Мост, вокруг которого бушевало множество споров, стал стараниями Владимира Путина символом восстановления и обновления Крыма, аннексированного Россией. Предполагается, что мост будет готов к президентским выборам в следующем году и свяжет Россию и Крым.

Многие из жителей Крыма поддерживают Путина. Но что касается строительства спорного моста, то мнения разошлись.

Керчь, Крым — Клонк-клонк, клонк-клонк. Этот стук постоянно слышен над Керченским проливом в юго-восточной части Крыма. У руин турецкой крепости XIX века, которая защищала границу с Российской Империей, стоит семейство, наблюдая за строительством.

«Мост — просто чудо! Я никогда раньше ничего подобного не видел», — говорит Сергей Чучев, предприниматель на пенсии.

Сергей полон надежд и полагает, что 19-километровый мост пойдет на пользу экономике России, ведь он улучшит транспортное сообщение.

«А еще станет удобнее добираться до наших родственников в других частях России», — говорит Марина Чучева.

А Андрей Карлов жалуется во время прогулки по берегу.

Его недавно уволили. Он был членом правящей партии «Единая Россия», но после того, как он обвинил местные власти в коррупции, ему пришлось уйти. Он стал неудобен для партии, так как не закрывал глаза на нарушения.

Но он никоим образом не потерял доверие к президенту России Владимиру Путину, несмотря на то, что развитие Крыма идет не вперед, а скорее назад.

«Мост должен продемонстрировать, что Путин был настроен серьезно, когда забирал Крым. Его строят невероятно быстро, так как это стратегически важный объект для Москвы. Но если нет других инвестиций, на что тогда нужен мост?»

Ни русские банки, ни почта, ни иностранные банковские карты не работают в Крыму так, как в России, из-за экономических санкций, объясняет Андрей.

«После того как забрали Крым, система стала менее надежна. Россия обзавелась 2,5 миллионами новых граждан, но плана роста так и нет».

В январе 2015 года правительство сообщило, что олигарх Аркадий Ротенберг возьмется за возведение моста, который называют самым масштабным строительным проектом страны.

«Ротенберг получил почти четыре миллиона долларов, чтобы построить гигантский мост. Это своего рода компенсация за те неудобства, которые он терпит из-за того, что попал в санкционные списки», — говорит Илья Шуманов, заместитель руководителя организации Transparency International в Москве.

Бывший заместитель премьер-министра Крыма Владимир Казарин считает, что международные санкции действительно работают, когда они направлены на олигархов.

Строительство моста финансируется из федерального бюджета, по информации Transparency International. Стоимость строительства оценивается в 228 миллиардов рублей.

Большие инфраструктурные проекты редко бывают прозрачны. То, что Ротенберг забрал себе государственный контракт без тендера, — не обязательно преступление, но может нарушать закон о государственных закупках. Правительство в Москве сознательно ограничивает конкуренцию в Крыму и может выдавать разрешения лояльным лицам, у которых большое влияние и хорошие отношения с правительством, объясняет Шуманов.

Личное состояние Ротенберга размером более 2,5 миллиардов долларов было сколочено на государственных контрактах, газопроводах и других инфраструктурных проектах.

Возможно, не так уж и странно, что он участвует в игре. Он посещал тот же самый спортивный клуб дзюдо, что и Владимир Путин, и они были друзьями еще с 1960-х годов. По информации русского издания деловой газеты Forbes, он выиграл больше контрактов, чем любой другой русский бизнесмен.

Владимир Казарин и многие другие критики утверждают, что строительство моста нарушает международное законодательство и ведется без разрешения со стороны Украины. Казарин работает в университете, который в связи с аннексией Крыма был вынужден переехать в столицу Украины Киев.

Мост, строительство которого сейчас вышло на финишную прямую, он ни во что не ставит.

«Строить мост — все равно что выбрасывать деньги на ветер. Как долго он простоит? Крым — это зона землетрясений. Конструкция не выдержит, этого Путин не учел. Ему нужно было построить мост во что бы то ни стало, — говорит Казарин. — У этого моста нет никакого стратегического значения. Чего этим можно добиться, если иностранцы не будут его использовать?»

Туристам, которых стало меньше после аннексии, и в будущем предстоит на той стороне наблюдать сельскую местность с плохими дорогами.

Но не все так относятся к мосту. Возле стройки гуляет 81-летний Евгений Чендрик, и ему нравится следить за работой.

«Мы ждали этого моста более ста лет. Внезапно деньги нашлись у русских олигархов», — говорит он газете SvD.

По словам политолога Екатерины Шульманн из Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ в Москве, ничего более символичного и быть не может.

«Путин откроет мост, и все будет выглядеть так, словно он сделал невозможное».