Когда в начале двухтысячных годов к власти в России пришел Владимир Путин, а в США — Джордж Буш, ничто не предвещало резкого ухудшения отношений между этими двумя государствами, достаточно вспомнить слова о душе демократа, которую разглядел в глазах российского коллеги американский президент. Но это случилось. Как отмечает в отчете Центра восточных исследований Марчин Качмарский (Marcin Kaczmarski), под конец президентства Буша и второго срока Путина эти отношения находились на самой низкой точке со времен холодной войны. Главным направлением спора была активность США на той территории, которую Россия старалась не упустить из-под своего контроля. В проблему вылились, например, обещания разместить элементы системы ПРО в Польше и Чехии, но еще больше раздражали Кремль попытки втянуть Украину и Грузию в НАТО. Эти усилия закончились неудачей, а 2008 год принес войну в Грузии. Несмотря на вмешательство США конфликт разрешился в пользу России: Абхазия и Южная Осетия отделились от Грузии (хотя подавляющая часть международного сообщества их не признала), что закрепило доминирующую позицию Российской Федерации на этой территории.

Когда стало ясно, что Владимира Путина в 2008 году заменит Дмитрий Медведев, казалось, что напряженность снизится. Однако первые месяцы президентства Медведева не предвещали такого поворота. Он не отказался от путинской риторики, заявив в одном из своих выступлений: «строительство глобальной системы противоракетной обороны, размещение военных баз вокруг России, неограниченное распространение НАТО и другие подобные "презенты" для России дают основания полагать, что они просто испытывают нашу мощь».

Политика гамбургера

В феврале 2009 года вице-президент Джо Байден предложил «перезагрузить» американо-российские отношения. Улучшение контактов с Москвой должно было помочь Обаме в реализации его целей: ядерном разоружении, завершении войны в Афганистане и блокировании иранской ядерной программы. В итоге в апреле 2010 года был подписан новый договор, предполагающий совместный контроль и сокращение стратегических наступательных вооружений (СНВ- III). Примерно год спустя договор вступил в силу. США запустили дискуссии о проекте системы ПРО и ограничили свою активность на территории Восточной Европы и Кавказа. На своих встречах Обама и Медведев изо всех сил демонстрировали, что «перезагрузка» на самом деле удалась: были визиты вежливости, походы на гамбургеры и обещания углубить сотрудничество. В 2009 году государственный секретарь США Хиллари Клинтон говорила, что «у двух президентов - отличная личная химия, они доверяют друг другу». Улучшение отношений с США вписывалось в программу модернизации экономики, которую предложил Медведев. Поэтому в 2010 году он, например, посетил Кремниевую долину, ставшую образцом для технологического центра в российском Сколково. Однако большая часть этих действий имела чисто имиджевый характер.

Путин: США дестабилизируют Россию

В 2011 году, после возвращения Путина в президентское кресло, в России вспыхнули массовые акции протеста, а риторика Кремля вновь стала антиамериканской. Говорилось, что США финансируют оппозицию: такие инсинуации появились в пропагандистском фильме «Анатомия протеста», который показал связанный с властью телеканал НТВ. Доказательствами вовлеченности Америки в российские дела служило присутствие сотрудников ее посольства на демонстрациях и их туманные ответы на вопросы журналистов, зачем они туда ходят. В ходе своей президентской кампании Путин обвинял Клинтон в раздувании беспорядков в России и намекал, что самая существенная угроза мировой стабильности исходит от США. Споры вызвала также резолюция ООН по Сирии: Соединенные Штаты требовали отставки президента Асада, а России и Китай не допустили ее утверждения. Подвешенная ситуация в Сирии продолжается до сих пор.

Санкции против чиновников и... сирот


Конец 2012 года ознаменовался новым витком напряженности. Россия приняла закон об «иностранных агентах», ударивший по заграничным НКО и организациям, получающим средства из источников, находящихся за пределами Российской Федерации. В результате во второй половине сентября в России прекратило свою работу Агентство США по международному развитию (USAID), которое якобы вмешивалось в ход парламентских выборов.

Апогей конфликта произошел в конце года, когда Конгресс США принял так называемый «Акт Магнитского», вводящий въездные санкции против лиц, замешанных в гибели юриста Сергея Магнитского, и замораживающих их активы. Магнитский, который боролся с коррупцией в органах российской власти, умер в 2009 году в московской тюрьме, не получив надлежащей медицинской помощи. Ответственности за это никто не понес.

В ответ российская Дума решила наказать «насоливших» России американцев ответными санкциями. Она приняла закон, запрещающий американским гражданам усыновлять российских сирот. Депутаты объясняли, что судьбу детей за границей невозможно контролировать, и это может привести к торговле людьми. Закон вызвал массу споров в том числе в кругах российской общественности.

В конце января Соединенные Штаты заявили о выходе из Американо-российской президентской комиссии, занимавшейся сферой гражданского общества (она была эффектом и символом потепления отношений Обамы и Медведева в 2009 году). Как объяснил газете «Коммерсант» заместитель главы бюро по вопросам демократии, прав человека и труда Государственного департамента США Томас Мелия (Thomas Melia), это решение было связано с недавними действиями российских властей, направленными против гражданского общества. Реакции России долго ждать не пришлось: вскоре появилась информация, что премьер Медведев подписал указ о завершении сотрудничества двух стран в сфере борьбы с наркотиками, торговлей людьми, коррупцией и терроризмом. Соглашение, действовавшее с 2002 года, перестало якобы отвечать современным реалиям.

Первого февраля оказалось, что планировавшийся на лето визит Обамы в Москву скорее всего не состоится. Президенты встретятся, видимо, только на сентябрьском саммите «большой двадцатки» в Петербурге.

Новая «перезагрузка»?

Вместо встречи президентов состоялся разговор между вице-президентом США Джо Байденом и главой российского МИД Лавровым. В ходе 49-й Мюнхенской конференции по безопасности Байден выступил с инициативой, предложив Лаврову «нормализировать контакты». «В отношениях между двумя крупными, ведущими странами проблемы будут всегда. Их нужно решать на основе взаимного учета интересов», — сказал после встречи российский министр иностранных дел.

Не предвещает успеха новой «перезагрузке» политолог и публицист Иван Преображенский: «Москва поставила свои отношения с Вашингтоном в зависимость от внутренней ситуации и ей гораздо проще принимать радикальные решения, которые готова поддержать подавляющая часть российских граждан». В последнее время это стало особенно заметно: Путин, опираясь на православные ценности и противопоставляя их «безбожному» Западу, старается сформировать консервативное большинство (примером может служить недавний закон о запрете «пропаганды гомосексуализма»). Как говорит Преображенский: «Без серьезных шагов со стороны Америки, направленных на улучшение отношений в первую очередь с Владимиром путинным и его окружением, против которого был направлен "акт Магнитского", на политике перезагрузки можно будет поставить крест».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.