Российские власти пытаются определить повестку дня на Западе и с помощью кибер-пространства, и с помощью соцсетей, в которых активны «западники». Дания вполне может стать их целью, говорит Ларс Финдсен, возглавляющий Службу разведки вооруженных сил Дании.

Как раз сейчас над страной нависла кибер-угроза со стороны России.

«Пока мы тут сидим и беседуем, кто-то, вероятно, пытается проникнуть в датские компьютерные сети», — говорит Ларс Финдсен (Lars Findsen), шеф Службы разведки вооруженных сил Дании, ссылаясь на угрозу кибер-атаки.

Мы сидим в штаб-квартире Службы разведки вооруженных сил Дании, которая располагается в красных зданиях на территории старой крепости Кастеллет (Kastellet)

Особую озабоченность вызывают попытки русских оказать воздействие путем использования кибер-пространства, объясняет он.

В оценке угроз, сделанной Службой разведки вооруженных сил в мае 2018 года, говорится, что риск кибер-шпионажа является к тому же еще и «очень высоким». Разведка использует этот оборот для выражения наивысшего уровня при оценке угроз, и здесь речь идет еще о «специфической угрозе», когда «деятельность, причиняющая вред, весьма вероятна».

«И здесь я вполне могу заявить, что русские в этом активны», — говорит Ларс Финдсен.

Что касается других вопросов, то он проявляет осторожность, прежде чем сделать вывод о том, что за этим стоит именно Россия. Но, по словам Ларса Финдсена, совершенно ясно, что Европа и Запад в целом являются целью разнообразных попыток российского воздействия.

«Нас беспокоят нелигитимные кампании воздействия, когда с центрального уровня пытаются оказать влияние на процессы принятия решений и общественное мнение в других странах», — говорит Ларс Финдсен.

«За пределами Дании мы видим, как Россия использует свои связи с людьми, проживающими на Западе, их используют как посредников для продвижения определенных позиций по всей Европе. И мы можем отследить, что это исходит от России», — говорит он.

«Поэтому Служба разведки вооруженных сил проинформировала политические партии и главных редакторов СМИ страны о проблеме, в частности, в связи с будущими выборами в Фолькетинг. Впервые мы сделали это год назад по просьбе министра обороны», — рассказывает Ларс Финдсен.

В воскресенье «Берлингске» (Berlingske) обратила внимание на некоторых из участников дебатов в Дании, настроенных наиболее пророссийски. Пророссийское сообщество довольно пестрое, но самое характерное для него — хорошее отношение к президенту Путину.

Цель — замешательство и скепсис

Из официальной оценки рисков Службы разведки вооруженных сил следует также, что российская разведка стала вести себя более активно.

Аннексия Крымского полуострова на Украине, эскалация вооружений на границах со странами Балтии и на западе России в целом, а также российские хакерские атаки и сдирижированная дезинформация вызвали озабоченность на Западе. То же самое можно сказать и о влиянии на американские президентские выборы в 2016 году и французские президентские выборы в 2017 году.

Berlingske: Есть ли основания думать, что подобное есть и у нас в стране?

Ларс Финдсен: Надо быть готовым к тому, что такое может произойти и в Дании. Мы — служба внешней разведки, и то, что мы узнаем за границей, мы проецируем на Данию. Но я не могу вдаваться в подробности того, что мы конкретно наблюдаем в Дании.

— Вы говорите об угрозе, исходящей от России, но не хотите вдаваться в детали. Разве не следовало бы Вам быть более конкретным, когда Вы критикуете?

— Для службы разведки мы исключительно конкретны, но здесь я абсолютно убежден в том, что мы и обязаны быть такими. Только таким образом мы можем получить знания, необходимые для того, чтобы принимать наши меры предосторожности в отношении кибер-угрозы, фальшивых новостей и кампаний дезинформации.

Три примера российского воздействия

Запланированные и длительные кампании с целью оказания воздействия: здесь речь идет о кампаниях воздействия для продвижения политической цели. Ларс Финдсен говорит, что российское воздействие на американские выборы стало тем, что «открыло глаза». В феврале 2018 года 13 российских граждан осудили за то, что они вели пропагандистскую кампанию против США вплоть до президентских выборов в 2016 году.

Целью, якобы, было повлиять на избирателей, чтобы они голосовали за Дональда Трампа. Если верить обвинению, они, например, пытались изменить позицию избирателей с помощью фальшивых американских профилей в Facebook и Twitter и утверждали, что говорят от имени движения Блэк Лайвз Мэттер (Black Lives Matter) (международное движение активистов, выступающих против насилия в отношении чернокожего населения — прим.ред.) и Республиканской партии.

Все 13 осужденных были связаны с организацией «Интернет Рисеч Эйдженси» (Internet Research Agency, Агентство интернет-исследований). В приговоре утверждалось, что их ежемесячный бюджет составлял до 7,5 миллиона датских крон. Российские власти обвинения отвергают.

Быстрые кампании воздействия: подобная форма оказания влияния возникает в каждом конкретном случае как реакция на конкретное событие, которое хотят преподнести в определенном свете. Ларс Финдсен называет в качестве примера сбитый малазийский пассажирский самолет MH17. Самолет, на борту которого находились почти 300 человек, был сбит, когда летел над Восточной Украиной, недалеко от российской границы.

Расследования показали, что самолет был сбит ракетой сепаратистов.

Ларс Финдсен говорит о том, что параллельно с этим российской стороной велась кампания с целью исказить картину:

«Создаются конкурирующие нарративы, так что становится неясным, что правильно, а что нет. Фальшивые новости также подрывают устоявшиеся потоки новостей и создают общее замешательство и скепсис».

Кибер-шпионаж/кибер-атаки: риск кибер-шпионажа в Дании оценивается как «очень высокий», «кибер-шпионаж представляет собой для Дании угрозу в области политики безопасности и социально-экономическую угрозу».

Продолжаются, например, попытки кибер-шпионажа в отношении Министерства иностранных дел и датских фирм. Поддерживаемые государством хакерские группы обратили, например, в 2017 году внимание на субподрядчиков и получили удаленный доступ непосредственно в клиентские сети, где они могли воровать информацию.

Это вовсе не означает, что этот доступ активно используется сейчас, но «если в один прекрасный день возникнет конфликт, тогда они уже будут знать, куда надо ударить, чтобы вывести что-то из строя и парализовать общество», — говорит Ларс Финдсен.

«Россия использует существенные силы для продвижения своих интересов на Западе и использует в этих целях также и кибер-атаки», — пишет Центр кибер-безопасности в своей оценке угроз.

Сегодня Россия использует так называемые кампании воздействия для того, чтобы вызвать «недоверие к западным политикам, властям и тем, кто определяет общественное мнение, и для того, чтобы посеять сомнения в правдивости западных СМИ», как Служба разведки сформулировала это в оценке угроз в 2017 году.

Ларс Финдсен приводит такой пример: когда пассажирский самолет MH17 был сбит над Украиной в 2014 году, за этим последовала российская информационная кампания, объясняет он.

«Подобное может использоваться для создания общего замешательства и вызвать скепсис по отношению ко всем СМИ».

Но, например, для России может быть актуально усиление критических настроений по отношению к истеблишменту, объясняет Ларс Финдсен.

«Для России интересно работать с такими течениями, придавать им необходимые импульсы и делать их значительнее, чем они есть на самом деле. Они могут это делать с помощью социальных медиа, но они также могут делать это, выявляя лиц, принимающих участие в западных дебатах, сторонников определенных точек зрения, а потом поддерживая их прямо или косвенно разными способами», — говорит Ларс Финдсен:

«На своего противника можно воздействовать, заставляя граждан ставить под сомнения институты страны, подрывая их легитимность и делая так, чтобы все немного начинало в каком-то смысле расползаться по швам, а это уменьшает сплоченность страны. Учитывая, что русские привыкли играть нулевыми суммами, это вещи, которые укрепляют позиции России».

Дания — интересная цель

Может показаться странным, что такое маленькое, гомогенное общество, как датское, вообще может представлять какой-то интерес для России.

Ларс Финдсен указывает на то, что Дания может, с российской точки зрения, представлять интерес, потому что мы действуем в тех же фарватерах, что и Россия, да и в Арктике наши интересы пересекаются. А еще Дания — страна на севере Европы, которая входит и в ЕС, и в НАТО.

Служба разведки вооруженных сил продолжает усиливать свою разведывательную работу:

«В действительности Дания — довольно крепкое общество. Но совершенно очевидно также, что мы, как и любое западное общество, весьма уязвимы перед лицом таких явлений».

Поскольку Ларс Финдсен не хочет быть конкретным в вопросе о возможных кампаниях воздействия на датской земле, он рассказывает о ситуации, иллюстрирующей кибер-угрозу, когда иностранное государство сканировало «датскую инфраструктуру». Возможно, это была подготовка к кибер-атаке. Углубляться он не хочет.

— Мы видели попытки нанесения на карту объектов датской инфраструктуры.

— Со стороны России?

— Я не могу вдаваться в подробности. Но мы видим, что русские занимаются подобными вещами в других странах.