Грозный — Столица Чечни, обращенная в руины в результате двух ожесточенных войн с Москвой, была удивительным образом восстановлена. Теперь в ней есть новые многоквартирные дома, позолоченное здание музея, огромная мечеть — и вооруженные до зубов люди, своим повсеместным присутствием намекающие на сущность той негласной сделки, на которой держится мир в Грозном.

Эти люди подчиняются не Москве, а бывшему полевому командиру Рамзану Кадырову, которого Владимир Путин четыре года назад назначил президентом расположенной в горах российского Северного Кавказа Чеченской республики, поручив ему укротить его непокорных соплеменников и дав взамен свободу действий.

Кадыров правит мусульманским регионом как своим собственным княжеством. У него есть личные вооруженные формирования и свои люди в органах внутренних дел, которых обвиняют в похищениях людей, пытках и убийствах. Чечня при Кадырове производит впечатление отдельного исламского государства – он заставляет женщин носить головные платки, поощряет многоженство и вводит элементы шариатского права, хотя все это нарушает российские законы и идет вразрез с более свободными чеченскими традициями.

Недавно Москва дала оценку деятельности своего деспотичного наместника: со следующего месяца он, благодаря президенту Дмитрию Медведеву, начнет свой новый пятилетний срок во главе республики.

Путин систематически старался усилить контроль над региональными лидерами (и даже сделал их в 2004 году из избираемых назначаемыми), а Медведев много говорит о законности, однако оба российских лидера тут, похоже, бессильны и могут только аплодировать второй инаугурации Кадырова, намеченной на 5 апреля.

«Рамзан Кадыров создал государство в государстве, - утверждает московский аналитик Сергей Маркедонов, находящийся сейчас в Вашингтоне в качестве приглашенного научного сотрудника Центра стратегических и международных исследований (Center for Strategic and International Studies). – Я полагаю, что российские власти стали его заложниками. Они не могут его сменить, и в этом, на мой взгляд, заключается главная проблема».

Борьба с боевиками


В один из вечеров на прошлой неделе Кадыров пригласил группу иностранных журналистов, посетивших Грозный, к себе в укрепленный президентский дворец. В конференц-зал он пришел ближе к полуночи, заставив приглашенных ждать два часа, после чего отклонил все вопросы о нарушениях прав человека, и заявил, что он уважает российское законодательство.

«Россия поставила перед нами задачу уничтожить терроризм и искоренить его на Северном Кавказе, - сказал Кадыров, - и результаты уже достигнуты».

Хотя терроризма в республике стало меньше, он не уничтожен окончательно. Это беспокоит Запад, который опасается, что жестокое правление Кадырова может вызвать только новый рост насилия. Две чеченские войны, шедшие с 1994 по 1996 год и с 1999 по 2003 год, унесли жизни до 50 000 человек (в основном мирных жителей), привели к чудовищному взаимному ожесточению между российскими солдатами и чеченскими боевиками и в итоге породили волну террора, включавшую в себя захват заложников в одном из московских театров в 2002 году, захват школы в Беслане в 2004 году, прошлогодний взрыв в московском метро и январский взрыв в аэропорту Домодедово.

Кадыров часто провозглашает свою лояльность Путину— даже диспетчерскую башню грозненского аэропорта украшает огромная фотография российского премьер-министра— однако источником его могущества сейчас служит его собственная огневая мощь, а не политическая власть Москвы. Из уважения к Кадырову Москва вывела в 2009 году из Чечни большую часть своих войск, а те немногочисленные российские части, которые остались в республике, сидят в своих казармах.

«Что будет делать Россия, если с Кадыровым что-то случится? – спрашивает профессор Колумбийского университета Кимберли Мартен (Kimberly Marten). – Все отношения с Чечней держатся на одном человеке. Вероятно, там остались какие-то российские подразделения, но они подчиняются местным силовым ведомствам».

Мартен, только что закончившая книгу о полевых командирах и государствах, называет эту модель делегированным суверенитетом. Путин, предполагает она, решил уступить власть над территорией Кадырову, чтобы тот взял под контроль то, что сам Путин не мог контролировать.

«Ирония ситуации в том, что Россия теперь получила практически автономную Чечню – после двух войн, целью которых было не дать Чечне приобрести автономию», - говорит она.

Маркедонов отмечает, что, хотя Кремль в прошлом смещал неугодных ему влиятельных лидеров, таких как московский мэр Юрий Лужков, за Кадыровым стоят есть люди с оружием.

«Я не могу представить себе, что однажды Путин или Медведев пригласят его в Москву и скажут: “Дорогой Рамзан, извини, ты больше не президент Чечни, можешь быть свободен”», - заявил политолог.

На прошлой неделе Кадыров сказал журналистам, что в Чечне осталось всего 68 боевиков, и он всех их знает по именам. Один из них – Доку Умаров, связанный с «Аль-Каидой» боевик, который взял на себя ответственность за взрывы в метро и в аэропорту, и которого в Соединенных Штатах воспринимают настолько серьезно, что Госдепартамент прошлым летом поместил его в список международных террористов. «Скоро мы доберемся и до Умарова», - заявил Кадыров.

«Как нам укрыться?»

Под пристальным взглядом чиновников молодые женщины из Чеченского государственного университета – все как одна в головных платках – говорили, что они одеваются так по собственной воле. Однако позднее в тот же день журналисты, пренебрегшие официальным туром ради несанкционированных встреч с людьми, услышали совсем другие отзывы о жизни в Чечне.

В Урус-Мартане, маленьком городе с неосвещенными улицами, расположенном к юго-западу от Грозного, 41-летняя Раиса Турлуева со слезами рассказывала о своем сыне Саид-Салехе Ибрагимове, который исчез в октябре 2009 года в возрасте 19 лет.

В тот день милиция окружила ее дом в ее родном селе Гойты, расположенном примерно в 30 милях к югу от столицы, и два других дома, принадлежавших ее деверям, у которых был с ней общий двор.

По ее словам, милиция, выслеживавшая повстанцев, которые прячутся в лесах и нападают на людей Кадырова, застрелила у ее дома человека. Один из милиционеров был также убит в ходе перестрелки. В итоге милиция обвинила вдову Турлуеву и ее семью в том, что они прятали у себя боевиков - в том числе застреленного повстанца.

Дома были сожжены, и в тот же день сын Турлуевой, учившийся в институте в Грозном, был задержан милицией. От него хотели получить от него информацию о боевиках. В последний раз его видели той же ночью в отделении милиции со следами избиения на лице.

Турлдуева подала жалобу по поводу его исчезновения в Европейский суд по правам человека.

Правозащитная организация «Мемориал» утверждает, что в 2009 году в Чечне – республике, население которой немногим превышает один миллион человек, – были отмечены 93 похищения и 30 убийств. «Мемориал» предполагает, что в действительности числа должны быть в три или в четыре раза больше, однако люди слишком запуганы, чтобы сообщать о преступлениях.

В прошлом году «Мемориал» кардинально сократил свою работу в республике. В июле 2009 года его главный специалист по расследованиям Наталья Эстемирова, публично спорившая с Кадыровым по вопросам прав человека, была похищена прямо у своего дома в Грозном. Через несколько часов ее изрешеченное пулями тело нашли в придорожных кустах.

«Каждая женщина в республике, у которой есть сын, боится, - говорит Турлуева, утверждающая, что она сейчас испугана сильнее, чем во время войн, когда они с детьми пряталась от бомбардировок в подвале. – Раньше было ясно, от кого нужно прятаться, когда и как. А теперь мы не знаем, когда они придут и как нам укрыться?»

«Закон Кадырова»


Кадыров некогда сражался против русских. Он оставил школу в 16 лет, чтобы уйти на первую чеченскую войну. Однако его отец Ахмад Кадыров в итоге сменил сторону и был в 2003 году избран президентом Чечни. В 2004 году он погиб в результате покушения.

Хотя Кадыров сейчас называет Чечню самым безопасным место в мире, у дверей отеля, в котором жили журналисты, стояли люди с автоматами Калашникова. По дороге в аэропорт часто можно было заметить вооруженных людей, стоявших между деревьями или сидевших в машинах без опознавательных знаков. Посетители мечети проходят через металлоискатели.

Москва щедро субсидирует Кадырова, и он не скупится на расходы. Трехэтажное здание музея, построенное им в память об отце, украшено 3000-фунтовой иранской люстрой и несколькими сортами иранского мрамора. В качестве тренера для местной футбольной команды Кадыров нанял известного голландского футболиста, по слухам назначив ему высокую зарплату. На прошлой неделе он лично вывел чеченскую футбольную команду на матч против сборной Бразилии по футболу, выигравшей в 2002 году Кубок мира. По словам местных жителей, государственные служащие каждый год отдают в личную казну Кадырова свою двухмесячную зарплату, но никто его не критикует. Те, кто осмеливается, исчезают или гибнут.

Страдать от капризов Кадырова зачастую приходится женщинам. «В Чеченской республике один закон, и это закон Кадырова, - утверждает Таня Локшина, участвовавшая в подготовке доклада о насильственном внедрении исламского дресс-кода, который выпустила Human Rights Watch на прошлой неделе. – То, что он скажет, становится законом».

Женщины из Грозного, испуганные и просившие не называть их имен, рассказали журналисту, что женщины в столице не вправе заходить в общественные здания без головных платков, и что работодатели заставляют их покрывать головы на работе. Между тем чеченские женщины традиционно носили широкую головную повязку, но не покрывали волосы полностью. Во время войн именно на них держалась Чечня, пока мужчины сражались или прятались по домам от российских солдат. Сейчас же многие из них чувствуют себя притесненными мужчинами, которых натравливает на них Кадыров.

Прошлым летом несколько женщин, шедших по проспекту Путина с непокрытыми головами, были обстреляны из пейнтбольных ружей. Нападавшие были одеты в милицейскую форму.

«Пусть мир знает, как мы здесь живем, - сказала одна из женщин. – Если нас услышат, это даст нам надежду».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.