Российское чиновничество можно сравнить с кучей железных опилок. Так же, как опилки выстраиваются вдоль силовых линий магнита, так и российские аппаратчики выстраиваются по линиям магнита под названием «власть», не дожидаясь никаких указаний. Они угадывают, чего от них ожидают. В результате возникает иллюзия впечатляющего единства — во всяком случае пока магнит только один. Но что делать, если магнитов несколько?

Это проблема, с которой Владимир Путин борется уже несколько десятилетий. С тех пор, как 1 января 2000 года он стал преемником президента Бориса Ельцина, он консолидировал российское государство, четко его организовал, укрепил так называемую «властную вертикаль». Это всегда означало одно: концентрировать власть в Кремле и обезвреживать конкурирующие центры власти. Должно было существовать только одно магнитное поле, по которому выстраиваются железные опилки.

Но иногда этот принцип упирался в свои собственные границы. Так было в 2008 году, когда Путин пришлось на четыре года покинуть Кремль, следуя букве конституции, которая не позволяла занимать пост президента более двух раз. Он уступил президентское кресло самому лояльному из своих подопечных, Дмитрию Медведеву, а сам взял на себя пост премьер-министра и на всякий случай еще и руководство кремлевской партией «Единая Россия». Несмотря на эти меры предосторожности, смятение в рядах российского чиновничества было нешуточным. Да и сам Путин насторожился. Со временем у него возникло подозрение, что Медведев стал не в меру самоуверенным. В 2012 году Путин вернулся в Кремль, чтобы взять бразды правления в свои руки.

Больше нет желания заниматься мелочами

Сейчас возникает та же проблема, что и в 2008 году, потому что в 2024 году истекает его четвертый срок на посту президента. Но нельзя два раза войти в одну и ту же реку, ибо ситуация сегодня отличается от тогдашней. У Путина нет желания на посту премьер-министра опять заниматься нудными мелочами экономической политики. Он ведь давно живет в других сферах, занимается внешней политикой. И он уже не тот молодой политик, который может пропустить один срок, сохраняя Кремль в поле зрения. Возвращение его туда в возрасте 78 лет в 2030 году трудно себе представить. Путин от этой идеи отказался.

Поэтому для него было бы логично так переделать конституцию России, чтобы она обходилась без Путина во главе страны, но в то же время обеспечила бы ему и в дальнейшем влияние и безопасность. Это именно то, на что он претендует и о чем заявил в эту среду. Он говорил о серьезных изменениях в конституции и даже вслух порассуждал о новой конституции (но потом оставил эту мысль). Но в любом случае он считает реформу конституции настолько значительным делом, что хочет вынести ее на референдум.

Как сказал Путин, парламент и высшие суды необходимо укрепить, в частности Дума должна обрести право утверждать кандидатуру премьер-министра и правительство (до сих пор их назначал президент с ее «согласия»). Это означает, что хотя Россия и остается президентской республикой, но теперь ей разрешат быть немного более парламентской. Телекамеры показывали восторженные лица высших чиновников, в то время как Путин держал речь.

Главное — максимальный контроль

Но на самом деле Путин не заявил о реформе конституции, которая преследовала бы ясные цели. Это была просто какая-то мешанина из разных мер. Помимо прочего, речь идет об урезании полномочий регионов и местной администрации — короче говоря, о дальнейшем укреплении «вертикали власти», о максимальном контроле. Госсовет, декоративный орган, состоящий из чиновников высшего ранга и губернаторов, должен получить больше полномочий и быть вписан в конституцию.

Предположение, что Путин видит свое собственное будущее именно в Госсовете, высказывается уже давно, так же как и то, что Путин может выбрать себе и Совет безопасности в качестве нового пристанища.

И вот мы опять оказываемся в ситуации 2008 года. Вместо того чтобы создать проект конституции, которая бы обходилась без Путина во главе, он создает проект, который предоставит ему сразу несколько лазеек для удержания власти в своих руках. И, так же как и в 2008 году, он до последнего момента не хотел открыть секрет, кого он видит своим преемником, так и теперь он будет ждать с этим до последнего момента. Даже не исключено, что это опять будет Медведев. Непопулярный премьер подал в отставку сразу после речи Путина, получив от него неожиданную похвалу и возможность пересесть на вновь созданную должность с совершенно неясными полномочиями.

Все это кажется запутанным даже нам, зарубежным наблюдателям, но еще более запутанным это, вероятно, воспринимается всеми госслужащими, которые должны правильно толковать и угадывать сигналы сверху, чтобы, подобно железным опилкам, выстроиться по-новому. Чтобы избежать нестабильности, Кремль выбрал привычную тактику: максимальную непрозрачность. Общественность, российское общество, не может оказать на переписывание конституции ни малейшего влияния. Россиянам только в конце разрешат проголосовать в ходе плебисцита с известным исходом. Единственное, в чем они могут быть уверены, так это то, что время «транзита власти», как говорят в России, началось.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.