Вышедший на телеканале Arte документальный фильм Эрика Гере (Eric Guéret) и нашей журналистки Лоры Нуала показывает, что в Сибири хранят отработанное топливо французских АЭС, которое никто и не думает перерабатывать.

Уже много лет ядерную промышленность нам представляют чуть ли ни как образец экологической безопасности, утверждая, что вплоть до 96% радиоактивных материалов могут быть переработаны и использованы повторно. Что и говорить, просто небо и земля по сравнению со многими другими отраслями. Ядерный сектор выглядит, таким образом, как экологически чистая промышленность, которая работает на практически закрытом цикле переработки топлива и, помимо всего прочего, обеспечивает энергетическую независимость Франции. Реальность же оказалась несколько иной. В хваленом цикле переработки ядерного топлива есть на самом деле немало утечек. Сегодня почти 13% произведенных нашими АЭС радиоактивных отходов находят пристанище на необъятных просторах Сибири. А точнее, в атомном комплексе закрытого для журналистов секретного города Томск-7 (30 000 жителей).

С середины 90-х годов сюда ежегодно прибывают контейнеры со 108 тонами французского обедненного урана и выстраиваются в ряды на специально отведенной площадке под открытым небом.

Как и зачем их туда отправляют? Чтобы это понять, нужно изучить всю цепочку переработки французского топлива. В ходе цепной реакции урановые стержни производят некоторое количество плутония, а также "конечные отходы". Владелец станций EDF платит Areva за переработку использованного топлива заводе в Ла Аг у Ла-Манша. Там разделяют конечные отходы, которые уже ни на что не годятся (4% от общего объема), плутоний (1%) и уран (остающиеся 95%). Areva утверждает, что полученный таким путем уран и плутоний можно использовать вновь, что и составляет эти знаменитые 96% переработки. На самом же деле, все несколько сложнее.

Кораблем и поездом

Плутоний действительно возвращают в топливный цикл, но в очень незначительном количестве. При его соединении с обедненным ураном получают MOX-топливо на котором частично работают 22 из 58 французских реакторов. Что же до переработанного урана, то использовать его можно лишь в пределах 10%. Для того, чтобы вновь поместить его в ядро реактора обогатить его нужно еще сильнее, чем обычный. И этим сейчас занимаются в России, так как Франция не располагает нужной технологией. "Комплекс Eurodif в Дроме, где находится завод Areva , не обладает необходимой для этой работы производственной линией", объясняет международный консультант по вопросам энергетики Микль Шнейдер (Mycle Schneider). Таким образом, Areva отправляет часть переработанного урана за 8 000 км от Франции, в Сибирь.

Контейнеры прибывают в Санкт-Петербург на корабле из Гавра. Затем их погружают на поезд, который везет их для переработки в атомном комплексе Томска-7. Здесь уран снова обогащают, в результате чего 10% становятся годным для EDF материалом, а 90% - сильно обедненным ураном, который переходит в собственность российского предприятия "Тенекс". Именно этот уран складируют на огромных площадках под открытым небом. В этом, в принципе, нет ничего опасного: если, конечно на них не упадет самолет. При форс-мажорных обстоятельствах радиоактивные вещества могут попасть в окружающую среду.

У EDF и Areva есть немало оправданий тому, что отходы остаются в России. Они утверждают, что это обедненное топливо может быть использовано повторно в будущем. В управлении энергетики и климата нам перечисляют множество способов его применения. "Можно объединить его с плутонием и создать МОХ. И когда в 2040 году будут созданы реакторы четвертого поколения, если все пройдет как надо, его снова можно будет использовать", говорят чиновники. EDF считает, что этот последний вариант "содержит огромный потенциал для повторного использования, так как обедненный уран представляет собой прекрасное топливо для этой технологии". Что ж, до встречи в 2040 году.

По мнению ряда экспертов и экологов, использование складируемого в России обедненного урана представляется маловероятным, так как это топливо похоже на дважды выжатый апельсин, в котором практически не осталось сока. "В теории этот обедненный уран можно применить в производстве ядерного топлива, но на практике в России этого не делают", уверен руководитель энергетической программы Гринпис в России Владимир Чупров. "Это вещество очень опасно для окружающей среды, тогда как урана 235 в нем содержится совсем немного. Использовать его - настоящая пытка. Для нас это конечный отход". Российские экологи считают, что Areva отправляет в Россию вредные отходы, которые не представляют в настоящий момент никакой ценности. "Французы отправляют материалы, из которых в действительности используется лишь очень небольшая часть - около 10%. А оно того стоит? Ведь 90% этих веществ они бросают у нас", жалуется российский эколог.

"Слово "бросать" в данном случае не совсем точно", возражает официальный представитель Areva Жак-Эммануэль Сольнье (Jacques-Emmanuel Saulnier). "Установившаяся международная практика такова: обогащенный материал принадлежит клиенту, а обедненный - подрядчику. Но технология в перспективе вполне может улучшиться. Сейчас мы вынуждены разделять эти вещества, тогда как в будущем мы, вероятно, сможем без этого обойтись".

Такая перевозка радиоактивных веществ поднимает сразу несколько вопросов: безопасность их транспортировки на за 8000 км, безопасность их хранения и эффективность переработки. В ожидании будущих технологических скачков французский цикл переработки ядерного топлива допускает значительные утечки в Россию. Причем в обстановке строгой секретности.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.