Надежды на активное сотрудничество с Китаем в сфере транзита так и останутся очередным нереализованным проектом для стран Балтии. Почему? С одной стороны, Пекин уже не так заинтересован портовой отраслью балтийских республик, с другой — усиливающиеся антикитайские настроения в Литве, Латвии и Эстонии ставят крест на позитивном развитии отношений.

На протяжении последних пяти лет страны Балтии, особенно Литва и Латвия, вынашивали большие планы по расширенному экономическому сотрудничеству с Китаем. Это желание главным образом появилось после резкого ухудшения отношений с Россией в 2014 году, введения санкций и ответного решения российских властей о продуктовом эмбарго для западных стран.

В случае Литвы политическая конфронтация, которая переросла в сворачивание расширенных торговых связей, обернулась многомиллионными потерями для отечественных экспортеров молока, мяса, да и всех продуктов литовского происхождения в целом. Латвия и Эстония столкнулись с аналогичными проблемами, но к ним добавился еще и массированный отток российских грузов — прежде всего, нефтепродуктов — из портов в Риге, Вентспилсе и Таллине.

Балтийские республики до сих пор не могут заделать эту «брешь» в своих доходах, кризис продолжается, грузооборот падает. Поэтому в лице Китая с его огромным рынком, ведущей экономикой, тысячами контейнерных поездов, масштабными проектами «Новый шелковый путь» и «Один пояс — один путь» балтийские государства видели источник новых возможностей для развития собственной экономики.

Заложники трендов

Тем не менее в итоге отношения не задались. Учитывая набирающие популярность в Европе антикитайские тренды, обусловленные новым витком противостояния Китайской Народной Республики (КНР) с США, позицию либеральной прессы, а также десятков неправительственных организаций — не задались. Хотя формально эти неправительственные организации всего лишь пестовали, как утверждается, ценности классической демократии, американского капитализма и «прав человека». Причем почему-то многие из этих структур, названия которых мы опустим, финансируются из фондов Джорджа Сороса.

В странах Балтии также резко усилились силы, препятствующие сотрудничеству и реализации совместных проектов с Китаем. Это давление чувствуется на политическом уровне, но сказывается в первую очередь на бизнесе.

Если говорить о Литве, то здесь были сильны позиции так называемой прокитайской партии в лице левоцентристских сил, которую неофициально возглавляет премьер-министр Саулюс Сквернялис, перенявший эту эстафету у своего предшественника — соцдема Альгирдаса Буткявичюса.

Однако сейчас маятник качнулся вправо, поэтому в политических кругах стала превалировать антикитайская повестка. Ее, как правило, стремятся перевести в плоскость разговоров о нацбезопасности, а поддерживают этот «нарратив» об угрозах с востока проконсервативные силы, к которым присоединился и новый президент Гитанас Науседа.

Он, например, видит угрозу в потенциальных китайских инвестициях в инфраструктуру Клайпедского государственного морского порта. При этом сами китайцы пока и не стремятся туда вкладывать деньги. В декабре 2018 года стороны ограничились подписанием меморандума о возможном участии крупной китайской корпорации China Merchants Group в строительстве глубоководного аванпорта в Клайпеде, но все это лишь намерения, которые витают в воздухе. О подобных «намерениях» инвестировать со стороны упомянутой компании говорится как минимум с 2015 года, а воз и ныне там.

Корень проблемы

Положение усугубляет и то, что Китай очень ревниво относится к периодическим посягательствам властей балтийских республик на суверенитет своего государства. Здесь речь идет о Тибете и Далай-ламе, поскольку лидеры Литвы, Латвии и Эстонии в свое время оказывали все почести этому главе непризнанного государства.

В свою очередь официальный Пекин не раз давал понять, что все подобные контакты скажутся на двусторонних отношениях. В частности, в 2013 году, когда бывший президент Даля Грибаускайте встретилась с Далай-ламой в своей резиденции, руководство КНР дало распоряжение на два года заморозить все переговоры и работу по совместным проектам с Литвой.

После двух лет ожиданий и попыток Литвы возобновить сотрудничество Поднебесная сменила гнев на милость, но в конце августа 2019 года в Вильнюсе вновь произошел неприятный инцидент, когда ряд депутатов Сейма и еще сотня сторонников вышли на площадь в поддержку протестующих против Пекина в Гонконге.

Во время манифестации с литовской группой схлестнулись китайцы, пришедшие отстоять свою точку зрения в этом вопросе, а чуть позже МИД Литвы осудил из-за этого посольство Китая, посчитав, что аккредитованные в Литве китайские дипломаты мешали проведению мирной прогонконгской акции. В посольстве и внешнеполитическом ведомстве КНР поспешили ответить литовским коллегам, что Пекин не будет игнорировать тех, кто «очерняет китайское правительство».

Очевидно, все это вновь обернется сворачиванием всех позитивных литовско-китайских инициатив, которые с большим трудом были достигнуты ранее.

В конечном итоге, даже в случае возможной разрядки, Китай перестанет рассматривать Литву, Латвию и Эстонию как партнеров, так как политика этих стран стала зависимой от политической конъюнктуры, которая регулярно меняется.

Пекин же, как известно, предпочитает шахматные партии, оценивает все риски и строит планы по тем или иным проектам не на годы, а на десятилетия вперед.

«Говоря о проекте „Один пояс, один путь", китайцы ориентируются и просчитывают все на 50 лет вперед, они развивают его для того, чтобы на нем зарабатывали уже их внуки, поэтому каждая составляющая, гарантирующая стабильность и долгосрочность, для них важна», — рассказал по итогам визита в Китай международный обозреватель Андрей Татарчук, специализирующийся на вопросах логистики и транспорта.

Грузы идут в Россию

Справедливости ради стоит отметить, что еще до нового витка напряжения Литва и Латвия конкурировали за китайский транзит, а это опять же лишь оттолкнуло Пекин от намерений инвестировать и везти грузы на эти страны, так как КНР воспринимает их как единый регион, то есть комплексно.

Если бы Вильнюс и Рига смогли переступить через амбиции, корыстные желания быстро заработать, а скооперировались во имя общей цели, то, возможно, что все было бы по-другому, и мы бы уже сегодня видели десятки китайских поездов, идущих в порты двух стран, но этого не случилось.

Очевидно, что единство двух республик присутствует лишь на словах, но когда речь идет об экономике и более сложных значимых проектах, то здесь, к сожалению, никто не хочет уступать. Китай это видит, поэтому ориентируется на других партнеров — Россию и Белоруссию, которые уже завязали на себе почти все грузопотоки.

Китай постоянно увеличивает число рейсов контейнерных поездов, которые идут в Европу, поэтому основной пункт перевалки Брест-Малашевичи (Белоруссия-Польша) уже не справляется с нагрузками. Планируется, что в 2020 году количество составов возрастет до 5 тыс. в год. Если Литва претендовала на грузы, которые должны были пойти на Клайпедский порт из китайско-белорусского индустриального парка «Великий камень», то Рижский свободный порт уже подсчитывал потенциальную прибыль от поездов, идущих с территории континентального Китая — через Казахстан и Россию.

Тем не менее весь рабочий процесс сейчас приостановлен. По состоянию на сегодняшний день, в Латвию пришли только три поезда из Китая, причем перерыв в рейсах насчитывает почти десятилетие. Первый поезд прибыл весной 2008 года, второй — лишь в ноябре 2016 года, а третий — в октябре 2017 года, да и то это было чисто репрезентативное действо.

В качестве живого примера можно привести курьезный случай, о котором не все знают. В 2016 году, когда в Ригу приезжал премьер Госсовета Китая Ли Кэцян — тогда была встреча «формата 16+1» (формат сотрудничества КНР и стран Центральной и Восточной Европы — прим. автора), сюда пригнали поезд из китайского порта Иу, что находится на Дальнем Востоке. Этот поезд с различными грузами, где большую часть составила сантехника и елочные игрушки, должны были направить на Гетеборг с Рижского контейнерного терминала, так как это очень выгодно, дешево и значительно экономит время.

Казалось, китайцы восприняли эту новость с воодушевлением, но в итоге поезд постоял, постоял и уехал — его не направили в Рижский порт, а тихонько покатили в сторону России, где он развернулся и пошел привычным путем на Брест-Малашевичи и далее по железной дороге на немецкий Дуйсбург.

Аналогичная ситуация произошла в Эстонии, которая в 2018 году ждала один контейнерный поезд из Китая. Последний должен был прийти в порт Палдиски, но прохождение состава заблокировали на российской границе. В странах Балтии вообще забывают о немаловажной роли России в масштабном китайском транспортном проекте, так как именно от политической воли Москвы и прямых договоренностей что литовских, что латвийских, что эстонских властей, министерств, профильных ведомств, госпредприятий и бизнеса зависит успешное транзитное сотрудничество с Китаем.

Такая же ситуация применима к Белоруссии. А мы отлично знаем, что три республики имеют сложности в отношениях с официальными Москвой и Минском. И очевидно, что в ближайшее время это не изменится.

Долго думали и потеряли

Пока в странах Балтии шли споры и дележ шкуры неубитого медведя, китайцы завязали большую часть грузов на российских портах в Северо-Западном округе. За пять лет россияне совершили серьезный рывок в плане развития портовой инфраструктуры и в транспортно-логистической отрасли в целом.

Терминалы в Петербурге, Усть-Луге, новом порту Бронка в перспективе завяжут на себе все новые грузопотоки. Несмотря на прогнозы, эти грузы появились в России на два года раньше, нежели планировалось. В 2017 году об этом еще не говорилось, латыши и литовцы тоже не думали, что события будут развиваться так стремительно. А теперь прибалты проигрывают.

Кроме этого, разумеется, нельзя не учитывать политический момент — Китай дает свои грузы и готов к углубленному сотрудничеству только со стабильными партнерами, которых он видит в лице России и Белоруссии. А страны Балтии Пекин не воспринимает как независимые и суверенные, поскольку работа их бизнеса, гособъектов и руководства государств в целом сильно зависит от политической конъюнктуры и влияния извне — в первую очередь со стороны ЕС и косвенно со стороны Штатов. Китай же такое не приемлет.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.