Официальный турецкий протест, который выразил министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу в связи со вступлением сирийских правительственных сил в город Африн, кажется вполне понятным, поскольку этот шаг означает смешение всех карт. Начавшаяся месяц назад операция «Оливковая ветвь» буксует, так и не начав реализовывать поставленные перед ней целей.


Турецкий артиллерийский обстрел пунктов, через которые, как предполагалось, сирийские войска должны были войти в Африн, отражает гневную реакцию Анкары и предупреждает о возможности будущего столкновения между турецкой и сирийской армиями. Судя по всему, сирийское правительство серьезно восприняло данное послание, решив отложить отправку своих войск в этот регион. Однако в любом случае это решение имеет временный характер и является результатом посреднических усилий со стороны Ирана и России. Мы не удивимся, если уже завтра все изменится.


Сирийское правительство проявляло сдержанность и хладнокровие в отношении турецкой военной интервенции в Африне, ожидая, пока одна из сторон или обе сразу не попросят ее поддержки: турки — чтобы замедлить принятие решения и уменьшить материальные и человеческие потери, а курды — по причине военного и технического превосходства атакующей стороны. В итоге крики о помощи последовали с обеих сторон, хотя в этой ситуации все относительно.


Глупо проводить сравнения между Турцией, ведущей региональной державой, ее многочисленной армией, и курдскими отрядами народной самообороны, которые являются не чем иным, как местной милицией, однако характер войн изменился, и есть те, кто считает, что «комар может укусить глаз льва».


После долгого американского ликования курды наконец признали себя сирийцами и потребовали, чтобы их государство (сирийское) вмешалось и защитило их от турецкого вторжения. Вполне естественно, что руководство в Дамаске ответило на этот призыв и отправило в Африн правительственные войска и так называемые отряды народного сопротивления, чтобы тем самым одним выстрелом убить двух зайцев. Во-первых, восстановить суверенитет над этим городом, а во-вторых, способствовать провалу турецкого проекта по созданию буферной зоны площадью в тридцать квадратных километров и возвращению 3,5 миллионов сирийских беженцев в этот регион. В настоящее время кажется, что достижение этих целей вполне возможно и даже неизбежно.


Министр иностранных дел Турции Чавушоглу решительно возражал против любого вступления сирийской армии и ее «ополченцев» в Африн, если только этот шаг не будет сопровождаться высылкой оттуда бойцов РПК и отрядов народной самообороны. В противном случае, операция «Оливковая ветвь» продолжится, как сказал министр сегодня на пресс-конференции, которую провёл со своим иорданским коллегой в Аммане.


Условия, которые выдвинул турецкий министр, во-первых, запоздали, во-вторых, неуместны, а в-третьих, неприемлемы для сирийской стороны. Господин Чавушоглу забыл, что Африн — сирийский город, и что вмешательство сирийских сил не вторжение и не оккупация, а ответ на призыв со стороны сирийских граждан, даже если они являются курдами. Как бы отреагировал министр, если бы кто-то выдвинул условия перед вступлением турецкой армии, к примеру, в Диярбакыр или любой другой город Турции?


То же самое можно сказать о турецких обвинениях в адрес сирийского правительства по поводу вооружения курдских отрядов народной самообороны и содействия прибытию военных подкреплений из Айн аль-Араб, Манбиджа и Эль-Хасаки в Африн для участия в противодействии турецким силам. Сирийское руководство, возможно, уже готово дать официальный ответ на эти обвинения. Достаточно напомнить Анкаре, что вот уже семь лет Турция поддерживает сирийские вооруженные группировки для достижения своих целей по свержению режима, обе стороны находятся в состоянии войны на сирийской территории, и каждая из них использует все имеющиеся у неё преимущества.

 


Сирийское руководство увидело в турецком тупике в Африне возможность создать каналы для диалога с местными городскими властями. Асад пытается удержать курдов от сближения со их американским союзником, который потерпел неудачу и бросил их, а также так или иначе утереть туркам нос, чтобы подтолкнуть их к диалогу с Дамаском в целях урегулирования ситуации в Идлибе по примеру Алеппо и включить его в список зон деэскалации. Сирия хочет, чтобы Анкара согласилась с тем, что ввод сирийских вооруженных сил в Африн может оказаться выходом для всех, включая турецкие власти.


Российская сторона, которая отрицает своё посредничество между курдскими отрядами самообороны и сирийским правительством с целью достижения соглашения о вводе сирийских войск в Африн, начала говорить о создании пятой зоны деэскалации в этом городе, что означает, что они дали зеленый свет на ввод сирийских сил.


Сирийская армия в настоящее время участвует в боевых действиях на трех фронтах: в Восточной Гуте, Африне и Идлибе. Она хочет завершить их в течение нескольких будущих месяцев в качестве прелюдии к главному сражению к востоку от Евфрата против американских войск и их союзников. Этот шаг может сослужить хорошую службу президенту Эрдогану и его правительству в среднесрочной и долгосрочной перспективах.


Сирийцы имеют большой опыт в этом деле: они сыграли ключевую роль в истощении американских оккупационных сил и их поражении в Ираке после вторжения в 2003 году благодаря поддержке сопротивления, и мы не исключаем, что они подготовили схожий «сценарий» для американских оккупантов в северной Сирии и, возможно, также в Ираке. Шансы на успех этого сценария возрастут, если он будет реализован в координации с Турцией.

 


Президент Реджеп Тайип Эрдоган упустил прекрасную возможность, отказавшись от посредничества России для координации действий с Дамаском в целях обеспечения стабильности в Сирии и направления компаса на американский проект, который предполагает создание независимого курдского образования на севере Сирии. Возможно, если бы он согласился на это посредничество ранее, то не оказался бы в тупике в Африне с его негативными последствиями для Турции, ее территориальной целостности, безопасности и стабильности.


Турецкие газеты подготовили почву для этого шага, когда возложили ответственность за провал политики страны, нацеленной на свержение режима Асада, на плечи г-на Ахмета Давутоглу, бывшего премьер-министра страны, и президент Эрдоган мог представить его в качестве «козла отпущения», чтобы оправдать любой пересмотр этой политики.


Трехсторонняя конференция в Стамбуле, которая состоится в ближайшие дни при участии президента России Владимира Путина и президента Ирана Хасана Роухани, может предоставить возможность для такого пересмотра, в частности, если учесть, что попытки реформировать американо-турецкие отношения, которые имели место во время визита госсекретаря США Рекса Тиллерсона в Анкару несколько дней назад, не дали положительных результатов.


Президент Эрдоган находится перед лицом войны на истощение в Африне, которая может распространиться также на Джараблус и эль-Баб на северо-западе Сирии, альянса между курдами и сирийским режимом, а также президентских и парламентских выборов в следующем году, и, возможно, наступило подходящее время, чтобы предотвратить то, что кажется неизбежным.


Пойдёт ли на это прагматик Эрдоган? Это не исключено, но Аллах знает лучше.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.