В следующем году (если повезет, то еще до летних отпусков) мы получим первое решение международного суда по делу «Украина против России» по аннексии Крыма. Первым к финишу приходит Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ), и это не удивительно, ведь туда украинское правительство обратилось еще в марте 2014 года.

В среду состоялось первое и единственное открытое слушание по этому делу. Все остальное общение с судом — письменное. «Европейская правда» следила за дебатами в Страсбурге и собрала данные также и о том, что именно письменно подавали в Страсбург Киев и Москва. Эти объяснения порой были неожиданными (спойлер: россияне пытались «продать» судьям истории про «путч» и «фашизм в Украине»).

В известной степени можно спрогнозировать также варианты решения суда (спойлер: Украина вряд ли проиграет, но масштаб нашей победы — под вопросом). Именно этому посвящена наша статья.

Суд не об аннексии

Заявление о том, что Россия захватила контроль над Крымом и массово нарушает права человека на полуострове, Украина подала в ЕСПЧ еще 13 марта 2014 года — до того, как на полуострове произошел так называемый «референдум», а в лексикон украинцев вошли фразы «незаконная аннексия» и «оккупирован Крым».

Уже тогда у Киева были основания утверждать, что Москва готовится расчленить Украину. В правительстве прекрасно понимали, что утратили контроль над органами власти на полуострове, и зафиксировали это юридически. После этого иск Украины несколько раз дополнялся, обновлялся, менялся — ведь оккупация продолжалась, и нарушений становилось все больше.

Не стоит питать нереальных надежд — ни одно отдельное решение суда не заставит Россию отменить аннексию.

Но без судебных решений этого точно не получится сделать.

Чтобы вернуть полуостров, нужно очень длительное давление — санкционное, экономическое, политическое и т.п. И на этом пути каждый вывод международного суда имеет значение.

Формально наша жалоба против РФ не касается аннексии как таковой: суд в Страсбурге не имеет полномочий рассматривать территориальные дела. Украина заявила о нарушении россиянами полутора десятков статей Европейской конвенции по правам человека, включая право на жизнь, пытки, внесудебные наказания и т.п. Это — очень много. Автор этих строк не помнит дел с подобным заявленным количеством нарушений.

Однако косвенно, даже официально не рассматривая этот вопрос, ЕСПЧ может признать и незаконность аннексии. А главное — то, что он должен определить дату, с которой Украина утратила контроль над полуостровом. По крайней мере, Украина на это очень рассчитывает.

Согласно практике ЕСПЧ, с даты слушаний до даты публикации решения проходит около года; украинские юристы не исключают, что может быть и немного быстрее. Но в 2020 году ЕСПЧ вынесет только решение о приемлемости дела. Ведь Россия сейчас настаивает, что Страсбург вообще не имеет права рассматривать жалобы Украины по Крыму.

А решение по существу, а также присуждение компенсации — это следующий этап.

Да, международные процессы — дело долгое. Тем более, когда Москва делает все возможное для затягивания процесса. И тем более — когда у правительства РФ есть тут шкурный интерес.

Юристы и откаты

Отдельная тема — это то, как россияне пытаются «залить Страсбург деньгами». По крайней мере, на бумаге.

Международные судебные процессы — вещь довольно дорогая, но то, как на нее тратит средства РФ, заслуживает отдельного внимания. Ведь мудрость бюрократа говорит: там, где крутятся большие деньги, вполне возможно заложить и большие откаты. И есть все основания предполагать, что в российском Минюсте знают это правило не только в теории.

Только в 2014-16 годах бюджет РФ, по официальным данным тамошнего Минюста, выделил на оплату сторонних юристов для тяжбы с Украиной в ЕСПЧ 489 млн рублей (порядка $10 млн по средневзвешенному курсу), как обнаружил «Дождь» в данных госзакупок. Данные об оплате в 2017-19 годах уже не обнародуются, но работы в последние годы стало значительно больше, ведь именно тогда происходил основной обмен документами.

При этом, как рассказывают источники ЕвроПравды, которые видели российские представления в ЕСПЧ в первые годы рассмотрения дела, в Москве даже о качестве не слишком заботились («документы были написаны на английском в стиле «МГИМО финишд», шутит собеседник). В последние годы качество коммуникации существенно улучшилась.

Показательный пример: на слушания в Страсбург в составе российской делегации поехали аж 14 человек, в том числе представители Генштаба и Следкома, хотя регламент предусматривал выступления только двух человек, а аккредитованные военные в зале заседаний так и не появились… Хотя здесь нечему удивляться, ведь Страсбург — замечательный город, если посещать его за государственный счет.

Читатель может спросить, а какое же дело Украине до того, как и в каких объемах разворовывают средства на юридическое сопровождение? На самом деле, это имеет значение и для нашей страны. Когда суд превращается в доение бюджета, то качество юридической части непременно падает. А значит, Киеву это безусловно выгодно.

Фашисты-правозащитники

О том, каким было качество российских аргументов на слушаниях, «Европейская правда» уже сообщала в новостях.

Значительная часть доводов, представленных РФ, повторяла нарративы российских телеканалов. В Украине в 2014 году произошел военный переворот, который привел к власти фашистов, с серьезным выражением лица объяснял нанятый россиянами британский адвокат. А значит, доказывал он, отделение Крыма от Украины не было отделением от демократического суверенного государства.

Сложно представить, чтобы судьям ЕСПЧ эти аргументы показались убедительными, но Россия выбрала именно такую ​​стратегию защиты.

Но самым абсурдным оказалось даже не это.

Журналисты, приехавшие в Страсбург, имели возможность прочесть письменные замечания РФ к украинской жалобе, которые Москва направила суду. Россияне решили опубликовать их в близком к Минюсту издании «Бюллетень ЕСПЧ», который раздали представителям СМИ.

Около десятой части этих объяснений (а это действительно немало) было посвящено тому, чтобы доказать, что позицию Украины по Крыму формируют не только «фашисты», но и западные государства, прежде всего США.

Российские юристы подробно перечислили американские фонды, имеющие программы поддержки правозащитников на территории бывшего СССР. Не забыли и о финансируемом Джорджем Соросом фонде «Відродження», подчеркнув, что «Сорос действует явно враждебно по отношению к властям РФ».

Среди украинских правозащитников россияне выделили двоих — вероятно, самых опасных. Бывшего главу УХСПЧ, а теперь судью Верховного суда Аркадия Бущенко упомянули девять раз — он получал американские гранты, а значит, по мнению российского Минюста, выполнял спецзадание.

Правозащитница Мария Томак на втором месте по упоминаниям — шесть раз, но дважды — в особо опасном, по мнению РФ, контексте. Она «ранее работала за вознаграждение адвокатом НАТО», рассказали россияне судьям ЕСПЧ. «Примечательно, что ранее она также работала в фонде „Демократические инициативы“, основанном, чтобы способствовать вступлению Украины в НАТО — а значит, в таком, который является рупором НАТО», — говорится в документах, поданных Москвой в Страсбург.

Уровень аргументов РФ действительно впечатляет. Тем более, когда Москва пытается убедить ими Совет Европы — организацию, которая сама тратит немалые деньги на поддержку правозащитников. Однако в российской реальности это выглядит иначе. Приведя кучу страниц довольно банальной информации о работе правозащитников, ориентированной на Крым, Минюст РФ делает вывод: это все — большой западный план, направленный на дискредитацию России, а значит, все данные правозащитных организаций о нарушениях прав человека в Крыму нужно игнорировать.

Сложно сказать, искренне ли в Москве уверены, что представили в ЕСПЧ неопровержимые объяснения, или же проблема в уже упомянутом отмывании денег, но факт остается фактом: качество позиции РФ — очень низкое. И для Украины это — только плюс.

«Их там нет»

Высшая цель украинского иска в ЕСПЧ — юридически доказать, что оккупация Крыма началась 27 февраля 2014 года — в день, когда российский спецназ одновременно захватил Верховный совет Крыма, блокировал оба аэропорта, вокзал, воинские части, перекрыл Чонгар.

Получив юридическое признание этого факта на уровне международного суда, мы упростили бы себе много дальнейших судебных процессов.

Именно этому доказыванию была посвящена большая часть выступления адвоката Бена Эммерсона, который защищал украинскую позицию в этом процессе.

«Очевидно, что Россия получила эффективный контроль с 27 февраля (2014 года), когда установила военные блокпосты по Крыму, — объяснял британский юрист. — В тот день российские силы открыто ворвались в Крым по воздуху, морю и по суше. Они блокировали и обездвижили украинские воинские части… в 4 утра российский спецназ штурмовал Верховный совет Крыма, а впоследствии депутатов под дулами оружия привели к зданию парламента».

Это — главные аргументы, на которых основывается жалоба Украины. Однако их… Россия решила просто не комментировать. И это, опять же, должно сыграть на руку украинской стороне.

Примечательно, что Россия признала в Страсбурге, что получила контроль над Крымом с 18 марта 2014 года — то есть за три дня до решения Госдумы о «присоединении» полуострова.

В объяснениях РФ, предоставленных Суду, говорится, что с 18 марта на Крымском полуострове начала действовать система российских органов власти. Каким образом с этого дня украинская власть мгновенно превратилась в российскую, РФ не объясняет.

Интересная деталь: за последний год позиция России по этому поводу изменилась. Еще осенью 2018 года РФ утверждала, что получила контроль над полуостровом 21 марта, с голосованием Госдумы, но весной позицию решили «переиграть». Почему именно 18 марта 2014 года? Прямо Москва этого не объясняет, но известно, что в этот день Путин вместе с самопровозглашёнными руководителями Крыма и Севастополя подписали в Москве договор об объединении.

Прислушается ли Европейский суд по правам человека к этим аргументам? Узнаем из его решения.

Чего ждать?

По той трэш-позиции, которую россияне представили в Страсбурге, сложно представить, что Россия победит на нынешней стадии процесса, убедив суд в том, что украинская жалоба неприемлема.

То ли россияне понимали, что наверняка проигрывают, и не слишком заморачивались, то ли хотели доказать свою позицию, но не смогли — но очень похоже на то, что Украина этот раунд выиграет.

Однако остается вопрос о том, насколько полной будет победа.

Опыт грузин, подавших в суд на Россию после войны 2008 года, подталкивает к осторожности в оценках. Грузинское дело лежит в Страсбурге уже более 10 лет, а Суд еще не определил, с какой даты Россия оккупировала Южную Осетию.

Но в то же время верно то, что наша жалоба подготовлена ​​значительно лучше грузинской, в ней больше доказательств, свидетельств очевидцев и т.п. И если украинская юридическая команда окажется более успешной и сможет доказать начало оккупации в феврале-2014, то это будет действительно полной победой.

Конечно, в решении Страсбургского суда не будет слова «оккупация» — политических оценок от Суда ждать не стоит. Но для победы Киеву достаточно и фразы об «эффективном контроле». Для международников это — полный аналог оккупации. Первое решение суда, признающее этот факт — это очень и очень весомо.

Поэтому остается ждать и надеяться, что в следующем году Украине будет что праздновать после обнародованного решения ЕСПЧ.

Сергей Сидоренко  редактор «Европейской правды», из Страсбурга

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.