Чтобы понять, почему три человека оказались в критическом состоянии в больнице Солсбери, взгляните на действия Путина внутри России.


Вчера его провозгласили победителем на выборах, которые напоминали коронацию с триумфальной церемонией у стен Кремля.


Естественно, главному оппоненту Путина запретили баллотироваться, а камеры видеонаблюдения многократно показали, как чиновники из избирательных комиссий невозмутимо вбрасывают бюллетени.


Один верный Путину и очень изобретательный функционер в Сибири использовал воздушные шары цветов российского флага, чтобы закрыть ими пытливую камеру.


«Выбор без реального состязания, который мы наблюдали, к сожалению, не является истинным выбором». Таков был вердикт миссии наблюдателей из Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе.


Продлевая свою власть, Путин ведет страну в опасном направлении. На всем протяжении своего президентства он подрывал свободы российского народа, закручивал гайки государственных репрессий и преследовал мнимых врагов.


Когда руководитель начинает вести себя подобным образом, не следует удивляться тому, что его соотечественников привлекает пример тех стран, которые руководствуются иным набором ценностей.


Они не могут не заметить, что есть множество стран, где на выборах никто не знает результат заранее.


Они не могут не увидеть, как процветают и благоденствуют свободные общества в Европе, Америке и в других местах — как раз благодаря тому, что люди там живут, как хотят, при условии, что они не причиняют вреда.


Они не могут не понять, что независимые средства массовой информации разоблачают недостатки и отговорки демократических правительств. И они не могут не спросить: почему Россия не в состоянии сделать то же самое?


Путин не может дать прямой ответ, состоящий в том, что он должен лишать Россию таких свобод, дабы гарантировать себе бессрочное правление.


Вместо этого ему приходится подавать жесткий сигнал о том, что за неудобные вопросы и за выступления против него придется платить ужасную цену.


В связи с этим вернемся в Солсбери. Применение боевого отравляющего вещества нервно-паралитического действия «Новичок» против Сергея Скрипаля и его дочери Юлии было целенаправленным и умышленным действием.


Как отметил на прошлой неделе в парламенте Кен Кларк (Ken Clarke), тот очевидный факт, что данное вещество — российского происхождения, должен был подать сигнал всем тем, кто помышляет о несогласии с политикой Путина в условиях усиливающихся репрессий внутри России.


Этот сигнал вполне понятен: мы вас выследим, мы вас найдем и мы вас убьем. И хотя мы будем с издевкой отрицать свою вину, весь мир поймет, что это сделала Россия.


В первом публичном выступлении Путина по поводу случившегося в Солсбери присутствовал намек на это. Конечно, он отрицал причастность России, но в то же время осторожно добавил нотку угрозы. «Если бы это было боевое отравляющее вещество, — сказал Путин, — люди, конечно, погибли бы на месте».


Конечно. В конце концов, он уже заявлял на государственном телевидении, что предатели «загнутся», а «эти 30 сребренников колом встанут у них в горле».


Вместе с тем Кремль, привыкший укрощать официальные СМИ, с трудом продвигает свою версию.


Когда 4 марта были отравлены Скрипали и сержант полиции Ник Бейли (Nick Bailey), официальные лица и государственные СМИ говорили разное: что «Новичок» никогда не существовал, что его запасы были уничтожены, что они не были уничтожены, а каким-то таинственным образом их вывезли в другие страны.


Российский посол в Гааге Александр Шульгин заявил телеканалу «Скай Ньюс» (Sky News): «Я никогда не слышал об этой программе, об отравляющем веществе „Новичок". Никогда».


Но когда он появился в эфире RT, память у него внезапно улучшилась, и он сказал, что «Новичок» разрабатывали в Советском Союзе. «В Российской Федерации никогда не было программы под таким кодовым названием, — заявил он. — Однако в советские времена были начаты исследования с целью производства отравляющих веществ нового поколения».


Тем самым посол подставил российское Министерство иностранных дел, чей пресс-секретарь Мария Захарова в тот же день заявила, что ни Россия, ни Советский Союз «Новичок» не создавали.


«Эта программа не осуществлялась ни в России, ни в СССР», — заявила она, а потом бесчестно указала пальцем на Швецию, Чехию, Словакию, Америку и, естественно, на Британию.


Между тем другие официальные лица из России попытались посеять сомнения и подозрения. Российский посол в Лондоне Александр Яковенко задал вопрос о том, почему нет фотографий Скрипалей на больничных койках.


Его коллега в Брюсселе Владимир Чижов обвинил Британию в нарушении «консульских конвенций», потому что российским представителям не удалось посетить Скрипалей.


Ответ этим двум дипломатам настолько очевиден, что я не вижу никакой необходимости в пояснениях.


Сергей и Юлия Скрипаль с 4 марта находятся в коме, как это и случается с пострадавшими от нервно-паралитического газа. Они не могут дать согласие на то, чтобы их фотографировали или посещали. Согласно правилам Национальной службы здравоохранения Британии, больницы предварительно должны получить разрешение от своих пациентов.


И я постараюсь сказать как можно деликатнее: Скрипали вряд ли будут рады посещению российских чиновников.


Российское государство прибегает к своей привычной стратегии, пытаясь скрыть иголку правды в стоге сена лжи и умышленного запутывания.


Но когда я встречался вчера в Брюсселе со своими европейскими коллегами, мне стало понятно, что России не удалось никого одурачить. Почти каждая из стран, представленных за столом переговоров, в той или иной степени пострадала от злокозненных и подрывных действий России. Большинство из них становились мишенями той лживой пропаганды, от которой сегодня страдает Британия.


Вот так Путин ведет себя дома. И вряд ли нам следует ожидать, что за границей он будет вести себя иначе.

Борис Джонсон — министр иностранных дел Великобритании.