В 2003 году, будучи в командировке в Ираке, я договорился о встрече в "зеленой зоне" с членом тогдашнего Правящего совета Ирака. Меры безопасности были очень строгими. Я отправился на встречу со своим иракским переводчиком. Это был мужчина средних лет, когда-то работавший учителем. Мы долго шли пешком, и когда, наконец, подошли к зданию совета, я предъявил свое удостоверение личности двум американским солдатам в форме. Они сказали, чтобы я подождал, вошли внутрь, и из здания появился человек в штатском, в жилете, какие носят рыбаки, и в австралийской шляпе.

Он не представился как следует, но по надписи на его рубашке было понятно, что это "гражданский подрядчик". Когда я попытался объяснить ему причину нашего прихода, он буквально сказал мне, чтобы я заткнулся, и говорил, когда мне разрешат. Затем он приказал моему иракскому переводчику ждать на испепеляющей жаре снаружи, а сам вместе со мной - американцем - пошел внутрь, чтобы выяснить, на месте ли наш иракский интервьюируемый. Должен признаться: мне с переводчиком очень хотелось тогда дать ему по морде. Но я думал про себя: "Кому подчиняется этот парень? Если я ему наподдаю, а он мне ответит, то кому потом жаловаться?"

Это была моя первая встреча с одним из представителей многочисленной армии частных охранников, поставщиков и работников по оказанию помощи, или так называемых гражданских подрядчиков, которые стали неотъемлемой составляющей американских войн в Ираке и Афганистане. Кое-кого из этих подрядчиков использовали даже в Абу-Грейбе для проведения "допросов с пристрастием" (читай - пыток) подозреваемых в терроризме. Сегодня не существует практически ни одной сферы деятельности, которую в силу ее секретности нельзя было бы отдать на внешний подряд частному сектору.

Мы ведем сейчас дебаты о том, сколько еще надо отправить войск в Афганистан. Но, может быть, пришло время обсудить и вопрос о том, насколько далеко мы зашли, нанимая частных подрядчиков делать ту работу, которой прежде занимались государственный департамент, Пентагон и ЦРУ. А для начала было бы неплохо ознакомиться с новой книгой на данную тему, которую написал Элисон Стэнджер (Allison Stanger). Называется она " One Nation Under Contract: The Outsourcing of American Power and the Future of Foreign Policy" (Нация по контракту: передача на внешний подряд американской мощи и будущей внешней политики).

С каждым годом все больше и больше важнейших задач из области национальной безопасности, таких как дипломатия, развитие, оборона и даже разведка, "передается в руки частных подрядчиков - и масштабы здесь намного значительнее, чем нам кажется", сказал мне Стэнджер. Одна из главным причин, почему нам удается вести  войны в Афганистане и Ираке, имея так мало союзников, заключается в том, что мы пользуемся в основном услугами помощников по найму.

"Афганистан и Ирак, - объясняет Стэнджер, - это наши первые подрядные войны, и от прежних интервенций они отличаются беспрецедентной зависимостью от частного сектора, привлекаемого к решению буквально всех задач в их рамках. По данным Исследовательской службы Конгресса, на долю подрядчиков в 2009 году приходилось 48 процентов всего личного состава министерства обороны, действующего в Ираке, и 57 процентов - в Афганистане. А Пентагон не единственное государственное ведомство, пользующееся услугами подрядчиков; к их услугам прибегают также госдепартамент и агентство по оказанию помощи USAID. Подрядчики обеспечивают безопасность личного состава и важнейших объектов, в том числе, наших посольств; они обеспечивают наши войска продовольствием, военной формой и жильем. Если бы не было многонациональной армии подрядчиков, заполняющих свою нишу, нам пришлось бы ввести призыв, чтобы осуществить две эти интервенции одновременно".

Или же нам понадобились бы настоящие союзники.

Я не против внешнего подряда, повышения эффективности деятельности государства и найма самых лучших людей для выполнения специальных задач. Но у нас вошло в привычку и стало системой отдавать на внешний подряд некоторые основные функции государства - ведение допросов, обеспечение безопасности, продвижение демократии. А по мере того, как все больше и больше такой государственной работы отдается на подряд и далее - на субподряд (или, как говорит Стэнджер, "когда деньги и инструкции в другой стране по много раз переходят из рук в руки), общество может утратить к этому свой интерес, что повлечет за собой появление злоупотреблений и коррупции. Мы также создаем в Вашингтоне подрядно-промышленный комплекс, который финансово заинтересован в зарубежных военных экспедициях. Хуже от этого такие экспедиции не станут, но следить за ними придется более бдительно.

В 2008 году, отмечает Стэнджер, примерно 80 процентов запрошенных госдепартаментом в рамках бюджетных ассигнований денежных средств ушло на сторону в виде контрактов и грантов. Главный подрядчик американской армии в Ираке по оказанию технической поддержки компания KBR, согласно имеющейся информации, держит в этой стране по договорам прямого найма примерно 17000 сотрудников.

Американские военные предлагают сегодня масштабный проект национального строительства в Афганистане. В рамках этого проекта на смену плохо функционирующей системе власти должно прийти такое государство, которое даст афганскому народу все необходимое, чтобы он не переходил на сторону талибов. Я бы выступил за такой проект, будь у нас настоящий международный альянс, в рамках которого можно было бы разделить тяжкую ношу тех усилий, на реализацию которых уйдут десятилетия. Но такого альянса у нас нет. Европейское общество против этой войны, а наши союзники будут и впредь выделять лишь минимальное количество войск, чтобы иметь возможность для официального продления своей карточки "частого союзника США". А нехватку сил нам придется восполнять за счет найма частных подрядчиков.

Государство в области таких частных подрядов может действовать более эффективно. А внешний подряд зачастую способен давать реальные новшества, особенно в сфере экономического развития. Но я человек старомодный: когда Америка действует за рубежом, мне хочется, чтобы задачи государственной службы по мере возможности выполняли государственные служащие, воспитанные в духе общего блага и простого патриотизма, для которых мотивацию в работе создают именно эти вещи - а не барыши или частные амбиции.