После прихода к власти в 1994 году Лукашенко препятствовал передаче предприятий в частные руки. Напротив, он поддерживал крупные предприятия, которые сейчас образуют костяк белорусской экономики. И все их контролирует государство.

«Государство является крупнейшим работодателем, и такого в восточном блоке, кроме Туркменистана, уже не найдешь», — говорит Ян Шир (Jan Šír), специалист по странам на постсоветском пространстве с факультета социальных наук Карлова университета. В белорусском ВВП доля государственных предприятий достигает решающих 70%. Это максимум на всем постсоветском пространстве, опять-таки за исключением Туркменистана.

За 26 лет правления Лукашенко создал систему, в которой при высоком уровне занятости еще и высокий уровень коррупции.

Но, по словам Шира, в Белоруссии в отличие от России или, например, Украины в обществе нет вопиющего неравенства. Там осталась бесплатная медицина и образование. Во многом именно это помогало Лукашенко долгие годы сохранять социальное согласие в обществе.

«Тем не менее эта модель сама по себе неэффективна. Выживать ей позволяет только доступ к дешевым российским энергоносителям и их поставкам по низким, часто внутрироссийским ценам», — добавляет эксперт. Белорусская экономика также медленно реагирует на инновации и не способна показать мощный экономический рост.

Помощь от России

На протяжении многих лет единственным вариантом для Белоруссии оставалось усиление зависимости от Кремля. «Она как наркоман, который получает дешевый наркотик. Экономика привыкает к подобному и в итоге становится более подвержена внешним потрясениям», — отмечает Ян Шир.

Лукашенко, ослабленный массовыми протестами, снова обратился к Москве, но не только с просьбой об экономической помощи. Он несколько раз говорил по телефону с российским президентом Владимиром Путиным и заявил демонстрантам, что в страну могут войти российские войска. Наконец, в среду Кремль заявил белорусскому президенту, что в российском военном вмешательстве нет нужды.

Белоруссия не может отдалиться от Москвы и в экономическом плане. В стране работает 40 крупных государственных предприятий, которые производят продукцию с низкой добавленной стоимостью, такую как, например, тракторы и тягачи, а также карьерную технику. Все это в дальнейшем экспортируется в основном в Россию. Главную роль играют низкие цены, и на других рынках вся эта продукция, вероятно, не выдержала бы конкуренции.

Важно также то, что Минск импортирует из России нефть и, главное, газ, в котором остро нуждается. Так зарабатывают, в первую очередь, белорусские НПЗ, которые перерабатывают российскую нефть. «В Европу экспортируется уже дизельное топливо и бензин», — разъясняет Шир.

С газом все немного иначе. Белоруссия — важная транзитная страна, которая за переправку далее в Европу берет плату. «Но это рискованная модель. Нормальной конкурентной среды нет, да и государство ничто не принуждает к эффективной работе. Поэтому Белоруссия уязвима для внешних потрясений, прежде всего, вызванных Россией», — добавляет Шир.

По его словам, менять эту систему будет очень трудно. «Снизить зависимость от России будет очень трудно и дорого. Трансформация дорого обойдется, а кроме того, может ослабить страну», — разъясняет эксперт и добавляет, что ситуацией могут воспользоваться опять-таки россияне, чтобы усилить свое влияние в стране.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.