Расположенная на Урале, на самой границе бескрайней Сибири Пермь — один из тех российских городов, где скрещиваешь пальцы, чтобы машина не сломалась прямо посреди бесконечных ухабистых дорог.

70 лет советской власти до неузнаваемости изменили облик прославившегося оружейными заводами промышленного города. В центре взгляду предстают мрачные улицы с сетевыми ресторанами и обветшалыми домами. И тут, как бы случайно, натыкаешься на жемчужину Перми: неоклассический театр конца XIX века.

Государственная культура

Там находится Пермский академический театр оперы и балета, одно из самых знамениты классических учреждений России, уступающее разве что Московским и Петербургским. Его возглавляют дирижер и художественный руководитель Теодор Куртензис и британский менеджер Марк де Моне. Эти большие ценили российской артистической сцены пришли сюда еще в начале 1990-х годов.

«В тот период было ощущение, что возможно все, несмотря на экономические трудности, — признает Марк де Мони. — Была свобода в художественном плане. Сегодня же в стране формируется государственная культура руками чиновников, которые вовсе не обязательно обладают нужными знаниями».

Пермский театр переживает трудные времена с приходом нового губернатора и его заместителей, которых назначили после возвращения Владимира Путина на пост президента. Зам по культуре критически отзывается о художественных решениях труппы. Ему нужны Чайковский, русские произведения в классической постановке, опера и балет, прославляющие семейные ценности. Он потребовал, чтобы ему заранее показывали все спектакли. И даже поговаривает о введении квот. В конечном итоге ему все же пришлось отказаться от этих планов, но сформировавшаяся в стране обстановка все равно вызывает у Марка де Мони опасения.

Консервативная публика

Путинская Россия превозносит консерватизм и порядок. Причем рука государства дает о себе знать и в искусстве. Ледяной академизм советских времен вновь всплывает на поверхность. «Часть публики очень консервативна, — рассуждает певец Павел Червинский. — Но в Москве люди ищут что-то новое. Они готовы смотреть более современные спектакли».

В любом случае, посвященные историческим достижениям постановки набирают популярность, как в регионах, так и столице. А художественная смелость может быстро породить подозрения. Посвященная Играм в Сочи сатирическая выставка в Перми привела к тому, что владельца художественных галерей Марата Гельмана выставили из города. А как-то ночью скульптура в современном стиле, изображающая советского человека с крошечной головой, была разрушена неизвестными.

Артистов-диссидентов не любят

Официально цензуры в России не существует. «Художник свободен делать и писать то, что хочет», — говорит Людмила Улицкая, самый читаемый за границей российский писатель и лауреат французской премии Медичи за «Сонечку». На практике же, когда спорная книга выходит в продажу, магазины предпочитают убрать ее, если министерство критикует ее «фашистский», «националистический» или «русофобский» характер или если какой-нибудь сторонник кремлевских идей подает жалобу.

Людмила Улицкая прославилась критическими заявлениями в адрес правительства и нередко становится жертвой мстительных пользователей на интернет-форумах. Ее обвиняют в национализме, когда она выступает против вмешательства на Украине. Ее называют иностранным агентом, членом пятой колонны, когда она осуждает аннексию Крыма. Хотя ей самой от этого ни горячо, ни холодно: «Я не читаю комментарии в интернете, хорошие или плохие. У меня много читателей, с которыми я общаюсь напрямую».

Она стремится дистанцироваться от давления, откуда бы то ни исходило: «Это не влияет на мою работу. Великие писатели советской эпохи создавали свои творения в куда более суровые времена, чем наши. Некоторых из-за них даже убили, например, Исаака Бабеля и Осипа Мандельштама. Пока что в России писателей не убивают. Убивают только журналистов». Намек на Анну Политковскую и прочих репортеров, которые поплатились за расследования по коррупции, ситуации на Кавказе и мафии.

_____________________________

Скандальный закон о богохульстве

В 2013 году российский парламент принял закон об ужесточении ответственности за оскорбление религиозных чувств верующих. Он стал реакцией на нашумевший «панк-молебен» девушек из группы Pussy Riot в московском Храме Христа Спасителя в 2012 году, хотя и вызвал недовольство интеллектуалов и даже части чиновников.

О нем вновь вспомнили во время полемики вокруг Новосибирского театра в апреле этого года. Власти уволили его директора за спорную постановку оперы Вагнера, которая возмутила влиятельную православную церковь.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.