«Мне некуда идти», — говорит Ольга Овсянникова. Она бежала из Донецка, что на востоке Украины, из-за боев, которые разрушают город. Начиная с марта, она со своей маленькой дочерью живет в Святогорске, также расположенном на востоке страны. Этот город по-прежнему находится под контролем киевских властей. Как заявил мэр Александр Дзюба, на каждое жилое помещение приходится двое перемещенных. «Пять тысяч местных жителей и 10 тысяч беженцев». Согласно данным ООН, в результате конфликта покинули свои дома и переехали в другие районы страны 1,4 миллиона жителей. Власти не справляются со сложившейся ситуацией. Работа гуманитарных организаций имеет жизненно важное значение для оказания помощи тем, кто вынужден был бросить все ради спасения собственной жизни.

Овсянниковой - 44 года. Она живет со своей десятилетней дочерью в комнате 222 центра Holy Mountains, где проживает еще сотня человек. Ее маленькая двухкомнатная квартирка находится в конце коридора. Запах супа, который она готовит, заполняет все помещение, в котором стоит невыносимая жара. «Одна некоммерческая организация (НКО) помогает нам с едой», — рассказывает она журналистам, приглашенным в European Journalism Centre. Овсянникова с дочкой прибыли в Святогорск в марте, побывав до этого в двух других городах, тоже на востоке Украины. Девочка играет на софе, далекая от драматической истории, которую рассказывает мать. Ее муж находится в Донецке вместе со старшим сыном, которому 20 лет. Там у них есть работа. «Я очень скучаю по дому. Конечно, хочу туда вернуться. Но сейчас я не могу отсюда уехать», — говорит она.

Большинство перемещенных думают, что покидают родной дом ненадолго. Поэтому, как правило, они не уезжают слишком далеко от своих очагов. По оценкам агентства ООН по делам перемещенных лиц на июнь месяц, 51% перемещенных остаются в Донецкой и Луганской областях. Мэр Святогорска считает, что такое количество людей выбрало эту местность, руководствуясь соображениями спокойствия и безопасности. Это курортное место, где жители привыкли к приезду гостей. Но нет заводов и возможностей создать рабочие места. «У нас в основном палатки. Здесь высокий уровень безработицы, поэтому молодежь уезжает. Здесь много пенсионеров», — отмечает Дзюба. Овсянникова подчеркивает, что ее с дочерью приняли очень хорошо.

«У нас более 10 центров по приему перемещенных лиц. Нашего бюджет на всех не хватает, но большую роль играет финансовая помощь добровольцев и международных организаций», — продолжает мэр. В НКО Save the Children, осуществляющей ряд проектов в данной зоне, приводят данные, отличные от тех, что дал Дзюба. Они считают, что число перемещенных лиц составляет 8 тысяч, а количество центров по их размещению — 8, добавляя при этом, что многие предпочитают снять дом или комнату.

Но не все могут себе это позволить. Например, 78-летняя Валентина Чупикова, проживает в величественной Свято-Успенской Лавре, что находится в Святогорске. Она не платит ни за проживание, ни за еду. Все ее пожитки умещаются в маленькой комнатке с двумя кроватями, где она проживает вместе с сыном. Они бежали из Авдеевки, что на востоке страны, после кровопролитных столкновений, произошедших там 25 января. «Я помню все. Как осколки снарядов разрушили мой дом. Окна выбило взрывной волной», — рассказывает она. В новом месте, финансируемом и руководимом Украинской православной церковью, она чувствует себя уютно. Есть два правила, обязательных к соблюдения: приходить в свою комнатку не позже 11 вечера — что для нее не представляет никакой проблемы: в силу состояния здоровья передвигаться ей достаточно тяжело — и одеваться должным образом, то есть, носить длинную юбку и платок на голове. «Мою пенсию получает моя дочь, оставшаяся в Авдеевке. Мы копим деньги, чтобы восстановить наше жилье, когда конфликт закончится», — поясняет она. Значит, собирается вернуться. «Здесь я в конце концов не более, чем гостья. А там я сама у себя в гостях».

Тем, кто покидают свои жилища, приходится преодолевать бюрократические препоны, чтобы зарегистрироваться в качестве перемещенных лиц и получать пенсию. Это процесс долгий. Некоторые не могут зарегистрироваться потому, что, несмотря на то, что они были вынуждены сменить место проживания из-за разрушения своих жилищ, они остались в том же административном районе. Или те, кто перебираются в зоны, находящиеся под контролем ополченцев. Перемещенные рассказывают также, что получаемая пенсия весьма незначительна. «В первые два месяца мы получали 400 гривен (около 16 евро); затем еще два месяца по 200 и 100 гривен в течение двух последующих», — рассказывает одна женщина, которая предпочла не называть своего имени.

Несовершеннолетние дети, которые уезжают вместе со своими родителями, не могут зарегистрироваться в качестве перемещенных лиц. А следовательно, не могут и получить помощи. Согласно оценкам НКО Save the Children, из 30 тысяч беженцев, находящихся в Славянске, Святогорске и близлежащих населенных пунктах, около 2800 детей. В январе Наталья уехала из Дебальцево без родителей. У нее вымышленное имя, свое настоящее она предпочитает не называть. В самый разгар ожесточенных боев в этой местности, находящейся под контролем ополченцев, ее посадили на автобус и заставили уехать без родителей. Тогда она думала, что вернется через три недели, а прошло уже шесть месяцев. Лето она проводит в Святогорске, а в сентябре поедет в Киев, чтобы продолжить учебу. Ей 15 лет, она в составе группы из 27 юношей и девушек, которые вместе с ней проводят лето, а также шести взрослых, которые их сопровождают. «Вначале было очень тяжело. Я старалась позвонить родителям, как только представлялась возможность. Сейчас получше, но я по-прежнему не могу с ними увидеться».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.