В пятницу, 1 октября, в своей служебной записке Bank of America (BofA) отметил, что зимой цена на нефть может превысить отметку в 100 долларов за баррель и спровоцировать глобальный экономический кризис, о чем сообщает агентство Bloomberg. BofA указывает на вероятность аномально холодной зимы, повышенный спрос на авиаперевозки и потенциальный переход с газа на нефть в области производства электроэнергии. Он полагает, что эти три фактора могут спровоцировать дальнейший скачок цен на нефть, которые уже выросли на 60% с января текущего года.

Для Японии, Южной Кореи и большей части Европы цены на природный газ уже достигли такого уровня, который существенно превышает цены на нефть в пересчете на баррели. Дальнейший рост может подстегнуть переход от природного газа к нефти для выработки электроэнергии, но только там, где такой обратный переход пока еще возможен. Многие западные страны лишили себя такой возможности из соображений экологического характера: правительства и компании были вынуждены уступить под давлением «зеленого» лобби и инвестиционного сообщества ESG (инвестиции на основе принципов ответственного отношения к окружающей среде, социальной ответственности и качественное корпоративное управление).

Разумеется, это еще один пример тех преждевременных и откровенно нерациональных решений в области энергетики, которые правительства, в том числе правительство Соединенных Штатов, принимали последние несколько лет в попытке ускорить этот «энергетический переход», настаивая на замещении надежных источников электроэнергии высокой плотности, таких как горючие ископаемые и атомная энергия, на такие источники энергии низкой плотности, как ветер, солнце и электрокары с литий-ионными батареями.

Энергетический кризис в Западной Европе летом этого года был вызван преждевременным выводом из эксплуатации сотен электростанций, работавших на угле и природном газе, ради того, чтобы поставить эти страны в чрезмерную зависимость от энергии ветра и — в меньшей степени — энергии солнца. Ирония состоит в том, что этот кризис в Европе разворачивается как раз в тот момент, когда спикер палаты представителей Нэнси Пелоси (Nancy Pelosi) и демократы конгресса стараются провести свой масштабный законопроект на 3,5 миллиарда долларов, который во многом призван воссоздать европейскую модель на территории Соединенных Штатов.

На прошлой неделе Аллисия Финли (Allysia Finley) написала в The Wall Street Journal: «За последнее десятилетие Соединенное Королевство и Европа закрыли сотни угольных электростанций, и в Великобритании таких станций осталось всего две. Летом прошлого года Испания закрыла половину своих угольных станций. Европейские страны потратили триллионы долларов на субсидирование возобновляемых источников энергии, которые в прошлом году впервые в истории обогнали горючие ископаемые по показателю доли в производстве электроэнергии». Однако в этом году с этой стратегией возникли проблемы: в Европе было очень ветреных дней, что заставило правительства, которые все последнее десятилетие старательно закрывали угольные и газовые электростанции, вновь вводить их в эксплуатацию.

Европейские чиновники сначала обратились к более экологически чистому природному газу, и рост спроса на него привел к тому, что экспорт американского СПГ в Европу достиг рекордного уровня, что в свою очередь спровоцировало скачок мировых цен на СПГ. Таким образом, мы наблюдаем последствия массового решения европейских правительств попытаться нарушить законы физики и заменить источники энергии высокой плотности на источники энергии низкой плотности. А теперь они вынуждены иметь дело с неумолимыми законами спроса и предложения.

Положение Европы ухудшилось еще и потому, что Россия отреагировала на ее возросшую потребность в природном газе ограничением собственного экспорта в Европу, что еще сильнее подстегнуло рост цен. Как будто, чтобы проиллюстрировать то отчаянное положение, в которое эти правительства сами себя поставили, их неспособность найти адекватные источники поставок природного газа не оставила им иного выбора, кроме как вновь запустить угольные электростанции. Как отметила Наташа Тюрина (Natasha Tyrina), аналитик в Wood Mackenzie, в своем интервью агентству Bloomberg, проблема заключается в том, что и здесь Россия является единственным потенциальным поставщиком, способным предоставить необходимые объемы угля для того, чтобы грядущей зимой в домах европейцев были свет и тепло.

«Если все европейские коммунальные предприятия перейдут на уголь, это спровоцирует резкий скачок спроса на уголь, и Россия в одиночку не сможет в короткий срок обеспечить этот спрос, — сказала Тюрина. — Для этого потребуются поставки и из других стран, например, из Соединенных Штатов, но там сложилась аналогичная ситуация».

Демократы спешат повторить ошибки Европы

На фоне этого нависшего над Европой энергетического кризиса, во многом спровоцированного решениями политиков, администрация Байдена и демократы конгресса всю минувшую неделю пытались провести свой законопроект о согласовании бюджета, в центре которого оказались социальное обеспечение и пакет законов «Зеленый новый курс» (Green New Deal). Этот масштабный законопроект подразумевает массу новых субсидий на сотни миллиардов долларов, мандаты и меры стимулирования, призванные обеспечить переход к тем самым ненадежным источникам энергии низкой плотности — а также внедрение новых налогов и драконовских мер, призванных резко увеличить стоимость использования горючих ископаемых в области производства электроэнергии и транспортировки.

Лидеры в Вашингтоне вполне могли бы обсуждать подобные перспективы, если бы аккумуляторные батареи, необходимые для того, чтобы хранить энергию низкой плотности, существовали повсеместно. Но, как я уже писал в этом году, хотя прогресс в исследованиях действительно есть, пока у нас нет технологий, которые обеспечивали бы хранение такой энергии в широких масштабах. Еще больше ситуация усугубляется тем, что производители целого ряда важнейших минералов, необходимых для существующих технологий литий-ионных аккумуляторов, которые сейчас используются в ограниченных масштабах для выработки электроэнергии и которыми оснащаются электрокары, плохо представляют себе, как они собираются справляться с резким скачком спроса на свою продукцию, который к 2040 году вырастет на 4000%, согласно прогнозам Международного энергетического агентства.

© AP Photo, Ferdinand Ostrop
Ветровые электростанции в Германии

Между тем глава Международного энергетического агентства Фатих Бироль (Fatih Birol) заявил на прошлой неделе, обращаясь к комитету по вопросам энергетики и окружающей среды Европейского парламента, что «неправильно и несправедливо называть эти высокие цены на энергоресурсы результатом политики перехода на экологически чистые источники энергии. Это ошибка».

Однако это чушь. Несомненно, «политика перехода на экологически чистые источники энергии» стала одной из причин быстрого роста цен на энергоресурсы. Введение каждого нового требования — какие бы благородные мотивы за ним ни стояли — имеет свою цену, а этот «энергетический переход» уже повлек за собой длинную череду новых норм и требований касательно использования горючих ископаемых. Утверждать, что эти действия не влекут никаких последствий и затрат, — попросту абсурд.

Кроме того, в данном случае дело не только в политике перехода на экологически чистые источники энергии. Связанные с ESG требования со стороны инвесторского сообщества, которое ограничивает доступ к капиталу для производителей горючего сырья и требует, чтобы крупные доли капитала направлялись на реализацию «зеленых» инициатив, тоже сыграли значимую роль в росте цен на горючее топливо. Это неоспоримый факт: на самом деле это ключевой момент «зеленой стратегии» — поднять стоимость горючего топлива, чтобы «зеленые» источники энергии стали более конкурентоспособными на рынке.

Заявление Бироля — это попытка придерживаться принципа Омерты («взаимное укрывательство», «круговая порука»), который действует среди государственных лидеров: они попросту не могут критиковать переход на возобновляемые источники энергии.

Катастрофа, нависшая над Техасом

На этом фоне на прошлой неделе Федеральная комиссия по регулированию в сфере энергетики выступила с отчетом, где говорится, что практически полный провал попыток компании ERCOT обеспечить подачу электроэнергии, вырабатываемой за счет ветра и солнца, в электросети Техаса, не имеет никакого отношения к массовым отключениям электроэнергии, с которыми люди столкнулись в феврале во время Зимнего шторма Ури.

И снова полная чушь. Да, природный газ, уголь и атомная энергия тоже провалились, но неудачи с энергией солнца и ветра в самый разгар этого шторма сыграли свою роль — значимую роль — в массовых отключениях электричества. Вот что редакция The Wall Street Journal написала об абсурдном докладе комиссии:

«Согласно этому отчету, газовые электростанции составили 55% производственных мощностей, которые дали сбой во время зимнего шторма. Для сравнения: сбой дали 22% ветрогенераторов, 18% угольных электростанций и 1% солнечных электростанций. Но фактическая выработка электроэнергии в Техасе выросла на 400% за счет газа и на 25% за счет угля за неделю до отключения электроэнергии. Выработка энергии солнца и ветра упали на 80% и 55% соответственно.

Индустрия солнечной энергии, разумеется, стала хвалиться, что во время февральской катастрофы в Техасе солнечные электростанции продемонстрировали такие показатели, которых от нее и ожидали, и что она является «предсказуемым, надежным и доступным источником экологически чистой энергии». На самом деле солнечная энергетика продемонстрировала самые низкие показатели среди всех других источников, и во время зимнего шторма она обеспечила менее 1% электроэнергии, необходимой Техасу. Но послушайте, регуляторы ожидают, что солнечная энергетика окажется предсказуемо ненадежной».

Этот отчет комиссии не просто абсурдный, он по-настоящему опасный. В конце концов, как можно решить проблему, если чиновники даже не могут осознать эту проблему должным образом? Эта зацикленность на установках «возобновляемые источники энергии — это хорошо, горючее топливо — плохо» разрушительно влияет на общественный дискурс и нашу энергетическую безопасность. Все эти источники энергии ни хороши и ни плохи сами по себе. У каждого из них есть своя роль, и мы нуждаемся во всех них сразу. Европа сейчас убеждается в этом на собственном горьком опыте.

Еще более тревожным моментом для всех нас, жителей Техаса, является то, что чиновники не сделали ровным счетом ничего, чтобы обязать операторов газовых электростанций, трубопроводов, ветряных, солнечных и угольных электростанций подготовить их инфраструктуру к зиме — или подтолкнуть их к строительству столь необходимых базовых мощностей электрогенерации. Это бездействие продолжается, несмотря на то, что губернатор Техаса Грег Эббот (Greg Abbott) выделил эти моменты в качестве двух основных проблем техасских электросетей, ставших причиной гибели более 200 человек, которые умерли в Техасе во время февральского шторма из-за отсутствия электричества.

Выступив с этой здравой оценкой ситуации вскоре после февральской катастрофы, Эббот пообещал заставить законодательные органы штата ответить за случившееся и созывать столько экстренных совещаний, сколько потребуется, чтобы они могли решить проблемы электросетей. Однако, к сожалению, он не сдержал своего обещания, сделав выбор в пользу той интерпретации, которую законодательное собрание выработало во время своей обычной сессии.

Господи, помоги нам, если нас ждет еще один зимний шторм в январе или феврале. Компании ERCOT, оператору техасских электросетей и губернатору Эбботу повезло, и они избежали отключений электроэнергии этим летом, потому что в Техасе держалась довольно благоприятная температура. Однако надежды на удачу — это не слишком разумная стратегия с учетом того, что цены и спрос на энергоресурсы высокой плотности продолжают расти.

Глобальный кризис оказывает воздействие на глобальные рынки

Хотя сейчас в центре новостей об энергетическом кризисе оказалась Европа, правда состоит в том, что он быстро превращается в глобальный кризис, оказывающий воздействие на глобальные рынки. Такие чиновники, как Бироль или из руководства Федеральной комиссии по регулированию в сфере энергетики, возможно, не хотят этого признавать, но правда заключается в том, что всего девять месяцев назад нефть была дешевой, бензин и дизельное топливо на заправках были дешевыми, природный газ был дешевым, и всего этого было в достатке. Сегодня, спустя всего 270 дней, нефть достигла 80 долларов за баррель, и, по прогнозам, скоро ее цена будет измеряться трехзначным числом, бензин на заправках в Соединенных Штатах стоит на 1 доллар больше, чем в январе, цены на природный газ выросли в два раза в Америке и более чем в четыре раза в некоторых частях Азии, а европейские правительства не могут решить, откуда они будут закупать энергоресурсы грядущей зимой.

Суровая реальность состоит в том, что быстро урегулировать текущий кризис не получится, потому что простых решений здесь попросту нет. Неразумные решения политиков, которые стали причиной нынешнего кризиса, воплощались в реальность на протяжении десяти лет, и потребуется минимум столько же времени, чтобы вернуть все на свои места, если политики наконец придут в себя. Пока спрос на нефть и природный газ продолжает расти. Wood MacKenzie, и Rystad Energy недавно опубликовали доклады, в которых говорится, что за последние пять лет масштабы недофинансирования поисков новых месторождений достигают сотен миллиардов долларов. Такое невозможно урегулировать за одну ночь.

В конечном счете, несмотря на нынешние господствующие установки, энергетическое будущее мира будет подчиняться тем же законам, которые действовали всегда, — законам физики, спроса и предложения. Сейчас мы приходим к пугающему осознанию того, что политические решения, принятые правительствами в Европе, Соединенных Штатах и других частях мира, нарушили все эти непреложные законы.

Результат: зима приближается, и потенциальная энергетическая катастрофа приближается вместе с ней.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.