю холодной войны – этот и другие документы значительно расширяют наши познания по поводу катастрофической военной кампании Советского Союза. В то время как президент Обама раздумывает над будущим Америки в Афганистане, ему бы стоило почитать некоторые из этих документов Политбюро. Он также мог бы почитать парочку захватывающих мемуаров, написанных советскими генералами, воевавшими в этой стране. Эти источники показывают, что между двумя войнами сходства не меньше, чем различий – и администрация могла бы найти в них некоторые ценные советы.

Большинство боевых действий во время советской операции в Афганистане проходило в местах, которые уже стали для нас знакомыми, например, в провинциях Кандагар и Гильменд. Главной базой советских операций был Баграм, где сегодня находится штаб-квартира американских войск. За годы войны Советы часто меняли свою тактику, но большую часть времени они безуспешно пытались умиротворить проблемные южные и восточные районы страны, регулярно прочесывая границу с Пакистаном, через которую в страну попадали многие партизаны (так же как сегодня это делают талибы).

Эта война отличалась спорами между военными и политиками. Как показывают российские документы, политики отдали указание о вторжении, не вняв советам вооруженных сил. Глава советского Оборонного штаба маршал Николай Огарков высказал свои сомнения незадолго до того, как армия была отправлена в Афганистан в рождество 1979 года. Он заявил Дмитрию Устинову – министру обороны, бывшему любимцем Сталина – что опыт британской и царской армий в 19-м веке должно стать предупреждением. Устинов ответил: «Что, теперь у нас генералы заведуют политикой Советского Союза? Ваша задача – планировать операции и проводить их… Заткнитесь и выполняйте приказы».

Огарков отправился к главе КПСС Леониду Брежневу. Он предупредил, что вторжение «может втянуть нас в незнакомые, сложные условия и объединить против нас весь мусульманский восток». Ему не дали договорить. «Занимайтесь военными вопросами, - приказал ему Брежнев. – Оставьте политические решения нам».

Советские лидеры поняли, что допустили ошибку, вскоре после вторжения. Изначально, цель миссии состояла лишь в поддержке коммунистического правительства, пришедшего к власти в результате переворота, который Москва пыталась предотвратить, но была вынуждена поддержать, когда это не удалось. Вся операция должна была занять не больше нескольких месяцев. Но джихад моджахедов против безбожников-коммунистов получил огромную общественную поддержку как внутри страны, так и за ее пределами. В страну полились деньги и современное оружие из Америки и Саудовской Аравии. Все это попадало в Афганистан через Пакистан.

Советское руководство считало, что вывод войск может оказать непоправимый урон престижу СССР в холодной войне, поэтому оно все больше и больше втягивалось в провальную оккупацию. Годами Советы проводили бомбардировки городов и деревень, убивая тысячи гражданских лиц и вызывая все большую ненависть со стороны афганцев. Какую бы тактику не использовали Советы, результат был всегда одним: новой агрессией со стороны противников. Моджахеды, например, устанавливали тысячи противотанковых мин, чтобы атаковать советские транспортные колонны, перевозящие войска, так же как сегодня талибы используют самодельные бомбы против патрулирующих американских солдат, а также мирного населения.

«Примерно 99 процентов битв и стычек, проведенных нами в Афганистане, были выиграны нами, - заявил маршал Ахромеев в ноябре 1986. – Проблема в том, что на следующее утро ситуация такова, будто никакой битвы и не было. Террористы опять в деревне, где они были – или мы думали, что были – уничтожены за день до этого». А теперь послушайте представителя коалиции, объясняющего сложности, с которыми войска коалиции сталкиваются из-за сложного рельефа местности, и будет сложно найти хоть одно различие.

Сегодня многие в Вашингтоне призывают президента Обаму списать убытки и найти стратегию для выхода из Афганистана. Но даже если он согласится, это будет непросто. Когда Михаил Горбачев пришел к власти в марте 1985 года, он назвал Афганистан «нашей кровоточащей раной». Он заявил, что завершение войны станет одним из его приоритетов. Но он не мог сделать это, не потеряв престиж.

Советское руководство долго увиливало от решения, и это оказалось роковой ошибкой. Министр иностранных дел Эдуард Шеварднадзе хотел немедленно вывести войска в Афганистане и обвинить в войне бывшее кремлевское руководство. То же самое предлагал и самый важный советник г-на Горбачева, крестный отец перестройки и гласности Александр Яковлев.

Но г-н Горбачев тянул, ища решения, которое можно было бы назвать победой, или хотя бы другим неуловимым трофеем для армий в беде: миром на почетных условиях. «Голову можно сломать, раздумывая над тем, как уйти оттуда, - пожаловался г-н Горбачев весной 1986 года, как зафиксировано в стенограмме Политбюро. – Мы воюем там шесть лет. Если мы не изменим наш подход, то останемся там еще на 20 или 30 лет. Мы так и не поняли, как вести там войну».

Г-на Горбачева также преследовал образ последних американцев, в панике покидающих Сайгон. «Мы не можем убегать в трусах… или без них», - сказал он как-то своему главному советнику по внешней политике Анатолию Черняеву, чьи дневники недавно стали доступны для изучения. Сам Черняев называл Афганистан «наш Вьетнам. Но хуже».

Вывод войск превратился в длительную, растянутую агонию. К моменту вывода последних войск в феврале 1989 года, в Афганистане погибли около 15 тысяч советских солдат и 800 тысяч афганцев. «Мы должны сказать, что наши люди отдали свои жизни не зря», - заявил г-н Горбачев на заседании Политбюро. Но даже его мастерство пиара не смогло скрыть унижение поражения. В действительности оно стало началом конца для советской империи в Европе. В 1989 по Восточной Европе прокатилась война революций, а Советский Союз распался двумя годами позже.

В 1988 году Роберт Гейтс, бывший в то время замглавы ЦРУ, заключил пари с Майклом Армакостом, бывшим в то время заместителем госсекретаря США. Он поставил 25 долларов на то, что Советская армия не уйдет из Афганистана. Вскорости после этого униженные Советы отступили. Но есть ли в мире азартный человек, готовый поставить деньги на то, что армия США уйдет из Афганистана столь же уничижительным способом? И примет ли министр обороны такое пари?


Виктор Щебешчейн - автор книги "Революция 1989 года: падение советской империи" (Revolution 1989: The Fall of the Soviet Empire)