Истинные причины и намерения, которые стоят за конституционной реформой, продвигаемой президентом Владимиром Путиным, всё еще не ясны. Но в период с 15 января, когда российский лидер начал этот процесс, до 10 марта, когда Государственная дума примет проект во втором и решающем чтении, стали очевидны три важных аспекта.

Во-первых, полномочия президента значительно расширятся за счет сокращения полномочий других государственных институтов, а также благодаря дополнительным возможностям оказывать влияние на механизмы функционирования этих институтов. Эти изменения затронут правительство, парламент и судебную систему. У главы государства будет больше возможностей для маневра в случае конфликта законодательной и исполнительной ветвей власти, например, при вотуме недоверия правительству.

Во-вторых, текст конституции будет носить консервативный и реакционный характер: на первое место ставится традиционная семья, упоминается «память предков, передавших нам идеалы и веру в Бога». Очевидно, речь идет о тех предках, что жили больше века назад, учитывая атеистический характер СССР. Кроме того, «не допускается» умаление подвига народа при защите Отечества.

В-третьих, в проекте сказано, что русские являются «государствообразующим народом». Это привело к волнениям среди представителей других этнических общин, и даже муфтий Татарстана раскритиковал эту поправку. Татарстан — одна из республик Российской Федерации, в которой проживают татары.

23 января поправки были рассмотрены в первом чтении. Затем они были проработаны рабочей группой, состоящей из 75 экспертов, назначенных лично Путиным. За это время аспекты, описанные выше, стали еще более явными. То есть, больше полномочий у президента, больше традиционных ценностей и национальный русский фактор в основе всего. По словам председателя Комитета Государственной думы по государственному строительству и законодательству Павла Крашенинникова, для введения поправок необходимо привести их в соответствие полусотне законов. Этот юрист, один из председателей рабочей группы, изначально считал, что нужно будет внести изменения в 35 законов, а также принять один новый, касающийся Государственного совета.

В некоторых случаях конституционные поправки повышают статус норм, которые уже включены в российское законодательство, например, зависимость некоторых министров (иностранных дел, обороны, внутренних дел, безопасности, чрезвычайных ситуаций) от президента, а не от главы правительства, поддержка российских граждан, находящихся за границей, и запрет для высокопоставленных чиновников держать деньги в других странах.

Депутаты с удовлетворением аплодировали Путину, когда он объявил, что роль парламента станет более заметной и что они смогут «утверждать кандидатуру главы правительства». Но зачем им это, если премьер-министр после назначения на должность зависит только от президента и может покинуть свой пост, даже не сообщив об этом Государственной думе?

Путин направлял поправки между первым и вторым чтением проекта конституционной реформы, но в большинстве своем предложения, которые расширяли полномочия главы государства, поступили не от него. Аналитик Марина Озерова внимательно следила за разработкой проекта и заявила: «Теперь становится ясно, зачем президенту нужно было создавать непонятную рабочую группу из представителей общественности, деятелей науки и культуры, депутатов, сенаторов и юристов. Для того чтобы от ее имени внести ко второму чтению поправки, изменяющие систему разделения властей в России. Глава государства как бы ни при чем».

Неудивительно, что политики и аналитики сравнивают новую конституцию с «зашифрованным сообщением» или даже с «комплексным обедом». А у Путина есть дешифратор, позволяющий ему контролировать все действия.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.