Активное обсуждение в мировых СМИ совместных российско-белорусских учений «Запад-2017» вызвало удивление и непонимание со стороны белорусских военных и сдержанные комментарии официального Кремля.


Однако, если произвести комплексную оценку военно-политической обстановки в регионе проведения учений, учесть их реальные масштабы и сопоставить эти факторы с динамикой развития украинско-российского конфликта, то реакция мировых медиа и экспертов на учения окажется адекватной связанным с ними угрозам.

 

При анализе происходящего следует учитывать политические события предшествующего периода:


— жестко сформулированные обвинения президента Франции Эммануэля Макрона в адрес России в связи с агрессией против Украины;

 

— принятие резолюции на 26-й летней сессии Парламентской Ассамблеи ОБСЕ в Минске в поддержку суверенитета и территориальной целостности Украины (Белоруссия при голосовании воздержалась).


Также нужно принимать во внимание и текущую ситуацию в регионе проведения учений, а именно:


1. Обострение украинско-российского конфликта на Донбассе (согласно мнению американского спецпредставителя Джона Уолкера).


2. Ужесточение американских санкций против российских юридических и физических лиц.


3. Изменение формата переговоров «нормандской четверки» по урегулированию ситуации на Украине и фактическое признание России страной-агрессором рядом национальных и международных институций.


4. Демонстративная подготовка и проведение военных учений России на южных границах Украины и на границах стран Балтии.


5. Усиление милитаризации региона (например, развертывание в Калининградской области России ракетных комплексов «Искандер» и ответное размещение дополнительного контингента вооруженных сил стран-членов НАТО в Прибалтике).


6. Половинчатая и двойственная политика Белоруссии в отношениях с Украиной.


7. Перманентный кризис в отношениях Белоруссии с Россией на фоне дипломатических, экономических и финансовых рассогласований (попытки Александра Лукашенко найти поддержку на Западе; одностороннее введение Белоруссией безвизового режима с рядом стран и ответное усиление контроля на пунктах пропуска на российско-белорусской границе; «газовый конфликт»; споры о ценах на углеводородное сырье; поставка белорусских сельскохозяйственных продуктов по демпинговым ценам и «молочная война» между Россией и Белоруссией; ввоз запрещенной санкционной продукции в Россию через территорию Белоруссии; «дело «Уралкалия»).


У многих наблюдателей складывается впечатление, что принятие Минском решения о проведении учений напоминает «игру ребенка со спичками возле бензоколонки». Однако официальные власти Белоруссии не воспринимают предостережения со стороны западных экспертов и политиков. Александр Лукашенко по примеру своего кремлевского коллеги Владимира Путина предпочитает существовать в параллельной реальности. В этой искаженной реальности все сложности военно-политической ситуации укладываются в один тезис: НАТО угрожает Союзному государству Белоруссии и России, поэтому нужно провести масштабные военные учения и продемонстрировать готовность объединенных вооруженных сил двух стран отразить все угрозы, исходящие с Запада.


Презентуя легенду учений «Запад-2017», их руководитель с белорусской стороны, начальник Генерального штаба Вооруженных Сил — первый заместитель министра обороны Республики Беларусь Олег Белоконев отметил, «что подготовка к совместному стратегическому учению вооруженных сил Белоруссии и России «Запад-2017» проходит на фоне непростой военно-политической обстановки в регионе. У западных границ Союзного государства созданы передовые командные центры НАТО. Альянс активно, практически сменяя одно другим, проводит учения, в ходе которых, в том числе отрабатываются вопросы применения войск в непосредственной близости от государственной границы Белоруссии». Олег Белоконев констатировал, что количество учений в регионе за последние 8 лет увеличилось вдвое, a численность привлекаемых к учениям войск — более чем в три раза.


Комментируя цели учений российскому информационному агентству ТАСС, Министр обороны Республики Беларусь Андрей Равков заявил: «Нам скрывать нечего. Тематика наших учений оборонительная. Это с одной стороны. С другой — уровень подготовки наших войск такой, что показ отдельных элементов учений только подчеркнет высокую боеготовность соединений и воинских частей региональной группировки войск (сил) и послужит предостережением некоторым политикам, делающим недвусмысленные политические заявления, приводящие к обострению напряженности в Восточноевропейском регионе коллективной безопасности».


Судя по заявлениям белорусских военных, учения носят оборонительный характер, а по сути — представляют демонстрацию силы для устрашения соседей. Таким образом, между Белоруссией и ее европейским окружением существуют явные противоречия в трактовке складывающейся военно-политической обстановки. Кроме того, неоднозначность декларируемых белорусским военным командованием целей учений фактически не оставляет шансов для нормальной коммуникации стран Запада с официальным Минском и разрушает остатки доверия западной дипломатии к Александру Лукашенко.


Сегодня Украина и ее западные партнеры выражают озабоченность в связи с проведением военных учений «Запад-2017». Тревогу вызывают следующие факты:


1. Непрозрачность учений повышает угрозу вторжения в соседние страны с территории Белоруссии.


2. Размещения российского воинского контингента на территории Белоруссии может привести к «мягкой оккупации» и утрате национального суверенитета.


3. Попытка демократических перемен в Белоруссии с участием сил, неподконтрольных Кремлю, может привести к развитию событий по украинскому сценарию и к оккупации Россией части территории или всей территории Белоруссии под предлогом защиты интересов русскоязычного сообщества.


Цель развернутой на Западе информационной кампании в связи с проведением учений «Запад-2017» вполне понятна: с одной стороны, существует попытка понудить Минск снизить уровень конфликтности сценария учений и ограничить присутствие российского контингента на территории Белоруссии невоенной составляющей (медицинская служба, инженерные подразделения и т.п.). С другой стороны, страны Запада хотят получить от Белоруссии четкие гарантии безопасности соседям на фоне агрессивной политики Кремля в регионе. От Александра Лукашенко хотят получить ответы на такие вопросы, как: Какие механизмы созданы руководством Белоруссии для сдерживания россиян от возможных провокаций во время учений? Готова ли Беларусь разделить ответственность за возможные провокации России в ходе учений? Какова будет реакция Белоруссии, если Кремль решит во время учений совершить повторную попытку вторжения на Донбасс или на Юг Украины?


Однако Минск не спешит отвечать на эти вопросы и не реагирует на все предостережения, демонстрируя полное противоречие публичному позиционированию Белоруссии как «донора региональной безопасности».
Почему не слышит Минск


Рассматривая причины возникшего недопонимания между Минском и соседями в контексте учений, необходимо обозначить ряд особенностей восприятия ситуации со стороны Белоруссии:


1. Белорусские военачальники являются носителями «блокового мышления» и предельно четко разделяют мир на «своих» (ОДКБ) и «чужих» (НАТО). Учитывая, что в любых авторитарных режимах в государственной иерархии силовики всегда доминируют над чиновниками, политиками и дипломатами, понятно, что белорусская дипломатия уже не в состоянии выйти из рамки противостояния Восток-Запад, а все дипломатические усилия Запада будут рассматриваться в конфликтной логике как применение «мягкой силы» или попытки разрушить Союзное государство.


2. Конфликтная логика восприятия мира определяет и особенности внешнеполитического дискурса Белоруссии на Западном направлении. Во-первых, он никогда не выходит за рамки «разговорной» дипломатии («диалоги», «обсуждения», «дискуссии» и т.п.). Во-вторых, он не предполагает модернизации государственного управления (демократизация, либерализация и т.п.). В-третьих, более 70 процентов всех дипломатических усилий Республики Беларусь — это битва за внешнеэкономические преференции для белорусских товаров и услуг.


3. Понятия «свобода», «суверенность» или «независимость» страны за два десятилетия правления Лукашенко уже сублимированы и локализованы в его личных атрибутах абсолютной власти. Пока действующий президент Белоруссии не воспринимает угрозу потери власти как один из возможных вариантов развития внутриполитической ситуации. В стране нет альтернативной фигуры, поддержанной Кремлем, нет сильного лидера протестного движения, нет оформившейся внутри властной команды оппозиции, не существует и экономической угрозы «семейному» бизнесу. Все критические высказывания Александра Лукашенко в адрес руководства России являются хорошо подготовленным экспромтом и используются в качестве инструмента шантажа в борьбе за новые преференции белорусскому режиму. До сих пор официальный Минск успешно навязывал Москве свои правила игры, а это означает, что Александр Лукашенко не испытывает страха перед Владимиром Путиным.


Но если Лукашенко не боится Путина, следовательно, нужно смоделировать иные угрозы, чтобы Лукашенко искал опору для защиты и сохранения своей личной власти именно в России. Все эти особенности белорусского режима были учтены и использованы в российских информационных операциях и нарративах российской пропаганды. Здесь достаточно вспомнить некоторые:


1. Запад готовит «цветную революцию» в Белоруссии.


2. Запад финансирует и покрывает лидеров белорусской оппозиции.


3. Запад готовит боевиков на Украине, Польше и странах Балтии для дестабилизации ситуации в Белоруссии.


4. Украинские радикалы — угроза безопасности Республики Беларусь, потворство президента Украины Петра Порошенко национальным добровольческим батальонам (например, отряда «Погоня») — главное свидетельство двойной игры украинцев.


5. Украинская анархия — угроза безопасности в Белоруссии, это канал распространения оружия, рассадник политического радикализма и т.п.


В этом контексте стоит отметить эффективность оперативных мероприятий, реализованных Россией на территории Белоруссии. Например, это попытка прорыва джипа с оружием со стороны Украины на белорусском пограничном переходе в марте 2017 г. Также можно вспомнить и организацию скандальных инцидентов с запретами на въезд украинским журналистам по российскому стоп-листу, что вызывало дипломатические баталии между украинским и белорусским министерствами иностранных дел.


Внимательное прочтение легенды учений и разворачивающиеся события в Белоруссии свидетельствуют, что, по сути, Кремль стартовал с проведением учений еще в феврале 2017 года, когда в Минске готовились весенние акции протеста. Учения имеют более сложную структуру, чем стандартные конвенциональные маневры, и включают в себя задействование всех силовых и дипломатических компонентов. В то же время, собственно конвенциональный военный компонент задействуется лишь на последнем этапе учений. Спровоцированные ситуации на информационных, дипломатических и экономических треках продемонстрировали единство и готовность спецслужб России и Белоруссии к совместному противодействию гибридным влияниям и угрозам, обозначенным в легенде учений. С другой стороны, они продемонстрировали Минску всю незащищенность белорусского режима от гибридных воздействий и абсолютную зависимость Лукашенко от воли Кремля.


Важно помнить, что, согласно сценарию, на учениях «Запад-2017» будет смоделирован конфликт между «Северными» (Белоруссия и Россия) и «Западными» (коалиция трех государств-агрессоров: Вейшнории, Весбарии и Лубении). По сценарию, «Западные» пытаются расколоть союз Белоруссии и России, ухудшить социально-экономическую обстановку в Белоруссии, добиться там смены руководства страны, и, используя нестабильность, захватить часть Белоруссии и создать там государство под названием «Вейшнория». После чего «Западные» собираются ввести свои войска на территорию всей страны. «Северные», соответственно, должны этим планам противостоять.


Детализируем заявленный в легенде спектр угроз. «Западные» пытаются:


— расколоть союз Белоруссии и России;


— ухудшить социально-экономическую обстановку в Белоруссии;


— добиться смены руководства Белоруссии;


— захватить часть Белоруссии и создать там государство под названием «Вейшнория»;


— ввести свои войска на территорию всей страны.


Совершенно очевидно, что три из пяти моделируемых угроз носят невоенный характер и, следовательно, выпадают из поля зрения приглашенных Минском наблюдателей. Тут возникает несколько вопросов. Во-первых, где и когда были отработаны методы противодействия угрозам «раскола Союзного государства», «ухудшению социально-экономической обстановки» и «смены руководства страны»? Во-вторых, принимали ли участия в этих отработках белорусские силовики и политики?


Ответы на эти вопросы позволяют немного иначе оценить целый ряд событий, произошедших в Белоруссии за последний год.


Затянувшийся более чем на год спор Минска и Москвы вокруг цен на углеводороды, «торговые войны» на сельскохозяйственном рынке, нежелание Минска подписывать соглашение о зоне свободной торговли до окончания споров — эти конфликты нанесли значительный урон белорусской экономике, ухудшив социально-экономическую ситуацию в республике. Прямым следствием этих разногласий стал кризис в российско-белорусских отношениях. В этих условиях Кремль начал фиксировать активность западных дипломатов на минском направлении, пиком которого стало заявление о готовности восстановить полноценные дипломатические отношения между Вашингтоном и Минском и вернуть американского посла в Минск. Такое форсированное развитие отношений между Белоруссией и Западом в Кремле могли воспринять именно как угрозу «раскола Союзного государства». Поэтому был предпринят целый ряд мер по освоению и монтированию общего информационного и смыслового пространства Республики Беларусь и России.


Пытаясь сбалансировать политику в условиях экономического противостояния, Минск вынужден был сформировать при Администрации Президента РБ и силовых ведомствах прокремлевский экспертный пул. Этот пул имеет доступ к российским медиа-ресурсам и активно подвигается в белорусском информационном пространстве, презентуя себя как сообщество новых «идеологов» белорусского режима и главных носителей «Евразийских ценностей».


Таким образом, набор инструментов по противодействию «расколу» представляет собой продвижение усилиями официального Минска нарратива «Союзного государства» как надгосударственного образования, подчиняющего национальные интересы РБ приоритетам Союзного государства.


По мнению представителей прокремлевских экспертов, наличие у белорусов «национальных интересов» ограничивает интеграционные возможности и может стать причиной «раскола Союзного государства» на фоне полного отсутствия в медиа-пространстве совместных проектов и общих целей РБ и РФ. Смена нарратива переориентировала белорусский экспертный пул с использования собственных пропагандистских ресурсов, типа Имхоклуба, на вновь созданные Евразийские проекты: «Сонар-2050», Sputnik и т.п.


В рамках противодействия попыткам раскола, россияне провели на территории Белоруссии целую серию спецмероприятий и информационных операций:


1. Дискредитация дружественных намерений соседей и демонстрация их антилукашенковских настроений:


— Информационные акценты на негативных высказываниях в адрес Александра Лукашенко со стороны Польши, Латвии и Украины. Обсуждение в белорусских медиа тем и сюжетов: «цветные революции», «западные агенты», «применение мягкой силы», «украинские радикалы», «происки врагов».


— Обсуждение в белорусских медиа темы подготовки белорусских боевиков на тренировочных базах в соседних государствах.


2. Декомпозиция угроз со стороны Украины и локализация двусторонних отношений:


— Попытка прорыва белорусской границы джипом с оружием.


— Активная публичная защита украинским посольством на территории РБ интересов своих граждан, попавших в российский стоп-лист.


— Резкие публичные заявления Украины в ответ на информационные провокации силовиков Белоруссии и России.


3. Проверка лояльности и готовности к сотрудничеству белорусских силовиков со спецслужбами России на территории Белоруссии:


— Провокация российских радикалов на пресс-конференции представителя ОБСЕ в ТКГ.


— Похищение гражданина Украины с территории Белоруссии.


— Демонстрация неустойчивости режима в условиях массового гражданского протеста и нелояльного отношения Запада к белорусскому правящему режиму в ходе весенних акций протеста.


Ни одна из спецопераций россиян на территории Белоруссии не получила должной дипломатической оценки со стороны официального Минска.
«Добиться смены руководства», захватить часть территории и создать «Вейшнорию»


Ухудшение социально-экономической ситуации в Белоруссии на фоне торговой войны с Россией и «ошибки» политического руководства страны при имплементации Декрета №3 («О тунеядцах») привели к массовым протестам в республике. Главной неожиданностью весенних акций для местных силовиков стала их география. В отличие от всех предыдущих акций оппозиции, которые проходили исключительно в Минске, в этот раз протесты охватили всю территорию Белоруссии и носили относительно стихийный характер. Изменилась и риторика протестов: от власти требовали не либерализации и демократизации правящего режима, а конкретной отмены Декрета №3. Причем объектом критики стали не абстрактные чиновники, а именно президент Лукашенко, узаконивший декрет.


Попытка Лукашенко проявить гибкость, которая от него требовалась в тот момент на фоне подготовки к летней сессии ПА ОБСЕ и визита делегации МВФ, потерпела крах. Приостановка действия декрета и требование к местным органам власти «организовать общение с протестующими и решить их вопросы» раззадорили оппозиционных лидеров, вознамерившихся возглавить протесты и устроить «смену руководства» уже 25 марта.


Таким образом, методы по «противодействию силовой смене власти» были отработаны 25 марта в ходе разгона акций протеста в Минске, а также в ходе локализации протестов в регионах. Заслуживает внимания и привлечение к силовому подавлению акций протеста в Минске, а затем и в Москве украинского спецподразделения «Беркут». Это наводит на мысль о скоординированных совместных действиях силовиков Белоруссии и России при осуществлении данных мероприятий. Особого обсуждения требуют факты использования в этот период пророссийских медиа-ресурсов стран Балтии для продвижения в информационном пространстве лидеров белорусской оппозиции.


Информационно-дипломатическую битву по умиротворению Запада, судя по последним заявлениям главы белорусского МИДа, Минск проиграл. Мантры про «оборонительный характер учений» и «нейтральность Белоруссии» как гаранта недопущения провокаций и агрессии, не возымели действия: соседние с Белоруссией страны-члены НАТО нарастили свое военно-техническое присутствие в регионе.


В итоге, учения «Запад-2017» стали моментом истины для военно-политического руководства Белоруссии, по факту обнулив нейтральный статус Белоруссии и демонстрируя его исключительно декларативный характер.


Легенда учений — сама по себе яркая демонстрация распределения ролей и позиционирования участников учений в региональных и глобальных международных процессах.


В этом контексте продемонстрированная в легенде слабая устойчивость официального Минска к гибридным влияниям компенсируется геостратегическими интересами России в регионе. Оценивая ключевые треки государственной устойчивости Белоруссии, можно отметить, что на сегодня официальный Минск утратил амбиции и возможности субъектной игры в глобальных или региональных международных процессах и абсолютно интегрирован в геополитическую и геостратегическую зону интересов и контроля России, которая фактически установила контроль в следующих сегментах национальных интересов Белоруссии:


1. Военный (силовой блок) — создание и развитие «региональной группировки», можно рассматривать как фактическое делегирование Минском функций стратегического сдерживания своим российским союзникам. При этом активное противодействие желанию Кремля разместить российские военные базы на территории Белоруссии мотивированы как угрозами личной безопасности Лукашенко, так и возможными экономическими бонусами от развития собственных вооруженных сил за счет России.


2. Информационный (ИПСО, коммуникации) — подавляющее присутствие российского контента в информационном пространстве Белоруссии практически исключает возможность активного противодействия Минска информационным операциям России. Практика весенних протестов и продвижение белорусским прокремлевским экспертным пулом нарратива «Союзного государства» и «Евразийского пространства» показывает подчиненность национальных интересов по отношению к Евразийскому интеграционному проекту. Происходит тотальная интеграция человеческих и информационных ресурсов Белоруссии в систему российской пропаганды для продвижения в постсоветском информационном и гуманитарном пространстве идеологем Кремля.


3. Кибернетический (действия в сфере кибербезопасности и электронных систем коммуникации) — контроль России над белорусскими каналами связи стал одним из основных условий привязки системы наведения ракетного комплекса «Полонез» к китайским спутникам.


4. Социально-политический (влияние в сфере внутриполитических процессов, социальной инженерии и экономики) — сфера локализации влияния и реализации властных амбиций Лукашенко (вопросы собственности госпредприятий и компаний). Развитие «Белорусской социально-экономической модели» государственного капитализма по примеру России. Характер и условия разрешения спора по ценам на углеводороды, систематика торговых противостояний, потребность в регулярных дотациях демонстрируют абсолютную зависимость Белоруссии от российской экономики на глобальном уровне.


5. Дипломатический (локализация дипломатических интересов страны) — сам факт проведения полномасштабных учений наступательного плана в сложившейся ситуации демонстрирует признание Минском ведущей роли России в выстраивании архитектуры глобальной безопасности и во внешнеполитическом позиционировании Белоруссии. Это проявилось особенно отчетливо после провала попыток официального Минска донести собственный месседж о «безопасности учений» до стран западной коалиции. По замыслу Кремля, Минск должен осознать, что любые игры в «многовекторность» окончены и в сложившейся ситуации возможностей для проведения самостоятельной политики у Белоруссии больше нет.


Для Западных стран учения «Запад-2017» фиксируют претензии Кремля на Белоруссию как зону собственных геополитических интересов. Легенда учений должна остудить желание любых стран поучаствовать в процессе транзита власти в РБ. В какой бы форме и каким бы способом он ни осуществлялся, процесс будет жестко контролироваться Кремлем, и никакая белорусская оппозиция, даже с поддержкой «коллективного Запада», уже не сможет переломить ситуацию. А любые попытки «цветных революций» будут просто утоплены в крови.
«Минск наш»


Усиление позиций России в стратегически важном регионе на белорусско-прибалтийском направлении на данном историческом этапе подтверждается следующими фактами:


1. Проведение полномасштабных совместных российско-белорусских военных учений.


2. Создание искусственных условий для углубления конфликта между белорусским военно-политическим руководством и странами Запада.


3. Продвижение прокремлевским экспертным пулом нарратива «Союзного государства» и «Евразийского пространства».


По сути, мы наблюдаем постепенную коррозию режима Лукашенко, за которой последует интеграция Белоруссии в политическое и экономическое пространство России. На внутреннем электоральном рынке в России в канун президентских выборов 2018 г. это будет преподноситься как конец белорусской «многовекторности» и безоговорочная победа российского проекта «мягкой силы» в сражении с Западом за Белоруссию.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.