Примерно 65 миллионов лет назад, немногим позже эпохи динозавров, на сцене эволюции появилось новое существо. По мнению ученых, животное могло быстро бегать, питалось жуками, отличалось небольшим размером и пушистым хвостом. Если судить по рисункам, оно выглядело как на редкость агрессивная нью-йоркская крыса. Но у него была плацента, орган, который глубоко врастает в материнское тело, чтобы обеспечить питание зародыша во время беременности.

Напоминающее грызуна существо стало общим предком всех плацентарных млекопитающих. По теории эволюции, к числу его потомков относятся киты, летучие мыши, собаки, люди и многие другие виды. Сегодня же плацента может послужить ключом к разгадке одной из самых старых тайн человеческой медицины: почему аутоиммунные заболевания возникают у женщин гораздо чаще, чем у мужчин?

Аутоиммунные заболевания обращают иммунную систему человека против его собственного тела. В одних только США 80% всех случаев аутоиммунных заболеваний приходится на женщин. Так, например, у женщин в 16 раз выше риск возникновения синдрома Шегрена (иммунная система принимается за слезные и слюнные железы) и в 9 раз — тиреоидита Хасимото (здесь под ударом оказывается щитовидная железа). Винус Уильямс (Venus Williams) была вынуждена отказаться от участия в Открытом чемпионате США по теннису в 2011 году из-за синдрома Шегрена, а певице Селене Гомес (Selena Gomez) пришлось сделать пересадку почки в связи с осложнениями после волчанки, которая возникает у женщин в восемь раз чаще, чем у мужчин.

Некоторые ученые полагают, что причиной столь непропорционально высокого риска заболеваемости среди женщин может быть плацента. Биолог-эволюционист Мелисса Уилсон (Melissa Wilson) и ее коллеги из Университета штата Аризона опубликовали на прошлой неделе в журнале Trends in Genetics статью, в которой все объясняется «гипотезой компенсации беременности». Она предполагает, что женская иммунная система ведет решительную борьбу с плацентой даже в том случае, когда этого органа нет в организме.

Теория выглядит следующим образом. Женщины (как и все плацентарные млекопитающие) эволюционировали таким образом, который предполагает состояние беременности на протяжении многих лет взрослой жизни. До появления контроля рождаемости именно такой была женская участь. По словам Уилсон, в современных племенах охотников и собирателей у каждой женщины нередко может быть по 8-12 детей.

Хотя вынашивание столь многих детей может показаться суровым испытанием, женский организм эволюционировал так, чтобы справляться с ним. Когда плацента растет в период беременности, орган посылает иммунной системе матери сигнал о необходимости перемен в ее работе так, чтобы тело не отторгло плаценту и плод. Это может означать даже частичное подавление иммунной системы на некий промежуток времени. Тем не менее, если оно окажется слишком сильным, это создаст риск восприимчивости женского организма к патогенам, что тоже не сулит ничего хорошего эмбриону. Как полагают Уилсон и ее коллеги, иммунная система набирает темп другими путями в период взрослой жизни, чтобы сохранить защиту от микробов даже в то время, когда некоторые ее части впадают в спячку при беременности.

Тем не менее ситуация усложняется, когда предполагаемой беременности не происходит. Сегодня женщины рожают куда меньше детей: средний показатель по США составляет меньше двух, по последним данным Центров по контролю и профилактике заболеваний. Уилсон считает, что без более-менее регулярного давления со стороны плаценты в период беременности (женская иммунная система эволюционировала так, чтобы быть готовой к этому удару) иммунитет может стать чересчур агрессивным, слишком активным, начинает нападать на то, что не представляет угрозы. Именно так возникают аутоиммунные заболевания.

В течение миллионов лет за вычетом последних 100 «иммунная система ожидала активного воздействия плаценты», подчеркивает Уилсон. Представьте, что вы тянете на веревке что-то тяжелое, а потом она обрывается. «Если эта тяжесть внезапно пропадает, вы улетите», — говорит она.

Данная теория, безусловно, не первая попытка объяснить, почему женщины страдают от аутоиммунных заболеваний чаще мужчин. Другие касаются, например, белка TNFRSF13C (рецептор фактора, активирующего B-лимфоциты) и наличия у женщин двух Х-хромосом вместо одной. По мнению Уилсон, гипотеза компенсации беременности синтезирует множество прошлых теорий в одну и предлагает эволюционное объяснение. «Все были правы, но каждый смотрел под уличным фонарем, а мы — при дневном свете», — говорит она.

По ее словам, никто пока что не стал утверждать, что она ошибается, несмотря на смелость представленной теории. Несколько экспертов (даже те, у кого есть соперничающие теории насчет причин половых различий в частоте возникновения аутоиммунных заболеваний), с которыми мне удалось поговорить, считают, что теория Уилсон, возможно, вписывается в то, что нам известно в настоящий момент. «Как мне кажется, не существует одной теории, которая объясняет все, — отмечает Николаос Патсопулос (Nikolaos Patsopoulos), доцент неврологии из Гарвардской медицинской школы. — Это не «Властелин колец». Тем не менее «эта теория объединяет в себе многое из того, что, насколько нам известно, соответствует действительности, и некоторые вещи, которые мы еще пытаемся понять».

Профессор молекулярной иммунологии Мичиганского университета Йоханн Гуджонссон (Johann Gudjonsson) выявил, что в коже женщин содержится больше молекулярного переключателя VGLL3, чем у мужчин. По его мнению, этот объем VGLL3 может быть причиной более агрессивного поведения женской иммунной системы. В таком случае VGLL3 может объяснять то, каким образом организм активизирует иммунную систему, тогда как гипотеза компенсации беременности говорит о том, почему он так поступает.

Точно так же Хэл Скофилд (Hal Scofield), профессор патологии и медицины Оклахомского университета, говорит, что в Х-хромосоме, судя по всему, содержится множество генов, которые вовлечены в реакцию иммунной системы, и, раз у женщин две Х-хромосомы, а не одна, как у мужчин, подобных генов у них тоже больше. Разработанная командой Уильямс плацентарная теория может указывать на причину того, почему это происходит. Поскольку женщинам нужна мощная иммунная система, чтобы дать отпор плаценте, в результате эволюции их организм производит больше генов, вовлеченных в иммунные процессы. «Не думаю, что можно отрицать воздействие плацентарной беременности на эволюцию иммунной системы», — уверен Скофилд.

Тем не менее статья произвела впечатление не на всех моих собеседников. Как сказал профессор неврологии Йельской медицинской школы Дэвид Хафлер (David Hafler), «у одних лишь идей нет особого веса. Получить данные гораздо сложнее». Иначе говоря, гипотеза компенсации беременности представляет собой интересную идею, но ее еще предстоит проверить.

По словам Уилсон, возможности для этого есть. Ученые могут попытаться определить, существует ли связь между количеством беременностей женщины и риском возникновения аутоиммунных заболеваний. Если ее теория верна, большее число беременностей означает меньший риск заболевания. Специалисты также могут изучить различия между млекопитающими в дикой природе и зоопарках (там иногда принимаются меры для контроля рождаемости), чтобы выявить потенциальные различия в работе иммунной системы.

Некоторые могут подумать, что, по теории Уилсон, женщинам просто нужно быть постоянно беременными, но это отнюдь не соответствует действительности. В конце концов, беременность сама по себе означает большие риски для здоровья, и не все готовы иметь по 12 детей. Кроме того, открытие Уилсон означает, что усиленная иммунная система женщин может послужить им защитой в определенных случаях. Например, у них ниже риск возникновения некоторых видов рака, чем у мужчин.

Уилсон надеется, что однажды мы узнаем о том, какая именно часть иммунной системы отвечает за реакцию на плаценту, и сможем использовать против нее вакцины или препараты. Новые исследования могут привести к существенному прогрессу в лечении аутоиммунных заболеваний женщин. «Еще ни одна идея не вызывала у меня подобного энтузиазма, — говорит Уилсон. — Моя работа впервые может напрямую отразиться на здоровье людей в ближайшие десять лет».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.