Москва — «Мы живем в нормальной стране», - заверил российских зрителей популярный телеведущий Иван Ургант.

Эти слова несколько контрастировали с окружением, так как сказаны они были в пародийном подобии зала суда в эфире популярного дневного телешоу «Модный приговор» - передачи, на которой плохо одетых женщин судят за то, что они плохо одеваются. Г-н Ургант, обвинявший «светскую львицу» в излишней вульгарности, сохранял серьезный вид, несмотря на то, что давать показания ему пришлось в трибунале, оформленном в стиле кукольного домика. «Модный приговор» - странная программа, помесь ток-шоу о моде с показательным процессом. Как и многие передачи российского телевидения, она представляет собой некую причудливую, гипертрофированную адаптацию совсем иного формата, своеобразно отвечающую национальному духу.

В российском детективном сериале герой берет взятки, действие «комедии взросления» происходит в последние дни советской империи, в посвященном знакомствам шоу три кумушки бальзаковского возраста издеваются над холостяками, а участники российской версии «Jeopardy» («Риск») носят блестящие плащи волшебников. Каждому, кто помнит, каким было телевидение в России, когда российский лидер Владимир Путин пришел к власти - унылым и вторичным, с мексиканскими мыльными операми и бледными копиями западных программ — сами по себе разнообразие и оживленность нынешнего российского телеэфира уже кое-что говорят о долгом и неоднозначном путинском правлении.

Телевидение последнего десятилетия отражает экономическое возрождение страны. Новостные передачи контролируемых государством каналов транслирует идею г-на Путина – стабильность и процветание любой ценой. Развлекательные передачи закрепляют это на подсознательном уровне.

Читайте также: Режимное телевидение


Недотепы, шарлатаны, карьеристы и паяцы, населяющие российский телепейзаж, старательно убеждают аудиторию, все еще борющуюся с призраками коммунизма и унижения, что россияне живут в современной и нормальной стране.

Однако перемены носятся в воздухе. Дух протеста и оппозиционный по отношению к премьер-министру Путину настрой просачиваются в новости. Между тем, все ближе президентские выборы 4 марта, а попытки г-на Путина стать чем-то вроде пожизненного президента явно отдают, скорее, стилем банановой республики, чем оживленной демократической шумихой.

Неожиданно отношения г-на Путина с телевидением стали напоминать один из тех браков, в которых, на первый взгляд, все прекрасно, и которые разваливаются из-за мелких разногласий, вдруг становящихся непреодолимыми.

Телевидение по-прежнему активно освещает деятельность г-на Путина, серьезно относящегося к своему имиджу мачо. Чем бы г-н Путин ни занимался - охотится он за тиграми или распекает ленивых бюрократов на постановочных заседаниях, - он всегда сохраняет невозмутимое лицо (впрочем, его критики шутят, что у него просто нет выбора – недаром в «Твиттере» о нем пишут с издевательским хештегом «ботокс»).



Подобная напыщенность плохо сочетается с веселым и склонным к самоиронии миром телевидения. «Давай поженимся» - посвященное знакомствам шоу, аналог «The Bachelor» («Холостяк»), но с ограниченным временем и меньшим бюджетом – и соответственно без вечерних полетов на воздушном шаре над молдавскими виноградниками и отдыха в джакузи на Черном море. Вместо этого создатели программы придали свиданиям оттенок славянского фатализма: у участвующего в программе холостяка есть выбор из трех симпатичных и привлекательных молодых женщин, но сначала он должен выслушать советы и комментарии дам постарше, которые устраивают ему и потенциальным невестам настоящий перекрестный допрос. Помимо этого, безо всяких причин, кроме тяги к перехлестам, и холостяк, и кандидатки в невесты иногда облачаются в маскарадные костюмы. Например, однажды он выступал в образе гусарского офицера, а они – в образах облаченных в бальные платья красавиц из романов Толстого. В другой раз жених был в образе Аладдина, а невесты – в образах гаремных танцовщиц.

Еще по теме: Новые цари российского телевидения

Обычно образ жизни самих поклонников этого шоу трудно назвать шикарным, и романтических перспектив у них не слишком много. Однако развязный и поучающий тон трех ведущих передачу въедливых кумушек-сплетниц привлекает зрителей — и позволяет им посмеяться над самими собой.

На российском телевидении много юмора, хотя мало политической сатиры – ей Путин давно положил конец.

Образовавшуюся пустоту заполняют елейная сентиментальность и дурной вкус. Слащавые шоу в стиле варьете с зеркальными шарами, блестками и генераторами дыма воздают должное звездам былых времен, по каким-то причинам задержавшимся на сцене.

Впрочем, несмотря на весь эскапизм развлекательного вещания, в него отчасти проникают неприятные реалии российской жизни. Возьмем, хотя бы один из самых популярных российских детективных сериалов – «Глухарь», последний сезон которого завершился в конце 2011 года. Его главный герой Сергей Глухарев – хороший сын, усердный работник и талантливый детектив, который иногда – конечно, очень редко – берет взятки.

Некоторые шоу, нацеленные на более молодую аудиторию, представляют собой вариации на тему «Big Brother» («Большого брата»). Например, сейчас идет десятый сезон «Дома-2» - реалити-шоу о жизни компании задиристой и сексуальной молоджи под «домашним арестом».

Одна из первых ведущих «Дома-2» Ксения Собчак – известная «светская львица» и дочь умершего в 2000 году Анатолия Собчака, реформатора и союзника г-на Путина. Г-жа Собчак, энергичная блондинка, которую часто сравнивают с Пэрис Хилтон (Paris Hilton), в 2009 году выступала в качестве подсудимой в «Модном приговоре». Ее обвиняли в том, что она одевается слишком дорого и провокационно. (Доказательства – ряд кадров, на которых фигурировала г-жа Собчак в скудной одежде, зато со множеством украшений, производили ошеломляющее впечатление.)

Г-жа Собчак, которая теперь отличается серьезным видом и носит очки в черной оправе, недавно буквально в один миг превратилась в секс-символ протестного движения, основанного на «Твиттере». В этом месяце она начала вести новое ток-шоу на русском MTV, и темой первой ее программы стал г-н Путин. Ее «твиты» и выступления на антипутинских митингах привлекают внимание, как благодаря историческим тесным связям ее семьи с премьер-министром, так и благодаря тому, что она - знаменитость (из тех, что известны в первую очередь своей известностью).



Аудитория телевидения в России в целом не очень молода, так как изрядная часть молодежи предпочитает интернет, в котором можно скачивать пиратски скопированные эпизоды «Хауса» и «Доктора Кто».

Самая преданная аудитория телевидения не только принадлежит к старшему поколению, но и живет за много часовых зон от Москвы и Санкт-Петербурга, без смартфонов, суши и катания на горных лыжах в Альпах. Именно они и составляют основную электоральную базу г-на Путина. Именно в них его избирательная кампания разжигает классовые чувства с помощью новостей на государственных каналах, представляя активистов антипутинского движения представителями привилегированных городских элит, оторванными от настоящей России. Впрочем, некоторые признаки того, что положение г-на Путина пошатнулось, теперь заметны и на телеэкранах.

Читайте также: Российское телевидение честно освещает субботние события

Сейчас против г-на Путина выступают некоторые из наиболее популярных у телезрителей знаменитостей. В их число входит не только г-жа Собчак, которая пользуется популярностью в основном у молодежи. Вечная российская поп-дива Алла Пугачева, нечто вроде Барбры Стрейзанд, с небольшой примесью Шер и большой - Элизабет Тейлор, поддерживает одного из соперничающих с г-ном Путиным кандидатов в президенты – предпринимателя-миллиардера Михаила Прохорова.

Еще по теме: Телевидение под контролем Кремля

Тем временем, российское молчаливое большинство стало намного менее молчаливым. Самой популярной развлекательной программой в России сейчас считается «Пусть говорят» - ток-шоу с красочными и ожесточенными спорами в стиле Джерри Спрингера (Jerry Springer) и проникнутое духом самосовершенствования в стиле «Шоу Опры Уинфри» («The Oprah Winfrey Show»). Безусловно, оно эксплуатирует дешевые сенсации, но одновременно служит мастер-классом обсуждения табуированных тем и этим самым подрывает устоявшийся порядок вещей. Программа не критикует правительство, зато затрагивает социальные проблемы, о которых редко говорят вслух. Например, она дает возможность быть услышанными людям с тяжелыми физическими недостатками, которых принято направлять в специальные заведения, чтобы они не мозолили обществу глаза.

У российской системы правосудия не лучшая репутация— критиков власти и журналистов в стране избивают, а то и убивают, и виновные в этом нередко продолжают гулять на свободе. При этом российский миллиардер Михаил Ходорковский, выступивший против г-на Путина, сидит сейчас в исправительной колонии.

Читайте также: Интервью с Михаилом Ходорковским


Свою тягу к правосудию люди удовлетворяют с помощью местных версий «Judge Judy» («Судьи Джуди»). По крайней мере, там жуликоватые арендодатели и лживые бывшие ухажеры получают воздаяние по заслугам. Истцы и ответчик несколько переигрывают, зато российские телесудьи в отличие от судьи Джуди и судьи Джо Брауна не склонны ломаться и не дурачиться. Их серьезность показывает, что аудитория программ ожидает честной игры и тоскует по настоящему правосудию.

И, наконец, телеигры. В большинстве случаев они копируют европейские и американские форматы в несколько своеобразном варианте. Например, «Своя игра» - это викторина по образцу «Jeopardy», однако ее участники носят серебряные плащи волшебников, а ее ведущий Петр Кулешов намного жестче Алекса Требека (Alex Trebek). Скажем, когда недавно один участник программы не смог назвать французского хореографа, работавшего с Чайковским, г-н Кулешов был возмущен. «Это Петипа, разумеется», - отрезал он.
 
Выходят в России и игровые шоу попроще, зато с большими ставками, такие как «Десять миллионов». Не так давно в этой программе одна пухлая и добродушная супружеская чета средних лет безуспешно пыталась ответить на вопрос о том, что французы отмечают 14 июля. Ведущий Максим Галкин, очередной молодой муж г-жи Пугачевы, выглядящий даже моложе своих лет, пытался намекнуть симпатичной паре на взятие Бастилии и на начало Французской революции.

«Все это знали, - буквально умолял он. – В советское время этому придавали большое значение». Но супруги лишь в недоумении качали головами. Во всех этих шоу советское прошлое выглядит крайне отдаленным, однако оно никогда надолго не исчезает с горизонта.

У британцев есть «Даунтонское аббатство» («Downton Abbey»), а у россиян коммунизм: российское телевидение постоянно показывает не меньше одного сериала, действие которого происходит во времена сталинского террора, хрущевской космической гонки или брежневского застоя.

Телезрители только что закончили смотреть «Жукова» - дорогостоящий, но излишне помпезный сериал о маршале Георгии Жукове, советском герое Второй мировой войны. Захватывающий, превосходно снятый сериал «Дело гастронома №1», транслировавшийся на частном канале, был намного интереснее – он был основан на реальной истории Юрия Соколова, директора самого роскошного московского продуктового магазина, осужденного за хищения и расстрелянного коммунистическим режимом в 1984 году.

Читайте также: Секретный фильм о маршале Жукове показали по российскому телевидению

Время смягчает воспоминания, и в наши дни история не всегда показывается в трагическом ключе.

В новом российском сериале «Восьмидесятые» шутки перемежаются блеклыми архивными кадрами, на которых можно увидеть Москву без неоновой рекламы и длинные очереди за колбасой. Это «комедия взросления» вроде «That ’70s Show» («Шоу 70-х») или «Happy Days» («Счастливых дней»), но только фокусирующаяся на наивности и изолированности советского общества и за счет этого позволяющая зрителям казаться себе искушенными и современными. Например, студент-«ботаник», пытаясь произвести впечатление на симпатичную девушку, только что вернувшуюся из Франции, хвастается: «В детстве я тоже был за рубежом, в Монголии».

У этого сериала есть две целевые аудитории: россияне старшего поколения, ностальгирующие по своей доперестроечной юности, и молодое поколение, интересующееся коммунистической системой, которая сейчас выглядит чем-то невообразимым.

Сделанные с любовью и пронизанные легкой грустью «Восьмидесятые» - это воспоминание о ранних днях Михаила Горбачева, когда перемены уже ощущались в воздухе, но не на улицах. Эта ретроспектива вышла странным образом своевременно, напомнив людям о временах, когда многие в России впервые стали надеяться, что когда-нибудь они будут жить в нормальной стране.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.