Мы не верим в то, что Владимир Путин - демократ, однако значительная часть американских комментариев, появившихся после объявления о его возвращении в Кремль на пост президента в 2012 году, - это просто примитивные нравоучения, выдаваемые за политический анализ.

Так, в редакционной статье New York Times за 28 сентября утверждается, что Путин, который «недвусмысленно продемонстрировал свое пренебрежение к демократическим правам», выгоняет «более либерального и ориентированного на Запад» Дмитрия Медведева. А в передовице Washington Post от 26 сентября говорится: «Владимир Путин решил, что ему снова хочется стать президентом, и он им станет».

Однако сложности российской политики нельзя сводить к капризам одного человека, каким бы властным и влиятельным он ни был. Из полемики в российской прессе до прозвучавшего 24 сентября объявления было ясно, что возвращение Путина в Кремль отчасти обусловлено предпочтениями правящего класса России  -  высших чиновников и финансовой элиты, известных как олигархия. Как признал ведущий сторонник Медведева Игорь Юргенс, «группы влияния», отдающие предпочтение Путину, «оказались сильнее». На их взгляд, а возможно, что и на взгляд Путина, постоянно общающийся в Твиттере Медведев ни за что не сумел бы избавиться от своего образа неэффективного политического деятеля. По сути дела, Медведев провалил свои четырехлетние пробы на второй срок.

Российская элита, включая лагеря Путина и Медведева, похоже, понимает, что экономика страны срочно нуждается в диверсификации и ликвидации своей мощной зависимости от экспорта нефти и газа. Государство должно найти иные источники дохода для своего увеличивающегося бюджета. Как предупредил недавно Путин, для таких реформ потребуется «горькое лекарство», включая повышение налогов для класса бизнесменов, который весьма неплохо преуспевает с фиксированным подоходным налогом в 13 процентов, в то время как многие россияне страдают от бедности. Правящий класс, глядя на свои интересы, хочет, чтобы более жесткий и популярный Путин встал во главе этих перемен.

Как утверждают некоторые американские комментаторы, может оказаться, что возвращение Путина станет «плохой новостью для российского народа». Но опросы общественного мнения показывают, что после едва ли не десятилетнего периода правления Путина, у большинства россиян его имя не ассоциируется с «плохими новостями». Причина понятна любому, кто следит за событиями в России после распада Советского Союза. Именно Путин восстановил пенсии, поднял заработную плату и уровень жизни после тяжелейших 1990-х годов, когда Борис Ельцин со своей политикой довел страну до обнищания.

А как насчет хваленой «перезагрузки» президента Обамы? Эксперт по России из Центра американского прогресса (Center for American Progress) утверждает, что «возвращение Путина в будущем году сведет на нет все позитивные тенденции» и «не даст ничего хорошего Соединенным Штатам». В некотором ограниченном смысле это может и так, в плане того, что администрация Обамы в своей перезагрузке неблагоразумно сделала основную ставку на Медведева, одновременно осыпая беспричинными оскорблениями Путина. Так, вице-президент Байден во время своего визита в Москву в этом году заявил группе россиян, что Путину не следует возвращаться на президентский пост. Однако предположения более общего плана о том, что возвращение Путина приведет к сужению демократических перспектив России, основано на ложной посылке, заключающейся в том, что Ельцин, как и Медведев сегодня, был либеральным демократом.

Именно поддержанный американцами Ельцин применил в 1993 году танки, чтобы уничтожить всенародно избранный парламент, дав тем самым задний ход начатому при Михаиле Горбачеве процессу демократизации в России. А Путин лишь ускорил это движение вспять. И хотя Медведев часто произносит цитаты о западном либерализме, именно он поставил себе в заслугу применение военной силы против Грузии в 2008 году, а затем настолько резко увеличил военные расходы, что его уважаемый многими министр финансов Алексей Кудрин в прошлом месяце ушел в отставку. Более того, если Путин твердо намерен проводить реакционную политику, зачем он пообещал назначить «более либерального» Медведева премьер-министром, отдавая ему должность, которую за прошедшие четыре года наделил большими полномочиями?

На самом деле, если принять во внимание реальные альтернативы, а не те, которые предпочитают американцы, то почему мы должны думать, будто возвращение Путина в Кремль это плохо для интересов Запада? Например, New York Times сообщила 28 сентября, что западные банкиры и корпорации приветствовали это объявление, назвав его «весьма позитивным для иностранных инвесторов». Стоит также отметить, что находясь на должности президента с 2000 по 2008 год, Путин сделал более важные уступки Вашингтону, чем Медведев за прошедшие четыре года. Он оказал важнейшую поддержку администрации Буша в Афганистане после терактов 11 сентября; он смирился с новой волной расширения НАТО; он молча согласился с выходом США из Договора по ПРО; он дал согласие на увеличение маршрутов снабжения американских войск в Афганистане через российскую территорию.

Но скорее всего, те дни, когда Путин уступал, ушли в прошлое. Еще в 2002 году он заявил, что «эпоха российских геополитических уступок подходит к концу». Вполне понятно, что будущее сотрудничество Путина с Вашингтоном будет зависеть от его понимания российских национальных интересов, и в равной мере от готовности Вашингтона сотрудничать с Москвой. А Вашингтон, несмотря на  провозглашенную Обамой «перезагрузку», пока не идет ни на какие существенные уступки России.

Катрина ванден Хувел – главный редактор и издатель журнала Nation. Она ведет еженедельную онлайновую колонку для Washington Post. Стивен Коэн – профессор российских исследований из Нью-Йоркского университета. Его последняя книга называется «Soviet Fates and Lost Alternatives» (Советская судьба и утраченные альтернативы).

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.