Когда чуть более полутора лет назад в России проходили президентские выборы, мало кто в стране беспокоился. Выборы проходили в рутинном режиме, и результаты их были предсказуемы. Владимир Путин без труда получил свой четвертый мандат, одержав убедительную победу и уже в первом туре набрав впечатляющие 77% голосов. Однако уже тогда определенное волнение царило в цитадели российской государственности и власти — Кремле, где звучали обеспокоенные голоса.

Те выборы не сыграли особой роли, а вот выборы 2024 года станут ключевыми. Хотя Путин сейчас президентствует только второй год (из шести, положенных ему по мандату), в Кремле уже собрали лучшие умы, чтобы рассмотреть все варианты, которые могли бы позволить Путину остаться у власти и после 2024 года. По имеющимся данным, Владимир Путин якобы ни в какую не соглашается на пятый мандат, считая это неправильным. Но, судя по нынешней ситуации, политическая элита в России не хочет никаких радикальных перемен, предпочитая, чтобы Путин остался лидером и гарантом стабильности и прочности режима, а также ее собственной неприкосновенности. По словам некоторых аналитиков, даже если Путин захочет уйти на пенсию, кремлевская верхушка и политико-экономическая олигархия, которые он создал, ему этого не позволят. Путин — их защита. Они полагают, что только с ним все будет хорошо. Конечно, Путину не обязательно быть президентом. Вероятно, он, как когда-то Борис Ельцин (напомню, его выбор остановился на Путине после нескольких кандидатов), выберет себе формального наследника. Тем не менее ведутся поиски решения двух задач. Во-первых, каким-то образом нужно сделать так, чтобы Путин остался после ухода с поста президента на некой важной должности, и во-вторых, необходимо гарантировать неизменность созданной за последние 20 лет его власти системы. Неудивительно, что одной из главных фигур, которая отвечает за продление власти Путина, является Вячеслав Володин бывший руководитель аппарата правительства РФ, занимающий сейчас должность председателя Государственной думы.

Конституция как проблема

Периодически появляются идеи, которые российская общественность обсуждает как один из методов «спасения президента Путина». Звучат и очень странные предложения, например, провозгласить Путина царем. Другие предлагают перенять метод, уже опробованный постсоветскими деспотами в Средней Азии, и провести референдум (это же народная инициатива) о возможности предоставления Путину пятого мандата. Также высказывалось предложение изменить Конституцию (предлагалось либо увеличить количество президентских сроков, либо изменить президентскую систему в России на парламентскую, и тогда Путин, заняв кресло премьер-министра, сохранит все свои нынешние полномочия).

Все чаще прорежимные СМИ, а также прокремлевские политики и аналитики заявляют, что «Конституция — это живой организм, который меняется» и что «Конституция не Святое Писание, которое не подвержено изменениям». Ясно, что что-то происходит, и российское общество готовят к возможности коренных изменений Конституции в соответствии с нуждами кремлевской верхушки. Поэтому для Путина чрезвычайно важны парламентские выборы, намеченные на сентябрь 2021 года. При благоприятном для президента раскладе в Думу должны пройти исключительно лояльные к Кремлю депутаты, а антипутинская либеральная оппозиция должна остаться за бортом, ведь она может заблокировать изменения подобного рода. Кроме того, необходимо заручиться формальным большинством в виде двух третей голосов, чтобы провести все необходимые «косметические процедуры». Жестокая расправа над участниками демократическо-либеральных выступлений в Москве в июле и августе 2019 года, накануне местных выборов, стала своего рода показательными учениями. Так власти готовятся подавлять любые антипутинские протесты перед грядущими, очень важными, парламентскими выборами.

Рассматривается также идея предоставить Путину какую-нибудь высокую должность (скажем, председателя Совета безопасности РФ), которая ничего не меняла бы в функционировании режима. Разумеется, звучат и имена потенциальных «наследников». Во-первых, это неизменный Дмитрий Медведев, который один раз уже сохранял для Путина российский «престол», когда с 2008 по 2012 годы являлся президентом. Называют и другие, менее известные общественности, имена, в том числе молодых политиков из второго эшелона, которые неожиданно заявляют о себе и так же неожиданно пропадают. Пример — губернатор Тульской области Алексей Дюмин, нынешний министр промышленности и торговли Денис Мантуров, губернатор Нижегородской области Глеб Никитин и его однофамилец Андрей, губернатор Новгородской области, а также мэр Москвы Сергей Собянин. Этим летом последний отличился, бескомпромиссно расправившись с участниками либерально-демократических протестов. Собянин показал, что умеет защищать режим от каких бы то ни было, пусть и самых благих попыток изменить закостенелые политические структуры. Что ж, вариант с премьерской позицией требует большой работы и радикальных изменений не только в российской Конституции, но и в функционировании самой системы. Кроме того, кремлевской политической и бизнес-элите придется изменить свои привычки, как и широкой общественности.

Есть еще один вариант, который все чаще упоминается в российских СМИ. Он очень привлекателен и может вызвать определенные потрясения на европейской политической карте. Речь идет об объединении России и Белоруссии. Так Путин смог бы стать президентом этого нового государственно-правового образования. Это решило бы проблему. Итак, станет ли Белоруссия новым Крымом?! Придется ли небольшой и незаметной стране, которая находится на периферии европейского востока, пожертвовать своей независимостью ради амбиций Кремля и ради того, чтобы Владимир Путин остался у руля? Насколько это вообще реально, если забыть, что существует формальный договор о Союзном государстве России и Белоруссии, надгосударственном образовании, которое было создано в 1997 году и которое теперь кремлевская команда хочет возродить, чтобы воспользоваться им в полной мере? Конечно, придется спросить у Александра Лукашенко, одного из рекордсменов по протяженности правления среди европейских лидеров, который (не будем забывать) в свое время мечтал (вместе с российскими коммунистическими консервативными силами) встать во главе Союзного государства. Теперь Лукашенко, разумеется, в сомнениях: пристроить Путина, конечно, нужно, но где же место самому белорусскому президенту?!

Решения Европейского Союза

Россия задействовала свое влияние и расширила присутствие в Белоруссии, опасаясь, чтобы и это государство, как Украина с Грузией, не перешло в лагерь первейших российских архиврагов — НАТО и ЕС. Россия подобного уже не перенесла бы. Пока Белоруссия остается под российской пятой. Напомню, что Русская православная церковь в Минске провела свой Синод, на котором осудила Константинопольскую патриархию за решение предоставить Православной церкви Украины автокефалию. Тем самым РПЦ дала понять, что в Белоруссии нет подобных тенденций, и подтвердила, что эта десятимиллионная страна, которая будто застряла в 80-х годах ХХ века, все еще входит в зону российского влияния. Белоруссия находится далеко, и она изолирована от многих европейских тенденций, а Александр Лукашенко (Батька) руководит страной твердой рукой точно так же, как когда-то руководил колхозом.

Что что-то происходит, ощутили и в Брюсселе, который в последнее время отказался от многих карательных мер в отношении Белоруссии, «последней диктатуры в Европе», как ее зачастую называют. ЕС принял множество послабляющих мер, в том числе упростил получение шенгенских виз гражданам Белоруссии и стипендий на обучение в европейских университетах белорусской молодежи. Кроме того, Белоруссии предоставлено множество преимуществ в области торговли и инвестиций.

Действительно ли Брюссель что-то почуял и теперь хочет расстроить «кремлевские планы» или попросту дует на воду, обжегшись на молоке, мы увидим позже. Но так или иначе понятно, что что-то происходит. Об этом свидетельствуют и прокремлевские российские СМИ. Там все чаще говорят, что пришло время поднять российско-белорусский союз на некий новый, более высокий, завершающий уровень. И этот уровень может быть только тот, который обычно называют «крымским». Напомню, что украинский полуостров Крым Россия аннексировала после общенационального референдума, который проводился под надзором российских военнослужащих в марте 2014 года. Россия привыкла ссылаться на этот референдум, оправдывая присоединение Крыма. Так насколько же Белоруссия далека или близка к такому развитию событий? И неужели кремлевские стратеги настолько отчаялись, чтобы не видеть никакого другого способа оставить Путина у власти, как только снова прибегнуть к очень щекотливому, спорному и противоречивому решению?

Бывший советник Путина (он по-прежнему сохранил хорошие связи в Кремле) Андрей Илларионов утверждает, что «новая аннексия» не стала бы сюрпризом, ведь «Белоруссия ничем не защищена и находится в большей опасности, чем Украина». Правда, Путин заявил, что «в 2024 году официального объединения не будет», но за ближайшие четыре года все может измениться. Вообще, Белоруссия участвует во всех интеграционных проектах на постсоветском пространстве, координируемых Москвой: в Таможенном союзе, Евразийском экономическом союзе и военном блоке ОДКБ, который объединил несколько государств бывшего СССР, своего рода российском Содружестве наций. Кроме того, Белоруссия входит в уже упомянутое Союзное государство с Россией. По словам Илларионова, у России есть разные средства, чтобы удержать Белоруссию под своим контролем. Кроме того, Лукашенко, который стоит у руля страны с 1994 года, полностью обезглавил всю оппозицию и обеспечивает тот социальный минимум, который не дает распространяться выступлениям подобного типа. В интервью «Вельт» Илларионов заявил, что единственным барьером на пути к «поглощению» Белоруссии является сам Александр Лукашенко. По мнению Илларионова, все — в руках Лукашенко, и если его не будет, то в Белоруссии не останется никого, кто мог бы руководить. На протяжении 25 лет народ Белоруссии идет за одним человеком, у которого нет наследника, как отметил Илларионов. Правда, похоже, Лукашенко готовит себе в наследники сына Николая, которому сейчас 15 лет, и к моменту истечения мандата Путина он будет совершеннолетним и формально сможет занять место отца. Лукашенко также готовит место для своего младшего сына, но как на молодого престолонаследника смотрят россияне, неизвестно. В государстве Лукашенко не существует эффективного гражданского общества, оппозиционной партии и парламента. 90% граждан говорят только на русском языке и являются прихожанами РПЦ. Подавляющее большинство населения позитивно относится к России и ориентируется на Москву. Кроме того, в Белоруссии не сформирована ни патриотически настроенная бюрократия, ни прочная интеллектуально-патриотическая база.

Гражданские права

Лукашенко несколько раз заявлял, что не собирается поднимать Союзное государство на новый уровень, который подорвет его личные позиции. Тем не менее Лукашенко очень зависим от Москвы и понимает, что его государство пронизано российскими агентами и сторонниками Москвы. Поэтому Лукашенко должен вести себя осторожно, ведь россияне не допустят никаких экзерсисов в его политике, никаких белорусских «майданов» или переориентации Белоруссии на НАТО и Евросоюз, в особенности после Украины. Кремль ведет себя очень осторожно. Украина была последней каплей в чаше терпения России. Александр Лукашенко снова «попробует себя» на выборах в 2020 году. Конечно, он боится Москвы, так как зависит от нее. Недавно Лукашенко даже потребовал отозвать российского посла Михаила Бабича. Некоторые российские СМИ объяснили это тем, что Лукашенко опасается попытки дворцового переворота. Как бы там ни было, российские СМИ все же прогнозируют на 2021 год еще большую интеграцию рынка, энергетической и транспортной системы, а также налоговой и финансовой систем. Плюс ведутся разговоры о совместных мерах в области «гражданских прав» и о возможности создания общего Верховного суда, хотя многие в этом сомневаются. Лукашенко то заявляет, что не заинтересован в объединении, то недавно на встрече с Андреем Никитиным, которого считают одним из возможных преемников Путина, президент Белоруссии заявил, что для Белоруссии Россия — больше, чем государство. «Это и наша Россия тоже. Россия — это идеология, которую из меня не выбить», — сказал Лукашенко. Но как бы там ни было, что бы ни говорил Александр Лукашенко, скорее всего, он плохо спит с тех пор, как узнал, что в Москве очень серьезно рассматривают вариант, при котором Путин станет президентом единого российско-белорусского государства. Так что, как сказал Андрей Илларионов, «Лукашенко может уйти в лес за грибами и не вернуться».

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.