Взлет сыроваренного дела Олега Сироты и нынешний переломный момент — это рассказ о двух кризисах.

Господин Сирота делает качественные сыры по европейской рецептуре — пармезан, чеддер, грюйер и так далее — и до недавнего времени распродавал их через сеть фермерских рынков Московского региона. Возможность занять нишу в сфере, о которой раньше нельзя было и мечтать, ему и многим другим предоставилась благодаря остановке европейского импорта продовольствия в Россию из-за санкционной войны, которая длится уже шесть лет.

Но теперь карантин из-за эпидемии коронавируса грозит подорвать его линии снабжения и рассеять работников. Встал вопрос, выживет ли его бизнес как таковой. Вся Москва закрыта по меньшей мере до конца апреля, и жителям даже запрещено покидать дома без специального цифрового пропуска с указанием причины. Покупка сыра таковой не считается.

Для Сироты это нешуточная проблема. «Перестать работать мы не можем, — говорит он. — Коров надо доить каждый день. Если мы начнем выбрасывать молоко, скоро обанкротимся. Вскоре обанкротятся и наши партнеры, а квалифицированные работники останутся без работы. Пропадет все, что мы построили».

На малые предприятия вроде бизнеса Сироты, где работает менее 200 человек, приходится менее 20% российской экономики, хотя в последние годы они растут и расширяются по всей стране. Само их существование кажется чудом, поскольку в советское время любая форма частного предпринимательства была вне закона, и большинству бизнесменов приходится несладко даже в лучшие времена. Из препон, с которыми они сталкиваются, следует отметить бюрократизм, коррупцию, бесконечную волокиту и настороженное отношение общественности — сказывается тяжелое наследие советских предрассудков. Некоторые говорят, что сейчас оказались на грани выживания.

«Ситуация в нашей сфере катастрофическая, — говорит Дмитрий Несветов, его организация „Опора [России]" представляет интересы малого бизнеса. — У многих наших членов падение спроса почти полное. Если мы не получим весомой поддержки, многие потеряют всё».

Но Сирота — а с ним и другие владельцы малого бизнеса — сдаваться без боя не намерен. Он перевез ключевых сотрудников в подмосковное село, где находится его сыроварня, арендовал им жилье и временно перевел их, как он выразился, на «казарменное» положение. Еще он арендовал парк фургонов, занимается рекламой в социальных сетях и надеется наладить прямые доставки своего товара.

«Более 3 миллионов москвичей разъехались, — говорит он, имея в виду горожан, которые решили переждать кризис на дачах и в загородных коттеджах. — У нас уже до 100 доставок в день, и если мы дойдем до 300, то, думаю, выкрутимся. Я толкнул воодушевляющую речь, заверил сотрудников, что мы победим. Вообще, я надеялся как-то их приободрить. Но теперь я и сам в это поверил».

Предприниматели в кризисе

Пандемия коронавируса в России понемногу набирает обороты: по числу заболевших (47 121 подтвержденных случаев по состоянию на понедельник) она по-прежнему значительно отстает от многих европейских стран, а тем более от США, однако сильнее всего пострадала Москва, основной экономический и транспортный центр страны. После периода самообольщения Владимир Путин ввел по всей стране режим самоизоляции, продлил его до 30 апреля и делегировал дальнейшие меры группе технократов из правительства.

Многие из их инициатив приняли на ура — особенно интенсивные консультации с бизнес-сообществом и обещанные налоговые отсрочки, банковские кредиты с нулевой процентной ставкой и льготы по аренде для компаний, попавших в затруднительное положение. Но пока что реальную помощь получили немногие. Это может быть связано с тем, что российские банки неохотно выдают кредиты малому бизнесу.

Бóльшую часть тяжелой и неблагодарной работы Путин возложил на рабочую группу по коронавирусу. Сам он ограничился парой обнадеживающих бесед у камина и онлайн-конференциями с чиновниками. Но при этом предпринял шаги, которые могут иметь далеко идущие последствия. Один из них — ослабить жесткую централизацию и расширить полномочия губернаторов для борьбы с эпидемией на местах. Другой — это указание о том, что с 15 апреля правительство должно уделять особое внимание выживанию малого бизнеса, вплоть до прямых субсидий в размере 162 доллара (минимальная заработная плата) за каждого работника в месяц тем компаниям, которые сохранят не менее 90% штата.

Российские предприниматели — народ живучий, и хотя многие сетуют, что бизнес практически встал, а официальной поддержки не хватает, значительное число других не унывает и верит, что найдет обходные пути.

Среди них глава московской маркетинговой компании Татьяна Соколова. Недавно она вернулась в родной Торжок в средней полосе России — поучаствовать в развитии его туристического потенциала.

«В гостиничном и ресторанном бизнесе все остановилось. Но у нас долгосрочные отношения с клиентами, и мы рассчитываем, что все наладится, — говорит госпожа Соколова. — Бóльшую часть команды удалось сохранить. Зарплаты пришлось урезать, но я обещала им все возместить. Каждый день мы сталкиваемся с новыми проблемами, но я уверена, что справимся. Люди у нас хорошие».

Некоторые владельцы московских ресторанов пытаются крутиться и организовали доставку готовой еды тысячам медицинских работников, — они работают на «осадном положении», но стало известно, что правительство их кормить не собирается.

Начало сотрудничества?

Некоторые надеются, что кризис принесет с собой перемены — будут извлечены соответствующие уроки, законы и нормативные акты пересмотрят, а отношение властей к бизнесу улучшится.

Михаил Сагирян руководит двумя фитнес-клубами в Подмосковье, и оба пришлось закрыть. Он говорит, что было бы славно получить какие-нибудь гарантии, что помещений он не лишится, — московское правительство к этому уже приступило, — и если кризис не затянется, он рассчитывает выстоять.

«Главное, чтобы правительство позаботилось о простых людях, — говорит он. — Бизнес в списке официальных приоритетов на последнем месте, и так было всегда, но простые люди — важнее всего, это ведь они голосуют, ходят на парады и так далее. Поэтому, если правительство даст людям денег и поддержит порядок и спокойствие, в долгосрочной перспективе это будет полезно и моему бизнесу».

Господин Сагирян говорит, что за последний месяц отношения с местными чиновниками, с которыми ему приходится иметь дело, значительно улучшились. «Они действительно стараются быть полезными. Это как в военное время, когда все должны сплотиться. Если этот дух продержится хотя бы недолго, будет здорово».

Председатель правления Института современного развития (ИНСОР) Игорь Юргенс проблеском надежды в ходе кризиса считает регулярные консультации между правительством и тремя основными бизнес-группами России — это Российский союз промышленников и предпринимателей для большого бизнеса, «Деловая Россия» для среднего и «Опора [России]» для малого.

«Конечно, бизнес получает лишь малую толику того, о чем просит. Некоторым бросили спасательные круги, но в целом ситуация отчаянная, — говорит он. — И все же процесс консультаций работает хорошо. Будет здорово, если это войдет в привычку».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.