Мы унаследовали от Советского Союза эти современные города, которые держатся на одном производстве. Если производственные объекты закрываются, такие города не могут выжить. Под серьезной угрозой оказалось около 50 городов. Я возглавил [алюминиевую компанию] «Русал». В июле 2008 года алюминий стоил больше 3,2 тысячи долларов [за метрическую тонну]. Затем разразился финансовый кризис, и цена отправилась в свободное падение. В феврале 2009 года тонна алюминия стоила примерно 1,3 тысячи долларов. Наши долги составляли 16 миллиардов долларов, а платежеспособность уменьшилась. Сокращать издержки с такой скоростью было невозможно. Нельзя так быстро договориться с поставщиками о новой цене. Я пытался объяснить все это нашим банкирам, но они были в шоке. 

 

Такая скорость перемен требовала лидеров, которые могут стрелять в пять раз быстрее, чем нормальные люди. Я быстрее в десять раз. Нам нужно было быстро разрабатывать стратегию, коммерческие соглашения и так далее. Мы создали командный пункт. Банкротство даже не рассматривалось как вариант. Люди впадали в отчаяние. 

 

Особенно много внимания привлекла к себе ситуация, сложившаяся в июне 2009 года в городе Пикалево. Существовал риск, что она выйдет из-под контроля. Премьер-министр приехал на наш завод, на котором остановилось производство. Проблема [с невыплаченными зарплатами] была урегулирована днем раньше, и у нас было соглашение с подписями. У нас было заседание, на которое пришел Путин, и кто-то заявил, что нужно подписать документ. При этом присутствовало множество журналистов. Мне сказали, что я его не подписывал. Был момент паники, затем я прочел бумагу и ее подписал. СМИ превратили это в шоу и в пиар-акцию для правительства. Моя роль заключалась в том, чтобы показать, что олигархи могут быть наказаны. Правительство чувствовало, что оно должно продемонстрировать готовность действовать.

 

Я не спорил. Если знать условия работы в России так хорошо, как знаю их я, их можно использовать себе на пользу. Можно спорить о частностях, а можно оставить их в покое и заниматься своим делом. Я выбрал второе. Условия в России отличаются от тех, в которых работают Ричард Брэнсон (Richard Branson) или Джефф Иммелт (Jeff Immelt). Россия слишком долго находилась в изоляции, а наш переход к капитализму в начале девяностых был слишком хаотичным. Любые реальные инвестиции занимают около десятилетия, и я осуществляю их в расчете на долгий срок. 

 

Записано со слов Олега Дерипаски Дианой Брэди (Diane Brady).

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.