Высказывание современного политика на тему событий, разворачивавшихся в XVI веке, редко вызывает в обществе эмоции и провоцирует дискуссии в прессе. Однако так недавно произошло в России, когда Владимир Путин упомянул об одном историческом эпизоде, произошедшем в 1570 году. Сначала на встрече с губернатором Тверской области он выразил сомнения в том, что митрополит Московский Филипп был убит Малютой Скуратовым, а позже повторил тот же тезис в своем выступлении на Восточном экономическом форуме.

Человеку, не живущему в России, может показаться совершенно непонятным, почему его слова стали предметом оживленных дискуссий и полемик в «рунете». Дело в том, что мы имеем дело не просто с размышлениями на историческую тему, а с четким посланием, которое касается идеологического фундамента современного российского режима. Чтобы понять это, следует осознать, насколько Путин искажает историю. Сказать то, что он сказал, все равно, что усомниться в причастности Нерона к преследованию христиан или польской Службы безопасности к убийству священника Ежи Попелушко (Jerzy Popiełuszko).

От Ивана Грозного до Владимира Путина

Неоспоримые исторические факты таковы, что митрополит Филипп был убит по приказу Ивана Грозного в монастыре в Твери Малютой Скуратовым, который стоял во главе окутанной мрачной славой опричнины. Это был кульминационный момент противоборства светской и церковной власти в московском государстве, отчасти напоминавшего борьбу за инвеституру в западном мире. Но если Католическая церковь смогла сохранить независимость от императоров, то Православной это не удалось. Упомянутый митрополит, который протестовал против жестокого правления царя и отказался благословить опричнину, лишился жизни.

Следует добавить, что опричнина играла особую роль во внутренней политике Ивана Грозного. Это была непосредственно подчиняющаяся царю гвардия, которая сеяла ужас в обществе, занималась ликвидацией его противников и подавлением любых проявлений независимости.

Режиссер Павел Лунгин, снявший в 2009 году фильм «Царь» о споре Ивана Грозного с митрополитом Филиппом, считает, что именно тогда зародилась та государственная модель, которая функционирует в России до сих пор. В ее рамках очередные цари, генеральные секретари коммунистической партии или президенты передают друг другу инструменты власти, созданные еще Грозным. Главным из них была опричнина, которая стала предтечей ЧК, НКВД, КГБ и ФСБ, то есть олицетворением преемственности организации, в которой начинал карьеру Путин.

Действующая в России версия истории обеляет как Ивана Грозного, так и Иосифа Сталина, представляя их в образе создателей мощи российского государства. В такой концепции не остается места на преступления этих исторических деятелей. Если о них и вспоминают, то оправдывают соображениями высшей необходимости. Идеалом остается духовно-политическое единство народа, выражением которого выступает союз трона и алтаря, а потому в этой версии истории нет также места на упоминания о преследованиях Церкви со стороны государства. События с ними связанные замалчиваются или, как в случае недавнего высказывания Путина, даже ставятся под сомнение, чтобы не нарушать безупречную картину гармоничного сотрудничества между двумя столпами империи. Выступая во Владивостоке, российский президент с присущей ему непринужденностью заявил, что Малюта Скуратов не находился в момент убийства митрополита Филиппа в Твери, а даже если он там и был, то лишь проезжал мимо.

Новый святой Иосиф?

Российские комментаторы научились считывать поступающие из Кремля сигналы и, даже если они касаются истории, литературы или музыки, сопоставлять их с текущей политической ситуацией. В новых высказываниях они видят знак, что процесс реабилитации Иосифа Сталина будет продолжаться, а очередным его этапом станет замалчивание темы сталинских репрессий в отношении православия.

Уже сейчас у стен Кремля можно встретить людей с иконами, изображающими одетого в белый мундир Сталина в окружении офицеров, которого благословляет возносящаяся над ним Святая троица. Одной из таких икон восторгался лидер партии коммунистов Геннадий Зюганов. На фресках в недавно освященном храме вооруженных сил неподалеку от Москвы преобладают изображения красноармейцев и коммунистические символы.

Цель властей понятна, остается, однако, вопрос, согласится ли русская Православная церковь на такую интерпретацию истории? Признает ли она своего главного преследователя благодетелем? Многие православные уже оправдывают убийства Ивана Грозного, но как далеко зайдет реабилитация Сталина в Церкви, которая стала главной его жертвой?

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.